слово «человечность» потеряло смысл. всем стали безразличны люди, их жизнь и чувства. все желали лишь больше денег в кармане и вкуса крови на своих языках. складывалось впечатление, что этот мир покинуло благословение небес и демоны свергли ангелов со своих престолов. всем миром словно правил ад, сам сатана направлял этот ужас на землю со своего трона, навевая страх на подданных своей второй ипостасью, своей сочащейся во все стороны силой и могущественным голосом. среди этого хаоса и кровопролития существовал, казалось, единственный человек, сохранивший благоразумие. здания рушились с каждым днём, оставляли под руинами живых и мертвых, но в глазах их догорали боль и гнев. жилья становилось меньше с каждым часом, приходилось искать безопасность в обломках больших зданий: театрах, музеях, торговых центрах. музей оказался ближе всего, здание было практически целым и пустым, каждый шаг отдавался треском разбитых камней под подошвой. в самой глуби бросилось в глаза нечто необыкновенное, что-то совсем за гранью реального.. в потолке была огромная дыра, редко сыпались мелкие камни после крушения. но взгляд скользнул ниже, под собственные ноги. в обломках потолка лежал миловидный парень, кажется, в отключке. его одежда полностью белая, от него веяло невинностью, нежностью и необычной невесомостью, а из-за спины торчали большие белые крылья. некоторые перья лежали рядом, словно
«в хаосе нынешнего мира ничего не может удивить, но этот парень — настоящее исключение» — такое заключение пронеслось в голове юнги.