татуAU

Получив от Коли адрес Руслана, Илья тут же слезает с дивана и идёт собираться. Времени на это он тратит немного, потому что сейчас куда важнее не то, как он выглядит, а Руслан и его состояние. Вообще, это беспокоило бы не так сильно (ну не отвечает, может, занят человек, что в этом такого? правильно, ничего; ни одного весомого повода, чтобы переживать), если бы не ночной твит Тушенцова. Илья бы очень хотел ему что-нибудь написать, поддержать, но почему-то побоялся. Подумал, что лучше всё решить не в интернете по переписке, а в жизни: встретиться и нормально поговорить. Да и вообще, с чего это Коряков решил, что его поддержка важна Руслану? Попробовать всё же стоило, потому что сердце за старшего болело безумно. 

Сейчас даже не жалко денег на такси. Ничего страшного не произойдёт, если Илья позволит себе раскошелиться на одну поезду до Руслана. Обратно, если что, и пешком дойдёт, потому что метро уже закрылось. На улице свежо, но всё ещё прохладно, стоило бы накинуть хоть какую-нибудь ветровку или кофту, чтобы не замёрзнуть. Радует только то, что тёмно-синий “Рено” подъедет через пару минут. В машине-то точно должно быть тепло.

Пришлось звонить Коле и, кажется, будить его, чтобы узнать не только улицу и номер дома, но и подъезд с квартирой и полную инструкцию того, как до туда вообще добраться. В подъезд удалось зайти вместе с какой-то молодой девушкой, чему Илья безумно ей благодарен. Осталось совсем немного — и он у Руслана.

Стук и звонок в дверь звучат довольно уверенно и настойчиво. В голову даже закрадывается мысль о том,что Руслана вообще нет дома; что он куда-то ушёл, уехал — да всё, что угодно. Но позже дверь всё-таки открывается. На пороге стоит он — Руслан Тушенцов, от грустного взгляда которого хочется сесть рядышком и тоже заплакать. Однако эта некая грусть и помятость тут же сменяются удивлением.

— Илья? — тихо спрашивает Руслан, моргая от удивления, — ты что тут делаешь?

Коряков заходит в квартиру без приглашения (но и сам тату-мастер не особо сопротивлялся), закрывает дверь за собой и долго-долго смотрит на обомлевшего Руслана. Старший, в свою очередь, продолжает осматривать Корякова, что завалился к нему домой почти в час ночи. Пиздец. Что он тут забыл? Руслан специально культурно послал всех на хуй, чтобы побыть одному, разобраться в себе и в своих чувствах. В том, что он “идиот”-...

На губах неожиданно чувствуются чужие: мягкие, покусанные, но такие нежные и желанные. 

Поцелуй получается до ужаса детским, невинным, лёгким, но безумно нужным. Все переживания и тревоги снимает как рукой. Илья неуверенно сминает чужие губы ещё пару секунд, а потом отстраняется, направляя взгляд куда-то в пол.

— Прости.

Руслан молчит, не зная, что стоит ответить. Щёки начинают гореть, а в голове только одна мысль, подтверждающая то, что он действительно “чувствительный идиот”. В душе присутствует какая-никакая радость за всё произошедшее. И с каждой секундой, когда Тушенцова полностью накатывает понимание всего, она становится всё больше и больше. 

— Я переживал за тебя, — признаётся Илья. Это звучит сейчас намного приятнее и лучше любых “Я тебя люблю”.

— Оставайся у меня, — предлагает Руслан и, подойдя ближе, берёт младшего за руки, сцепив со своими в замочек.