современная магия

Матвей — обычный студент, который отличался своей неразговорчивостью и отстраненностью от общества. Его жизнь ощущалась списками: 1. Будильник. 2. Учеба. 3. Сон. В его жизни не было разнообразия, все было так, как запланировано. Честно, Матвей ужасно уставал от этого. Неужели он так и проживет?

Заходя домой, он успевал только снять куртку и обувь, как сразу же садился за домашку. Бросить на полпути — это не его. Он сделает все точно и в срок, как бы ему ни было лень. Учеба — важная шишка в его жизни. Все остальное — если времени хватит. Круги под глазами уже стали частью его лица, отросшие корни, которые он так и не может покрасить... Не потому, что ему лень, а потому, что нет времени. Он устал. Он устал от этого. Хотелось хоть какого-нибудь разнообразия, а не этой суеты.

Когда он кинул свои вещи на кровать, они замерли в воздухе, будто бы кто-то их придерживал сверху. Только кто? Что-то летающее? Почему он этого не видит? Матвей отступил на пару шагов назад, спотыкаясь и падая на пол, пытаясь выбраться из этих "оков". Дыхание сбилось, он и сам не понял почему: да и, в любом случае, не каждый день увидишь такое. Он протер глаза руками, поднимая взгляд обратно на кровать, где вещи уже лежали как обычно.

— Показалось?.. — спросил сам у себя Матвей, осторожно поднимаясь на ноги и придерживаясь за стул. — Это переутомление, не более.

——————

Володя — опытный маг, который никому не рассказывает о своих способностях, так как это было запрещено. Он —организация, следящая за магическими проявлениями вокруг себя.

Третьяков давно заглядывался на Матвея, желая поговорить с ним, рассказать все, но ему постоянно кто-то мешал. Лёня — друг Матвея, с которым он постоянно кантуется, — вот что мешало Вове. Один обычный день, где все было так же, как и должно было быть, прервали крики студентов: они раздирали глотку, будто бы некий хищник бросается на них. Может, так и есть?

Запыхавшись, Владимир увидел перед собой такую картину, от которой ему самому стало не по себе: магия бушевала вокруг синеволосого, который замер с широко раскрытыми от ужаса глазами. Он боялся самого себя. Это не была красивая пыль, как в мультиках. Магия вырвалась из него резко, без особого энтузиазма. Клочьями, похожими на разводы, она с треском билась о стены помещения, оставляя за собой вмятины и подбрасывая в воздух все, что было рядом, не считая людей.

Студенты бегали из угла в угол, пытаясь скрыть от своих глаз эту чертовщину, зажимались в нишах, выбегали из кабинета, сбивая на своем пути остальных.

Руки Матвея дрожали, он пытался что-то сказать, но не мог. Ему просто заложило уши. Он выглядел ужасно беспомощным — тем, кому и вправду нужна была помощь. Не деньгами, не уборкой по дому, не по мелочам, а помощь, которая избавит его от этого навсегда.

— Всем назад! — крикнул Вова, стараясь оставаться спокойным. Он отличался от толпы своим состоянием.

Русый сделал шаг вперед, проходя словно через обычную дверь мимо самого "ветра" вокруг Матвея. Он скрестил пальцы, и между ними возникло что-то бордовое, тяжелое, густое... Энергия, которую еще никогда никто не видел. Резким движением Владимир скрестил руки уже полностью: в это же мгновение из его ладоней вырвалась невидимая, но ощутимая волна давления, которая направилась прямиком на Матвея. Она подавила его силу. Синий цвет вокруг Матвея начал рассеиваться. Все вещи, которые были подняты вверх, мгновенно упали.

Сразу же после этого все замолчали. В помещении воцарилась мертвая тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием Матвея, который упал на колени после своего же разгрома. Голубоглазый подошел к нему. Его кончики пальцев все еще горели, но он этого не ощущал. Никогда не ощущал. Он положил руку синеволосому на плечо, окончательно прогоняя всю пыль.

— Первые выбросы всегда самые паршивые, — нашептал ему Владимир, не особо обращая на всех, кто снимал их. — Пошли отсюда, пока ещё больше не набежало

Младший схватил Матвея за запястье, начиная бежать вместе с ним в сторону левого крыла, где по идее был ремонт, но сейчас это никого не волновало. Ноги Матвея подкашивались из-за того, что с ним произошло; он не мог в это поверить. Синеволосый не мог больше бежать, поэтому остановился, тем самым останавливая и Вову, который всё еще был полон сил.

— Всё, — выдохнул старший, прислоняясь спиной к стене. — Я больше не могу.

Третьяков резко обернулся, глядя на спутника. В коридоре царил мрак, и только слабый свет из окна освещал лицо Вовы. Оно было расслабленным. Создавалось ощущение, будто бы он собрался с кем-то бороться.

— Что за херь? Почему это? Какие выбросы? — на одном дыхании закидывал Матвей Вову вопросами, поднимая на него взгляд. — Ты кто вообще? Это сон? Я сплю?

Неужели Вова, с которым они чаще всего обсуждали мемы на парах, но плотно никогда не общались, стоял сейчас перед ним как настоящий маг, который только что подавил огромную волну энергии?

— Матюш, я отвечу тебе на все вопросы, только давай не в людном месте, — прервал его Третьяков, снова начиная движение, так как и сам понимал, каково Матвею в данный момент. — Нам же не нужны лишние уши? Ну, может, тебе нужны те, что подлиннее? — усмехнулся он, продолжая идти дальше.