телохранители

     — Ваше высочество…

     Фэн Синь не успел договорить, как чужая рука закрыла ему рот и тихий злой голос шепнул на ухо:

     — Совсем идиот? Только внимание привлекаешь. 

     Перед глазами мелькнуло лицо Му Цина — бледнее обычного, и, когда Фэн Синь нехотя кивнул, его отпустили. 

     — Давай попробуем ещё раз пройтись и поискать. 

     В клубе было немного душно и темно. Яркие розовые, фиолетовые и синие лучи, вспыхивавшие разноцветными зайчиками от прикосновения к зеркальным шарам под потолком, слепили глаза; приходилось то и дело прижмуриваться, чтобы попытаться различить лица. Фэн Синь едва не споткнулся о чью-то ногу, выставленную в проход, и Му Цину пришлось придержать его под руку. Обоим стало неловко, и они поспешно отшатнулись друг от друга. 

     Вдвоём они прочесали всю посадочную зону, поймав на себе несколько недвусмысленно любопытных взглядов. Обычная одежда не придавала им непринужденный вид, и тем больше они выделялись среди пританцовывавших гостей. 

     — Как думаешь, что нам за это будет? — перекрикивая музыку, спросил прямо в ухо Му Цин, когда в очередной раз обознался, приблизившись к похожему со спины молодому человеку. 

     Остановившись у бара, находившегося на небольшой платформе, они снова огляделись. Фэн Синь достал телефон и проверил историю звонков, но там не было ничего, кроме исходящих — пропущенных принцем. 

     — Его отец скажет, что был прав, когда хотел приставить настоящих охранников, а не «юнцов из высшего общества»… тебе беспокоиться не о чем, тебя-то это обращение не касается, — фыркнул Фэн Синь. 

     — Иди куда подальше, — огрызнулся Му Цин. 

     У стойки, хотя они и заглянули в лицо каждому пьяному и не очень, никого даже похожего на принца не оказалось. 

     Вдохнув поглубже, как перед погружением на морскую глубину, телохранители зашли в мужской туалет, почти готовые к любым непотребствам. Принца там не оказалось; спугнув обнимавшуюся парочку и перебравшего мужчину, не вязавшего и двух слов, Фэн Синь и Му Цин поспешно ретировались. 

     — Мы можем подождать на улице. На всякий случай спроси, где чёрный выход. Он наверняка все ещё где-то здесь. 

     Фэн Синь молча кивнул и отошёл к барной стойке. С удовольствием вынырнув из клуба, Му Цин несколько секунд просто стоял с закрытыми глазами, наслаждаясь почти полной тишиной и свежим ночным воздухом. 

     Неприятный сигаретный дым коснулся ноздрей, и Му Цин открыл глаза. Почти совсем у входа стояли двое: незнакомый молодой человек в красной рубашке и их потерявшийся принц, с солнечной улыбкой болтавший с ним. 

     Му Цин уже собрался набрать номер Фэн Синя, как тот сам вышел из клуба. Он остановился рядом, во все глаза глядя на мило смеявшегося принца и его собеседника. 

    Закладывая прядь за ухо, Се Лянь чуть обернулся и заметил своих давних знакомых. Как ни в чем ни бывало, будто он не пропал без предупреждения и не отвечал на звонки битый час, он помахал им рукой. 

     — Ваше… кхм, — оборвал привычное обращение Фэн Синь. — Вы… ничего не замечаете?

     Остолбеневшие телохранители, забыв о вежливости, во все глаза разглядывали незнакомца. Он был даже выше принца; обнаженные руки от плечей до самых запястий покрыты татуировками с бабочками, бровь проколота в нескольких местах, глаз прикрыт перевязью. Незнакомец быстро облизнул губы, и Фэн Синь отчетливо увидел шарик пирсинга. 

     Му Цин скрестил руки на груди, едва сдерживая себя, чтобы не объяснить принцу прямо в присутствии его нового друга, с кем именно он связался. Об этом человеке знали, наверное, все, кроме самого Се Ляня. 

     — А что гэгэ должен был заметить? — с очаровательной улыбкой спросил незнакомец, хищно прищурившись. Аккуратно сбросив пепел с кончика сигареты, он снова поднёс ее к губам. 

     — На пару слов, — стиснув зубы, проворчал Му Цин и отвел принца в сторону, игнорируя тихий смешок незнакомца. 

     — Это Хуа Чэн. Он очень интересный человек! Клянусь, вам просто нужно познакомиться с ним немного поближе, вы тоже будете в восторге, — улыбнулся Се Лянь, чуть понизив голос. 

     — Ваше высочество, он из мафии! Какого черта вас к нему понесло? — зашипел Фэн Синь в одно ухо принца. — Тем более, самый опасный клан…

     — Почему вы не отвечали на звонки? Мы несём за вас ответственность головой, мы же договаривались, что вы всегда будете на связи! — гневно зашептал Му Цин в другое ухо. — Сейчас же домой! Ваш отец заподозрит неладное, если через час мы не вернёмся. 

     Набрав в лёгкие побольше воздуха, Се Лянь собирался снова им всё объяснить и даже показать красивое колечко, которое новый знакомый снял с собственного пальца и подарил ему просто так. 

     Они не заметили, как бесшумно подошел Хуа Чэн. Галантно поклонившись, он сунул красивую золотую визитку, напоминавшую драгоценный слиток, в нагрудный карман покрасневшего принца. 

     — Звони в любое время, гэгэ, я тут же приеду, — склонившись, Хуа Чэн поцеловал костяшки Се Ляня и, улыбнувшись на прощание, исчез за дверьми клуба. 

     Оправив на себе аккуратную домашнюю одежду, Се Лянь вздохнул и оглядел роскошное убранство коридора. Он не слишком хотел заходить в это крыло, зная, что непременно наткнётся на всё ещё злившихся на него телохранителей, поэтому он решил взять инициативу в свои руки и хотя бы попытаться с ними помириться. Се Лянь все ещё не считал себя виноватым, но ему было неловко оттого, что его телохранители — которых он считал и друзьями — искренне переживали за него. 

     — Я хотел попросить проще…

     Он едва успел приоткрыть дверь и, к счастью, недостаточно, чтобы это заметили его телохранители. Ещё минуту назад, судя по доносившейся из-за двери ругани, они были увлечены ссорой — теперь друг другом; Се Лянь только и успел заметить взъерошенный затылок Му Цина и смуглое лицо Фэн Синя с заалевшимися от поцелуев губами.

     Поспешно закрыв за собой дверь, Се Лянь привалился к ней спиной и улыбнулся самому себе. 

     А ещё его осуждали.