солнце, пляж, очки!

о, выход на летний перерыв означал только одно — можно как следует оттянуться на пляже и позагорать. на самом деле, джордж никогда не был особым любителем полежать под палящим солнцем, когда оно находится высоко в небе и сжигает всех подряд, но совместными усилиями все же получилось выбраться и даже арендовать целый пляж! конечно, не на одного.

возможно, полторы недели назад расселл уже договаривался с одним человеком на настолько неформальную встречу, что сейчас, встречая того у входа на пляж, в груди застывает приятное ожидание.

джордж сильно не парился по поводу своего внешнего вида, аккуратно уложил волосы и натянул шорты, под них — плавки, а после сумку прихватил с солнцезащитным кремом и водой. британец махнул ладонью в знак приветствия товарища и подходит к припаркованной машине поближе, широко улыбаясь.

— ты даже почти не опоздал, шарли.

— не опоздал? какая радость. привет, красавчик.

шутливо продолжил разговор шарль, пока находящийся в более защищенной обстановке. в панамке, футболке, шортах... вообще-то они договаривались о другом.

— а ты чего такой одетый? твои шмотки я уже видел.

— ну не буду же я разъезжать на машине по городу голый, джордж.

— пфф.. не скромничай, кто смотрит вообще?

леклер выгибает бровь с небольшим скептицизмом, а после вытягивает сумку из машины, после захлопывая дверь за собой.

— знаю одного бриташку, который не только сам голый ходит, но и других вынуждает.

монегаск проходит мимо расселла, направляясь к входу на пляж. относительно хорошее местечко, за которое пришлось вложиться, но тем не менее... даже не на яхте, просто на песке.

джордж поспевал за товарищем следом, хлопая своими шлепками по асфальту и пяткам.

— кто это тебя заставляет голым ходить?

— наши уговоры, джо! ты же собрался загорать голым.

— заметь, это не я говорил, что лучшее расслабление — это отдых на пляже.

леклер закатывает глаза, конечно же, все что они говорят — обычные дружеские шутки. заходя на территорию пляжа, джордж ощутимо вдыхает воздух и выдыхает его, уперев руки в бока.

— я уже даже шезлонги подготовил и полотенца расстелил. ты собираешься искупаться сегодня?

— только если вода достаточно теплая для этого.

монегаск скидывает свою сумку с плеча и оглядывается по сторонам. точно пытается убедиться, что никого, кроме джорджа, здесь больше нет, а после одобрительно мычит, стягивая со своего тела сначала футболку, придерживая панамку на голове.

— я думаю, что вода хорошая сегодня! я уже залезал, потрогал ногами. мне кажется, температура достойная тебя, шарли.

— как приятно, что мой хороший друг джордж расселл сделал это за меня.

шарль широко улыбается бодрому джорджу. ему всегда нравился позитивный настрой расселла почти всегда, его нельзя было никаким образом потушить, вот что значит, человек силы и невероятной выдержки. очень воодушевляющая личность, но о таком леклер постесняется сказать в лицо, а то британец еще начнет зазнаваться.

— думаю, я должен сказать эту беспардонную фразу, но снимай штаны, дорогуша.

и улыбается шутливо, конечно. расселл пальцами указывает на шорты шарля, вскидывая совсем кокетливо свои густые брови.

— ах! так ты тоже снимай. сам в шортах стоишь.

— ты первый, принц монако.

— значит, принцесса уэльская не собирается показать мне наглядный пример?

— ха-ха, а еще что! не увиливай.

и шарль тяжело выдыхает через ноздри воздух, если они будут продолжать эту дискуссию, солнце зайдёт далеко за линию горизонта. мужчина стягивает со своего тела шорты вместе с нижним бельем, оставаясь в этой нелепой панаме, что защищала хитрые зелёные глаза в тени.

— доволен?

и упирается ладонями в ровную линию собственного торса, ровный, красивый, сколько грации! magnifique.

в ответ расселл смущённо кивает головой, тут же ответно стягивая со своего тощего тела шорты с едва мокрыми плавками, они даже уже успели высохнуть... теперь квиты, о чем и договаривались — ровный загар, абсолютная мужская эстетика. джордж достает из сумки свои чёрные очки, чтобы скрыть стыдливые голубые глаза.

— я взял с собой парочку защитных средств от солнца. хочешь, я натру тебе спину?

шарль уже держит в руках крем-spf с каким-то тонким намёком.

— конечно, спрашиваешь ещё...

джордж усаживается на место под зонтом, развернувшись к монегаску спиной. ровная, красивая, полная мышц. сколько эстетики, не видно конца и края. широкими ладонями леклер размазывает изначально на своей коже крем, а после прилегает ими к спине своего товарища, медленными движениями начиная растирать сначала плечи, от них — ниже, по позвоночнику, делая из этого какой-то скромный неумелый массаж. нагретая от солнца кожа ощущалась хорошо, жаль, что ладони шарля чаще всего были такими теплыми. он давит большими пальцами на позвонки по разные стороны спины, сминает кожу над ними, а после ведет к худым бокам и аккуратному торсу.

виснет неловкое молчание, но от таких внимательных и точных касаний британец даже слегка выгибается и подаётся вперед, прикрыв глаза, тихо выдыхая. он клонит голову в сторону, совсем разнеженно.

— только спину, шарли. я не просил грудь мне намазывать.

как неловко! ладони, что делали массаж, уже находятся спереди, обхватывая аккуратную грудную клетку пилота мерседес, и ту успевая покрыть защитным кремом.

— бывает же...

позади раздается смешок и леклер лишний раз проходится по бокам джорджа, чтобы уж точно все покрыть кремом, а после убирает руки. очень хотелось пристать губами к вытянутой шее британца, но леклер сдерживается от порыва и смущенно отстраняется.

— полагаю, что моя помощь тебе не нужна и ты намазан с дома?

— верно мыслишь. я решил не тратить на это время здесь, поэтому всем занялся заранее.

на такой замечательной ноте джордж укладывается на спину, кидая взгляд через очки на залипшего шарля.

— после предлагаю сравнить, у кого загар вышел лучше! надеюсь, что после мне не придется мазаться еще чем-то из-за того, что солнце меня спалило.

— поверь моим талантливым рукам, я сделал всё возможное, чтобы твое тело не сгорело. я очень добросовестный.

— да? тогда почему ты так встревожен?

и кивает в сторону чужого, видно слегка возбужденного члена. шарль не учел только одного, что на нём всё ещё нет штанов, а после надетых на нос очков, джордж не ослеп окончательно.

но леклер лишь смущенно поджимает губы и прикрывает панамой свой член, чтобы расселл так открыто не пялился.

— знаешь, я бы не назвал это встревоженностью... просто твоя спина очень красивая и гладкая. а ещё ты издаешь очень вызывающие звуки во время того, как тебя мажут кремом. — «да ты и в целом очень часто любишь издавать жуткие звуки», но леклер умолчал этот момент, глядя на пафосную и такую гордую улыбку британца.

— извини, шарли, не думал, что одно мое дыхание может заставить тебя напрячься.

и джордж подползает немного ближе к шарлю, опуская свою широкую ладонь на закрытый панамкой член, чуть придавливая ткань к коже, чтобы очертить еле заметную форму, а после аккуратно сжать.

— о, слушай, приятель... я думаю, что тебе нужно держать нас обоих в руках.

— а я и держу.

расселл кивает в ответ и намеренно вынуждает чужую руку отстраниться, чтобы приблизиться к обнаженной плоти собственным ртом, сдержанно и как-то манерно оставляя поцелуй своими влажными губами на розоватой головке, языком плашмя по члену проходясь, чтобы вынудить монегаска издать сдавленный стон. так, пилот феррари укладывает свою узкую ладонь на мягкие витьеватые волосы, сжимает их и чуть надавливает на затылок, кивая.

— ты со мной пытаешься играться, джордж?

— неет... совсем нет.

тихо и так горячо выдыхает британец в чужой член, лишь дразнясь, не решается взять глубже, вылизывая плоть слегка подрагивающим языком. шарль подцепил пальцем чужие очки, чтобы стянуть их и увидеть эти стыдливые голубые глаза, которые глядели прямо в душу снизу вверх. он чувствовал себя так неправильно, вынуждая своего друга так унизительно принимать член, но кажется, все было в порядке.

сдавливая в своих ладонях торс шарля, джордж выпускает со своего рта орган и прижимается головой к худому животу монегаска, тихо выдыхая и оглаживая кожу под пальцами.

— у меня такое совсем не часто, шарли. я просто надеюсь, что это останется в тайне относительно всего того, что происходит сейчас.

расселл ведет тонким длинным пальцем от торса к спине, упираясь им в позвоночник, так и не отлипая от тела.

— мне можно доверять, джорджи. и я готов тебя в этом уверить.