тихая гавань

Когда первой в дверях появляется блондинистая макушка под огромной меховой шапкой, ты уже знаешь, что вечер был тяжелым.

— Встречайте Великую Хук! — декларирует малышка и тут же добавляет, оттопырив нижнюю губу . — И ведь- Наташу. 

— Хук, ты бы хоть поздоровалась, — ворчит Наташа, появляясь за спиной у девочки и, да, день однозначно был плохой: она вся бледная, почти сравнявшись цветом со своим халатом, и, не успев зайти домой толком, опирается  плечом на стену — жест не слишком заметный, но для тебя весьма очевидный. Наташа улыбается тебе уголками губ. — Привет, родная.

Хук выглядит слегка сконфуженно, и ты ласково тянешь её за косицу золотых волос.

— Ничего, Босс Хук, я помню, что мы сегодня уже виделись, а значит здоровались, — ты достаешь из кармана конфету для неё. — Спасибо что привела Наташу домой. Будешь чай или побежишь?

Конфета исчезает в мгновение ока и Хук мотает головой. 

— Папа ждёт, — отзывается она, и ты киваешь, снова потрепав ребёнка по волосам. — С Наташей всё будет хорошо? Она чуть не упала по дороге-

— Хук, — вздыхает Наташа.

— Что? Это правда!

Ты качаешь головой, едва сдерживая смешок.

— Не волнуйтесь, Босс Хук, Наташа вернётся утром в целости и сохранности, я клянусь, — обещаешь ты, вкладывая девочке в руку ещё одну конфетку. 

Малышка серьёзно кивает и исчезает за дверью, напоследок на мгновение ткнувшись Наташе в бок лбом.

Наташа смотрит ей вслед с нескрываемой материнской нежностью, от которой тебя тянет глупо улыбаться, и поворачивается к тебе.

— Ей нельзя столько сладкого, — ворчит она, сбрасывая сапоги, и тянется расстегнуть свой тулуп, пока ты подходишь ближе. — И не слушай её, пожалуйста, я просто поскользнулась, только и всего…

Ты ловишь Наташу за руки, отстраняя от застёжек одежды нежно, гладишь тонкие, но сильные запястья большими пальцами и тянешь её на себя. Она со вздохом обвивает тебя руками, прижимается лбом к твоему плечу и почти что обмякает, словно неведомая сила, которая держала её вертикально до этого, пропала.

— Я тебе верю, — ласково мурлычешь ты, осторожно поглаживая Наташу по волосам. — С возвращением, любимая. Пойдем отдыхать?

Твои пальцы уже заканчивают расстегивать её тулуп, стаскивают тяжёлую одежду с плеч, и ты на мгновение прижимаешься носом к её пропахшей клиникой рубашке, прежде чем начать помогать ей выпростаться из рукавов тулупа. Как только её руки освобождаются, Наташа обхватывает ими твоё лицо, целует, нежно, ласково, и ты улыбаешься ей в губы, довольно прикрывая глаза.

— Я подозреваю, что у меня нет выбора, маленькая моя, — тихо смеется она и ты согласно трёшься носом об её нос.

— Никакого, — безапелляционно отзываешься ты и тянешь Наташу за собой.

Ты отводишь её в ванную, помогаешь раздеться и распустить волосы, ласково целуя везде, где можешь дотянуться, прежде чем оставить ненадолго наедине с собой, убегая в гостиную, чтобы повесить на высокую печку махровые полотенца и её любимый халат.

Пока Наташа моется, завариваешь свежий чай и возвращаешься в ванную как раз вовремя чтобы накинуть на её плечи тёплое полотенце и помочь высушить мокрые волосы. Наташа не сопротивляется твоей заботе, хоть ты и видишь лёгкий румянец на её щеках — но она слишком устала, её пурпурные глаза кажутся мутными, а морщинки вокруг глаз — более глубокими чем обычно, и ты не удержавшись, прижимаешься к ним губами, прежде чем вернуться к своей задаче, мягко проходясь по всем изгибам и округлостям её тела махровым полотенцем прежде чем завернуть её в тёплый халат.

Ты не говоришь ей, что все будет хорошо, не говоришь, что любишь её больше, чем свою жизнь, но Наташа знает это и так, прижимается к твоим рукам, такая тёплая и такая нежная, и при этом такая сильная, что кажется твоё сердце не выдержит любви к ней и разорвется на части.

На кухне Наташа послушно садится за стол, и ждёт, пока ты поставишь на него две чашки крепкого, сладкого чаю, прежде чем притянуть тебя к себе на колени, зарывается носом в твоё плечо и устало выдыхает.

— Спасибо, маленькая моя, — она касается мягкими губами твоей шеи. — Не знаю, что бы я без тебя делала.

Ты отмахиваешься от её похвалы, гладишь её руку, которая обнимает тебя за талию.

— Даже не думай об этом и не благодари, — ворчишь ты ласково. — Я просто рада что ты дома.

— Я тоже, моя маленькая, — тихо выдыхает тебе в шею Наташа, прижимается губами снова, сладко и легко. — Я рада, что вернулась домой.