спойлер номер XYZ
Снейп вдруг стянул с него защитные очки и водрузил на их место родные: мир взорвался ослепительно яркими красками, прорезаясь в своих очертаниях настолько стремительно, что Гарри был готов расплакаться – то ли от осадка слепого отчаяния, то ли от свалившегося на него восторга.
Тело обмякло так, будто из него повытаскивали все кости. Из последних сил держа в зубах «соломинку», он осторожно склонил голову набок, наблюдая за Снейпом из-под опущенных ресниц и не в силах произвести и звука. А тот не знал покоя: то и дело проезжался на стуле до хирургического столика, рывком выдвигал ящики – едва не выдёргивая из направляющих – и выуживал какие-то маленькие тюбики. Когда в один из таких ритуалов он вскочил, пересёк несколькими размашистыми шагами целый кабинет и взял с угловой столешницы чем-то напоминающее электрическую зубную щётку устройство, Гарри закрыл глаза и поглубже вдохнул свежий воздух, прислушиваясь к благой тишине – где-то за окном от прохладного ветра колыхалась густая листва.
– Полимеризационная лампа, мистер Поттер, – рассказывал минутой позже Снейп, короткими отточенными движениями «утрамбовывая» у него во рту какую-то массу крохотной лопаточкой.
Гарри, не удосуживаясь разлепить веки, молча ему «ассистировал»: держал эту самую лампу, дожидаясь того прекрасного момента, когда она пригодится.
– Давайте, – спас положение Снейп, забирая и её, и «соломинку».
Дрожащие руки обессиленно рухнули, свешиваясь по обе стороны от кресла.
Пип.
Когда Снейп опёрся локтем о подголовник в дюйме от его затылка, неугомонная длинная прядь, окончательно выбившись из строя, упала Гарри на подбородок. Было щекотно, но он не шевелился, повинуясь безмолвному приказу во впившихся в его лицо глазах.
– А вы герой, мистер Поттер, – услышал он хриплое.
Пип.
– Ещё два подхода по пятнадцать секунд.
Что для него эти пятнадцать секунд? Пустяк и чушь. Для него, давно не чувствующего конечностей и отлежавшего задницу. Гарри усмехнулся бы, если бы только мог. Но ему оставалось лишь размеренно дышать носом, втягивая дикий букет из душистой июльской зелени, зубной пыли и дьявольски дурманящего снейповского парфюма. И ждать.