Случайная вакансия

Случайная вакансия

Джоан Роулинг

IV

Над Пэгфордом и Полями куполом нависло туманное голубое небо. Первые лучи солнца заиграли на старом военном мемориале, что посреди Центральной площади, на потрескавшихся бетонных фасадах Фоули-роуд и золотом осветили белые стены Хиллтоп-Хауса. Садясь в машину перед очередной долгой сменой в больнице, Рут Прайс взглянула на реку Орр, которая серебряной лентой блестела вдалеке, и подумала, как несправедливо, что вскоре её дом и этот вид будут принадлежать кому-то другому.

Всего в миле оттуда, на Чёрч-роу, Саманта Моллисон ещё спала как дитя в гостевой комнате. Дверь не запиралась, поэтому перед тем, как в полураздетом состоянии завалиться в кровать, она забаррикадировала её стулом. Спать мешали неумолимо нарастающая головная боль и солнечный луч, пробившийся сквозь щель в шторах и лазерным прицелом наведённый на уголок её рта. Она слегка подрагивала в нервной полудрёме, мучаясь жаждой и странным чувством вины.

Внизу, среди чистоты и белизны кухни, выпрямив спину и не сводя глаз с холодильника, в одиночестве сидел Майлз перед нетронутой чашкой чая; его преследовало зрелище пьяной жены в объятиях шестнадцатилетнего молокососа.

Через три дома Пупс Уолл, даже не переодевшись после юбилея Говарда Моллисона, лежал на кровати у себя в мансарде и курил. Он решил не спать всю ночь. Губы у него слегка онемели, их покалывало от выкуренных сигарет, но усталость подействовала совсем не так, как он надеялся: Пупс утратил способность трезво рассуждать, а расстройство и тревога навалились небывалой тяжестью.

Колин Уолл проснулся в холодном поту из-за очередного кошмара, сродни тем, какие мучили его много лет. В своих кошмарах он совершал ужасные деяния — такие деяния, которых страшился в реальности; на сей раз он убил Барри Фейрбразера; об этом прознали власти; ему сообщили, что злодейство раскрыто, что тело Барри эксгумировано и в нём найден подсыпанный Колином яд.

Уставившись на знакомую тень от торшера на потолке, Колин задумался, почему ему раньше не приходила в голову мысль, что это он убил Барри. И тут же сам собой возник вопрос: как знать, что это не ты?
Внизу Тесса вкалывала себе в живот инсулин. Минувшей ночью по запаху табачного дыма, спускавшемуся из мансарды к основанию лестницы, она поняла, что Пупс вернулся домой. Когда и откуда он явился, она не ведала, и это её пугало. Как могло до такого дойти?

Говард Моллисон сладко спал в своей двуспальной кровати. Солнце проникало сквозь оберегавшие сон шторы с цветочным рисунком и тут же розовыми лепестками падало ему на торс; его оглушительный свистящий храп не давал спать жене. Ширли в очках и махровом халате ела тост и пила кофе на кухне. Она представляла, как муж кружится в зале рука об руку с Морин, против которой и обратилась вся ненависть Ширли, крепчая с каждым глотком.

В «Кузнице», в нескольких милях от Пэгфорда, Гэвин Хьюз, стоя под горячим душем, намыливался и размышлял, почему ему не дано быть решительным, как все, и каким образом среди бесконечного множества вариантов другие умудряются сделать правильный выбор. Он был бы и рад жить той жизнью, которую видел только со стороны, да побаивался. Сделаешь выбор — и тем самым лишишь себя массы других возможностей.

Измученная Кей Боден лежала без сна в кровати своего дома на Хоуп-стрит, отдыхая в тишине пэгфордского рассвета и наблюдая за Гайей, которую уложила рядом с собой: в первых лучах солнца дочка выглядела бледной и дистрофичной. На полу стояло ведро, которое Кей принесла сюда поздно ночью, когда чуть ли не на руках притащила дочь в комнату из ванной, где до этого битый час придерживала ей волосы, чтобы они не падали в унитаз.

— Что мы тут забыли? — стонала Гайя над унитазом, корчась от очередного приступа рвоты. — Отвали от меня. Отстань. Иди ты… Ненавижу тебя!

Кей смотрела на лицо спящей дочери и вспоминала, как шестнадцать лет назад эта маленькая красавица так же спала вместе с ней. Она помнила, как Гайя лила слёзы, узнав о её расставании с бойфрендом Стивом, с которым они прожили восемь лет. Стив ходил к Гайе в школу на родительские собрания, научил её кататься на велосипеде. Потом Кей мечтала, что они с Гэвином создадут семью и у Гайи наконец будет постоянный отчим и красивый дом за городом (сейчас эта фантазия казалась ей такой же глупой, как желание четырёхлетней Гайи иметь единорога). Как страстно она желала, чтобы у их истории был счастливый конец, чтобы Гайя жила в тех условиях, к которым привыкла; отъезд дочери надвигался на Кей неотвратимо, как метеорит, и она предвидела, что расставание будет равносильно катастрофе, которая пошатнёт весь её мир.

Кей приподняла одеяло и взяла Гайю за руку. Прикоснувшись к её тёплой плоти, по чистой случайности принесённой в этот мир, Кей разрыдалась — тихо, но так сильно, что затрясся матрас.
В конце Чёрч-роу Парминдер Джаванда накинула пальто прямо на ночную сорочку и вышла со своим кофе в садик за домом. Сидя на деревянной скамье в солнечной прохладе, она заметила, что день, скорее всего, будет погожим, но сердце не верило тому, что говорили глаза. Тяжесть в груди подавляла всё.

Майлз Моллисон получил место Барри в Пэгфордском совете, и этого следовало ожидать, но при виде краткого аккуратного извещения, вывешенного Ширли на сайте, она почувствовала, что её, как и на последнем заседании, снова охватило бешенство, желание атаковать, тут же сменившееся гнетущей тоской.
— Я собираюсь выйти из совета, — сказала она Викраму. — Какой смысл там оставаться?
— Тебе же нравится, — возразил он.

Ей нравилось, когда там был Барри. А сегодня там сплошное болото; о Барри даже вспоминать тяжело. Рыжий бородач, на полголовы ниже её — коротышка. Её никогда не влекло к нему физически. «Что же тогда любовь?» — спрашивала себя Парминдер, пока лёгкий ветерок шевелил высокую кипарисовую изгородь вокруг большой лужайки на заднем дворе. Если был в твоей жизни человек, а потом его не стало и в груди у тебя образовалась зияющая брешь — это любовь?

«А ведь я всегда была смешливой, — подумала Парминдер. — Как же мне не хватает смеха».
От этой мысли у неё наконец побежали слёзы. С кончика носа они падали в кружку, дробью пробивали поверхность кофе и растворялись без следа. Она плакала оттого, что теперь никогда не смеялась, и ещё оттого, что вчера вечером, когда они слушали отдалённый грохот музыки диско, доносившийся из приходского зала собраний, Викрам сказал:
— Не махнуть ли нам летом в Амритсар?

Золотой храм, главная святыня религии, к которой он всегда был равнодушен. Парминдер сразу поняла его задумку. Она изнывала от безделья. Никто не мог знать, какие меры примет к ней Генеральный медицинский совет после рассмотрения дела о нарушении врачебной этики в случае с Говардом Моллисоном.
— Мандип говорит, это не более чем приманка для туристов, — ответила она, разом отметая Амритсар.

«Кто меня тянул за язык? — корила себя Парминдер, обливаясь слезами и забывая, что в кружке остывает кофе. — Как хорошо было бы показать детям Амритсар. Викрам хотел как лучше. Почему я не согласилась?»
Ей даже стало казаться, что отказ от посещения Золотого храма равносилен предательству. Перед её затуманенным взором пронёсся образ храма: отражённый водяной гладью купол в виде цветка лотоса и медовый отблеск белого мрамора.
— Мама…

Парминдер даже не заметила, как на лужайку вышла Сухвиндер. На ней были джинсы и мешковатый свитер. Парминдер быстро вытерла слёзы и, щурясь против солнца, посмотрела на дочку.
— Я сегодня не хочу идти на работу.
С тем же машинальным неприятием, которое заставило её отвергнуть поездку в Амритсар, Парминдер отреагировала немедленно:
— Сухвиндер, ты связана обязательствами.
— Мне нездоровится.

— Хочешь сказать, ты устала. Никто тебя не заставлял наниматься на работу. Привыкай отвечать за свои решения.
— Но…
— Ты пойдёшь на работу, — отрезала Парминдер, как будто вынесла приговор. — Нельзя давать Моллисонам лишний повод для злорадства.
Когда Сухвиндер побрела в дом, Парминдер устыдилась. Она уже готова была окликнуть дочь, но вместо этого решила обязательно найти время, чтобы сесть с ней рядом и спокойно поговорить.


Все материалы, размещенные в боте и канале, получены из открытых источников сети Интернет, либо присланы пользователями  бота. 
Все права на тексты книг принадлежат их авторам и владельцам. Тексты книг предоставлены исключительно для ознакомления. Администрация бота не несет ответственности за материалы, расположенные здесь