сильный иммунитет

Вечерний зимний воздух умалишенно обжигал легкие. Особенно когда ты не в много приболевшем состоянии. Ветер раздувает русые волосы, мороз нехило стелит инеем пальцы, нос, да и все конечности, а снег ложится на голову и плечи.

— Юр, ты не приболел случаем? — спокойно смотря в припорошенную белым одеялом даль сказал Тихонов.

— да не, Илья ты не переживай за меня так. — сипло ответил Исаковский. Его голос довольно сильно хрипел, нос шмыгал, а глаза слегонца покраснели.

— Юр, ну ты себе то не ври. — блондин остановился. Он аккуратно взял русого за холодную руку. — руки убери в карманы хоть. — Илья снял с шеи дымчато оранжевый шарф терракотового оттенка. Через пару мгновений шарф оказался на плечах Исаковского, мило покрывая его голову.

— Иль, ну ты мне как бабульке завязал. — немного краснея хмыкнул голубоглазый.

— не отнекивайся. Если ты заболеешь, да ты и так уже заболел. Все давай домой быстрее придем, согреешся, я тебе волосы посушу, с мокрыми нельзя а то... — начал занудно но заботливо бубнить младший.

— ой да все хорошо будет, не заболею я — сказав это кашель опять пробрал горло Юре. Илья продолжил бубнить о том что когда придут, нужно будет согреться, окунуть ноги в тазик с кипятком и укутаться в одеяло. Парни вошли в подъезд, проехали в лифте на нужный этаж. Зайдя в уютную квартиру, сразу услышалось мурлыканье Пампушки. Точно такими же пампушками, приготовленными Исаковским еще ранним утром, все еще пахло в комнатах. Пока русый медленно снимал свою верхнуюю одежду, Тихонов уже достал одеяло, фен, домашнюю одежду, и снял с батареи теплые носки, протягивая их любимому. Уже в ванной комнате парни сидели в полной спокойствия тишине. Руки Ильи аккуратно перебирали русые прядки, и подсушивали их теплым воздухом фена. Высушив нашу "рапунцель" влюбленные направились на кухню за горячим чаем.

— Иль... ну ты же знаешь я такой кипяток пить не могу! — возразил старший.

— Юр, ну это же мне потом лечить твой бронхит или воспаление легких. — заботливо сказал блондин. Младший подошел ближе и нежно прикоснулся замкнутых губ своими, оставляя влажный след. Исаковский отодвинулся чуть назад.

— нунуну... Илья! — начал возмущаться голубоглазый.

— ну ты еще и потом говоришь что не заболел! — невинно грустно сказал Тихонов. — Ничего Юр, я ведь не заражусь, у меня сильный иммунитет. — кареглазый еще оставил пару нежных, спокойных поцелуев на губах старшего. В итоге Юра сдался. Он разомкнул губы, и дал пространство младшему, обвил шею и затылок блондина, пытаясь притянуть его к себе ближе.

В других квартирах уже не горели фонари. Была глубокая ночь, и только эти два силуэта, нашли миг успокоения, в этом желто-оранжевом свете старой лампы в хрущевке. Горячий чай продолжал оставлять плотный пар и приятный запах. К пампушке присоединилась плюшка и обе кошки, стали мило мурлыкать смотря на спокойствие хозяев.