the last dawn. pt. 5.2/?
evanesce«уходим!» — коротко бросил сан. они рванули к узкому проходу между домами. собака, хромая, побежала за ними.
«ты серьёзно?» — выдохнул сан, даже не оборачиваясь.
«я не просил её!» — ответил юнхо на бегу.
«она шумит!», — как назло, собака снова тявкнула – коротко, отчаянно, — «прекрасно!», — проговорил сан.
из подъезда справа вывалился ещё один заражённый – неловко, почти падая, но уже поворачивая голову на звук.
«налево!» — крикнул юнхо.
они свернули в узкий переулок. стены сжались вокруг, воздух стал плотнее. шаги гулко отдавались под ногами. собака всё равно бежала за ними. через квартал заражённые отстали.
сан остановился первым. развернулся, прислушался. тишина. только их дыхание.
«это было глупо», — сказал он наконец.
юнхо упёрся руками в колени, тяжело дыша, — «возможно», — выдохнул он, — «но мы живы».
собака осторожно подошла ближе и села в нескольких шагах от них. смотрела. не рычала. не убегала. просто смотрела. её глаза были живыми. настоящими. слишком настоящими для этого мира.
«она могла нас выдать», — холодно сказал сан.
«но не выдала».
сан не ответил. его взгляд скользнул к окровавленной лапе, — «с такой раной она долго не протянет».
юнхо опустился на корточки, — «дай посмотрю», — собака настороженно напряглась, но не отстранилась, — «не перелом», — тихо сказал юнхо, аккуратно ощупывая лапу, — «глубокий порез. если не загноится – заживёт».
он достал бинт из рюкзака. сан скрестил руки на груди, — «мы не можем брать её с собой».
«я не говорил, что будем».
«ты привязываешься слишком быстро».
юнхо поднял на него взгляд, — «а ты – слишком медленно».
слова прозвучали спокойно. мягко. собака осторожно лизнула его пальцы. на секунду всё стихло. даже ветер будто притих. сан отвёл взгляд первым.
«как её назовём?» — спросил юнхо, завязывая бинт.
«мы не будем ее называть».
«почему?»
«потому что мы её не оставляем».
юнхо выпрямился, — «ах.. мы? ты правда думаешь, что всё, что можно потерять, лучше не иметь?»
сан сжал ремень рюкзака так сильно, что побелели костяшки, — «это работает».
«нет», — тихо сказал юнхо, — «это просто делает тебя пустым».
слова зависли между ними. сан почувствовал, как внутри что-то резко сжалось. раздражение. почти злость, — «ты ничего обо мне не знаешь».
«так расскажи».
«нет».
«пидора ответ».
сан покраснел, не ожидавший, что юнхо может выдать что-то подобное.
юнхо же выдержал паузу. потом просто кивнул, — «ладно. черт с тобой».
он тихо свистнул, и собака, прихрамывая, пошла за ним. сан смотрел, как они удаляются. он мог уйти. просто свернуть в другую сторону. вернуться к своему маршруту. к своей привычной тишине. он не двинулся.
через секунду – пошёл следом.
к полудню они добрались до северного района. здесь действительно было тише. старые трёхэтажные дома, узкие улицы, меньше машин. меньше следов спешки.
«здесь лучше», — сказал сан, оглядываясь.
«похоже на это», — кивнул юнхо.
собака всё ещё шла за ними. уже увереннее.
«она не отстанет», — заметил юнхо.
«тогда оставим еду и уйдём».
юнхо промолчал. они выбрали дом с заколоченными окнами на первом этаже. внутри пахло старым деревом и пылью. пусто. сан методично проверил каждую комнату. кухня. спальня. ванная. чисто. когда он вернулся в гостиную, юнхо уже сидел у стены, вытянув ноги. собака свернулась рядом, положив морду на перевязанную лапу.
«только на ночь», — сказал сан.
«конечно», — спокойно ответил юнхо. он не спорил. не было сил.
это раздражало сильнее, чем если бы спорил. сан сел напротив. тишина в комнате была густой, но не давящей.
«почему ты остался один?» — вдруг спросил юнхо. вопрос прозвучал мягко. без давления.
сан долго молчал, — «я не успел».
«что?»
сан смотрел в пустоту, — «закрыть дверь», — голос был ровным. слишком ровным, — «мы думали, что дом безопасен. я вышел за водой. вернулся – они уже были внутри», — он сглотнул, — «я слышал крик».
пауза.
«я ничего не сделал вовремя».
юнхо не перебивал. не пытался заполнить тишину, — «это не твоя вина», — сказал он наконец.
«я был там».
«и? это не делает тебя всемогущим».
сан поднял взгляд, — «ты не знаешь..»
«я знаю, что ты жив», — тихо ответил юнхо, — «и что ты не монстр».
слова задели глубже, чем хотелось. собака тихо вздохнула во сне.
юнхо посмотрел на неё, — «я потерял младшую сестру», — сказал он вдруг.
сан замер.
«в первый месяц.. мы прятались в школьном спортзале. кто-то открыл дверь. она была ближе всего..», — он говорил спокойно. почти без интонации, — «я держал её за руку. и не удержал».
тишина изменилась. она стала тяжёлой. человеческой.
«поэтому я не могу проходить мимо», — тихо продолжил юнхо, — «даже если это просто собака».
сан опустил взгляд, — «но это не всегда спасёт», — сказал он.
«знаю».
«иногда это убивает»..
«знаю».
и в его голосе не было сомнения. снаружи ветер коснулся досок на окнах – глухой стук.
«мы доживём до рассвета», — почти шёпотом сказал юнхо. та же фраза.
сан почувствовал странное тепло в груди. опасное. непривычное.
«не обещаю».
«тогда просто попробуем. вместе».
они сидели в полумраке. собака тихо посапывала. и, наверное, впервые за долгое время тишина не казалась врагом. она была просто тишиной.
и сан вдруг понял, что, возможно, «вдвоём безопаснее» – это не только про заражённых. иногда – это про то, что остаётся в тебе, когда всё остальное уже потеряно.