Щекотка

Щекотка

Джеймc


Иногда с обычными людьми случаются необычные вещи. Это выигрыш джек-пота, свалившееся невесть откуда наследство или переезд из Барнаула в Сан-Франциско. Но порой, это нечто такое, во что даже поверить нельзя. Слесаря из Тамбова похитили пришельцы, баба Клава утверждает, что ее перед сном катал на своих крыльях ангел — этой чертовщины полно по телевизору и совсем никогда не бывает в жизни. По крайней мере, мы верим, что не бывает.

Я познакомился с Андреем около десяти лет назад и больше никогда его не видел. Несмотря на это, воспоминания мои о той встрече все так же свежи, будто это было вчера. Прошу вас не делать скидок на то, что прошло много времени, и сюжет этой невероятной истории могли приукрасить годы и моя страсть к хвастовству. Каждое слово, которое я сейчас пишу на бумаге — чистая правда без всяких фантазий. И пусть конец этой истории теперь известен всем и не кажется выдумкой, мало кто помнит, как все начиналось. Но хватит, не буду вас томить, хоть это и отлично сказывается на вкусе любой истории.


Андрей был самым обычным человеком. Съемное жилье подальше от центра Новосибирска, чтобы поменьше платить, небольшая зарплата, скучная офисная работа и один невыплаченный кредит. Андрей брал взаймы чтобы неделю пожить с бывшей в отеле с тремя турецкими звездами. Пока она не нашла себе на том же курорте нового хахаля лет на двадцать старше и не улетела в Москву. В общем, нашего Андрюху можно было назвать ровно двумя словами — «обычный парень».

В то моросящее июльское утро, он чуть было не опоздал на работу — от метро, где ему оттоптали ноги, до бизнес центра пришлось бежать, чтобы не схлопотать выговор от начальника. По пути Андрей наступил в пару луж и промочил обувь. «Ну вот, зато туфли отмылись», — мрачно подумал он.

Кофе, электронная почта, просмотр новостей, ковыряние в списке задач. Начальника не к стати уколола в зад идея планировать рабочий день со всем сотрудниками. Обеденный перерыв на три четверти часа, чтобы в пятницу уйти пораньше, и пять выкуренных возле парковки мятых палочек «Честера». Если у вас когда-то был более серый и предсказуемый офисный день, ваше начальство можно похвалить за нерушимость порядков.

Единственным развлечением, как и три последних года, Андрею служил легкий флирт с Оксаной из отдела продаж. Молодая, лишь пару лет, как замужем, без обычной бабьей пурги в голове и с прекрасным чувством юмора. Оксана была главной причиной, по которой Андрей за последние полгода отклонил около 15 предложений о работе. И в этом он был изощрен. Не просто отклонял предложения, поступающие от деловых знакомых — Андрей имел в Интернете открытое резюме, которое постоянно пополнял свежими фактами из своей жизни и маленькими достижениями по службе. Из-за этого он будто-бы всегда находился в поиске работы, и жизнь его становилась более интересной их-за постоянных звонков от рекрутеров и походов на собеседования. А тот факт, что он Андрей мог в любой момент уйти от «хозяина» немного грел душу. Хотя уходить он, конечно, никуда не собирался. По крайней мере, без Оксаны.

— Привет, — Андрей увидел, как девушка хлопочет возле кофе-машины и решил тоже долить себя горяченького. 

— Привет, — Оксана нервно улыбнулась и поправила выбившуюся светлую прядку, — взбодриться решил?

— Скорее решил, что спать на работе — неприлично, — он ухмыльнулся и подал ей сливки, на что она рассеяно кивнула. — завтра долгожданная пятница, уже решила, что будешь делать? Мы с ребятами собирались в бар сходить...

— Извини, никак, мы с мужем уезжаем в пятницу.

— Куда собрались, надолго?

— У него родители в Чите, сестра. Уже три дня никто трубку не берет и не звонит.

— О, странно как, — только сейчас Андрей заметил, что Оксана сегодня впервые не сделала маникюр. Обычно яркие и блестящие, сейчас ее ногти выглядели буднично, неаккуратно. Андрей подумал о растянутой футболке, в которой всегда ходила дома его девушка, но рассердился на себя и снова сосредоточился на Оксане.

— Не говори. Уже вся на иголках, не знаю, что думать. Муж тоже сам не свой. И мы знаешь что заметили? Все три дня в Интернете ни одной свежей новости из Читы. Ну то есть вообще ни одной за целых три дня. Ни проблем ЖКХ, ни пьяных драк, ни депутатов-взяточников. И по телевизору все молчат. Только погоду стабильно передают. В Чите дожди и дожди.

— Слушай, а у меня ведь есть приятель оттуда. Учились вместе в универе. Степан зовут. Хочешь я ему позвоню, он, может, не далеко от родственников твоих живет, — Андрей улыбнулся и достал из кармана телефон.

— Андрюша, спасибо большое, было бы просто здорово! — девушка от волнения даже привстала на носочки.

После пяти длинных гудков она погрустнела, а когда женский голос объявил, что абонент не может подойти к телефону, оставила кружку кофе прямо на столе, сказала, что ей нужно уйти пораньше и чуть не бегом вышла из офиса.

— Не слышит, что ли? — сердито пробурчал Андрей после того, как его друг из Читы не взял трубку и в третий раз. — Телефон я, вроде бы, не менял...


В остаток дня Андрей прерывался на перекуры в два раза чаще обычного. За пять минут до выхода он снова попробовал набрать старому другу из Читы. На этот раз не пошли даже гудки. «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Похоже, на том конце провода у телефона села батарейка.

Странное чувство тревоги не покидало Андрея все время, пока он собирался, прощался с коллегами, ехал в лифте и брел в сторону метро. Разве бывают такие совпадения, когда все знакомые в одном городе вдруг перестают отвечать на звонки? Неужели целый город может взять и просто так исчезнуть?

На улице сегодня было непривычно безлюдно. Видно, людей напугал накрапывающий дождик и они решили не мокнуть в пути до станции, а попрыгали в автобусы. Долго тащиться по пробке, зато сухо и тепло.

Новосибирская подземка встретила Андрея, как родного. Все было знакомо и привычно. Как и в любой день. Не спеша он спустился по мраморным ступеням и вышел на станцию. Возле турникетов было необычно много проверяющих, вместо одного вялого и часто отсутствующего наряда полиции, на станции было сразу три. Все служащие выглядели серьезно и будто обеспокоено.

— Молодой человек, пройдемте, сумочку проверим, — девушка-контролер пригласила его в комнату с машиной для проверки сумок.

Андрей поставил свой рюкзак на ленту и посмотрел, как он медленно въехал в аппарат. На мониторе показались спутанный клубок наушников, кошелек, ключи, и электронная книга, которую Андрей всегда читал, пока ехал в метро. «Не густо, для такого большого рюкзака», — подумал он.

— В последний раз меня на такой рентген гоняли, когда в Турцию летал, — он ухмыльнулся работнице метро, — вы там были?

— Спасибо вам, всего доброго, — девушка не оторвала глаз от компьютера и начала что-то внимательно изучать. На лбу показалась глубокая морщина, еще более темная из-за плохого освещения.

Андрей пожал плечами и вышел из комнаты. Поезд приехал довольно скоро, но после необычайно длинного для этого времени суток интервала. Накопилась огромная очередь и в уже переполненные вагоны пришлось протискиваться. В вагоне как назло оказался маленький ребенок, который непрестанно верещал. Среди молчащих и угрюмых людей казалось, что ребенок плачет не от голода или больного живота, а от страха. Пассажиры из-за сильной тесноты избегали смотреть друг-другу в глаза. Но самое плохое было то, что Андрей не мог почитать свою любимую книгу: его прижали к самым дверям. Сейчас он как раз заканчивал Властелина Колец. На седьмой раз.

Дорога от метро домой снова состояла из турникета, мраморных ступенек, моросящего дождя, мокрых ног, пересадки на маршрутку и проклятий себе под нос. Квартира на окраине встретила его теплотой и любимым ноутбуком. Он снял джинсы и носки прямо в коридоре, повесил их вместе с майкой на сушилку для полотенец, поставил чайник. Через десять минут Андрей уже допивал первую кружку чая под свежий выпуск развлекательного шоу на Ютьюб. Вечер удался, если не считать собаки соседа по лестничной клетке.

Обычно спокойная, сегодня псина будто взбесилась. Лай был громким и протяжным, с подвываниями. Скоро собака начала хрипнуть, а потом и вовсе перешла на скулеж. Андрей почти перестал обращать на нее внимание, когда к собачьим стонам добавился какой-то новый звук.

Это было похоже на второго пса. То ли сенбернара, то ли овчарку — точно можно было сказать только, что пес был большим. Андрей подошел к стене между своей и соседской квартирой и прислонил ухо. Стал различим низкий угрожающий рокот, бульканье и судорожный скрежет, будто кто-то скреб когтями по ламинату. Вдруг собака резко завизжала, визг перешел в стон и хрип. Прошла минута и собака затихла, в соседской квартире остались только рокот и бульканье, к которым добавился мерный чавкающий звук. Будто ботинок со звучным шлепком раз за разом опускали в грязь.

Андрей застыл, широко раскрыв глаза. В ушах барабаном стучала кровь. «Что за хрень?» — он сосредоточился, пытаясь унять пульс и вслушаться в звуки через стену. Рокот немного утих, но чавканье не прекратилось. Послушав еще немного, Андрей решил, что с него хватит.

— Ну и говнище, — он медленно отошел от стены, но совсем забыл о кружке с чаем, которая все это время стояла на столе рядом.

Он зацепил кружку, — дурацкая привычка не вынимать ложку из стакана, — и чай полетел на пол, забрызгав всю кухню.

Резкий рык из-за стены заставил Андрея упасть на четвереньки и отползти. Было слышно, как большой зверь кинулся на стену, начал терзать ее когтями. Рокот стал визгом, зверь захлебывался бульканьем и злостью.

— Блядь! — Андрей отполз подальше, поскользнувшись на чае. Не глядя он нашарил лежавший рядом телефон и набрал номер.

— Кировское отделение.

— У соседа в квартире странное что-то! Животное какое-то или зверь.

— Назовите ваш адрес.

— Виктора Уса четырнадцать-сорок два.

— Назовите ваше имя.

— Вам что, блядь, адреса мало! Приезжайте быстрее!

— Мужчина, назовите ваше имя.


Десять минут спустя к Андрею в квартиру зашел майор полиции. За его плечом маячили несколько омоновцев. Полицейский приложил ухо к стене, послушал притихший уже рокот и кивнул команде. Замок спилили болгаркой за пару минут. Уперев приклады АКМ в плечо, бойцы вошли в соседскую квартиру.

По ушам резануло визгом животного, потом отбарабанила сухая очередь из АКМ, еще одна.

— Чисто!

Майор кивнул сам себе и пошел в квартиру соседа. Андрей попытался выглянуть за ним, но полицейский грубо остановил его.

— Мужчина, закройтесь и сидите дома — не ваше дело, — он с силой втолкнул Андрея в квартиру и захлопнул дверь.

Андрей повернул щеколду и тут же приник к глазку, прислушался. Полицейский что-то передал по рации, зажужжал лифт и на площадку вышел человек в гражданском вместе с парой полицейских. На носу у него были очки с толстыми линзами. Человек выпустил ОМОН и прошел в квартиру. Спустя пять минут от соседа вынесли два полиэтиленовых мешка, один поменьше, а другой крупный, размером с человека. Полицейские закрыли и запломбировали дверь, обтянули лентой.

Андрей еще пару минут посмотрел в глазок, пока не убедился, что полицейских нет. Он вышел на площадку и оглядел соседскую дверь: не сорвав пломбу, открыть ее было нельзя. Но любопытство унять не получилось. Андрей опустился на корточки и заглянул в замочную скважину. Омоновцы не выключили свет — Андрей увидел размазанные по прихожей красные пятна. Нос защекотал запах железа и сырого мяса.

Чувствуя тошноту, Андрей вернулся в свою квартиру, достал из шкафа недопитый «Капитан Морган» и проглотил залпом полстакана. Его передернуло, но алкоголь быстро успокоил нервы.

Вечер Андрей провел дымя сигаретами за ноутбуком: пытался найти свежие новости из Читы. Поисковики и новостные сайты молчали. Он проверил еще несколько крупных городов неподалеку. Из Улан-Удэ новостей не было тоже. Последняя появилась пять дней назад — на окраине города стая диких собак загрызла мужчину. Фотографии замазали, но в Интернете оказалось не трудно найти оригиналы. Псы съели все внутренности трупа, из груди торчали обломанные ребра, нижней челюсти не было.

Новости Андрей приправил остатками рома и лег спать. Снилась ему невнятная чертовщина с огромными собаками, оборотнями, вампирами и, почему-то, Годзиллой.


Андрей не выспался. Лицо в зеркале было помятым, постаревшим лет на пять. Утро субботы началось с душа и кофе. Чтобы взбодриться, Андрей вышел на балкон и закурил сигарету. Вскоре он почувствовал, что уже может разлепить глаза и нормально думать.

На улице было зябко. В воздухе висела холодная водяная пыль, небо было сплошь грязно-серым, без туч, как это часто бывает в Новосибирске.

Вдалеке от дома Андрея была автострада, на которую и выходил балкон. Полупустая в любое утро субботы, сегодня она была сильно нагружена. «Еще немного и встанут в пробку» — подумал Андрей. Он потянулся и широко зевнул, но вдруг резкий звук прогнал всю сонливость.

В воздухе зазвенел визг воздушной тревоги. От громкой неприятной ноты Андрея передернуло. Он увидел, как водители на дороге открыли окна и высунулись. Половина жилого массива высыпала на балконы. Люди выглядели растерянными, испуганными. Заплакали дети. Они хоть и не знали, что значит этот визг, но видели, как испугались родители. Водяная пыль воздухе на миг исчезла, а потом перешла в мелкий противный дождь.

— Внимание! Всем сохранять спокойствие, — скомандовал женский голос из громкоговорителей, — объявляется эвакуация в связи с биологическим заражением!

— Чего? — сказал Андрей вслух и поймал недоверчивые взгляды людей с балконов рядом.

— Примите меры по защите от насекомых, — женщина продолжила командовать, — наденьте на детей и себя одежду с длинными рукавами, обуйте кожаные сапоги или ботинки, убедитесь, что у вас достаточно плотные штаны и верх. Наденьте кожаные или резиновые перчатки. При наличии, обязательно используйте маски от пчел. Используйте репелленты от комаров и клещей. Если вы почувствуете мышечные судороги, незамедлительно обратитесь к ближайшему полевому врачу! В случае обнаружения людей с сильными судорогами, ни в коем случае не вступайте с ними в контакт. Повторяю — ни в коем случае не вступайте с ними в контакт! Направления эвакуации для Кировского района...

Пока люди застыли на своих балконах и слушали диктора, Андрей метнулся к компьютеру. После пяти долгих секунд загрузки, он открыл любимый новостной сайт. «Биологическая эпидемия в Сибири. Новосибирск эвакуируется» — Андрею хватило и заголовков. Он начал бегать по квартире, на ходу матерясь и натягивая джинсы. Схватил рюкзак, туда полетел паспорт, пару чистых носков, теплый свитер, деньги. В карман он сунул перочинный нож, а под одеждой спрятал большой охотничий — подарок друзей.

Андрей уже закрывал дверь, когда обратил внимание на квартиру соседа. Догадка о вчерашнем показалась жуткой, но в то же время верной. Любопытство заставило его действовать.

Лента легко порвалась руками; пломба отлетела, когда Андрей распахнул дверь. Он достал охотничий нож для уверенности, настроился и зашел к соседу. Оказалось, что вчера через замочную скважину он смог разглядеть лишь самую малую и безобидную часть.

Соседа в квартире след простыл, лишь в прихожей стояли туфли. Рядом валялся десяток автоматных гильз, стена напротив была забрызгана кровью, и пробита пулями в нескольких местах. Значит, бешеного пса застрелили там. Откуда-то из ванной слышалось журчание воды.

Гостиная, с которой граничила квартира Андрея, была похожа на скотобойню. Стены и потолок были залиты яркой артериальной кровью, ламинат в нескольких местах процарапан до глубоких борозд. Повсюду валялись куски коричневой шерсти соседского спаниеля. Мебель кто-то перевернул, телевизор лежал рядом разбитый.

— Чего тут было-то? — пробормотал Андрей, не выпуская из рук ножа. Он почувствовал, как от страха свело живот.

Вдруг, Андрей заметил что-то возле одной из борозд на ламинате. Он присел на корточки и поднял предмет с пола. Ошибиться было трудно — Андрей держал в руках обломанный человеческий ноготь. Сломался прямо под корень: на нижней части висели кусочки кожи с кровью. Обладателю ногтя повезло, что у него не оторвался сразу целый палец.

— Чертовщина, — пробурчал Андрей. Он еще раз быстро осмотрел квартиру. Кажется, ничего не пропало, окна были целы, деньги и документы явно никто не искал. Осталась только ванная.

Вдохнув поглубже, Андрей перехватил нож и медленно приоткрыл дверь. Кран в раковине был открыт, из него тонкой струйкой лилась теплая вода. Пол был забрызган кровью, зеркало над раковиной разбито вдребезги, но самое страшное было на зеркале. На одном из крупных торчащих осколков висело глазное яблоко. Насквозь проткнутое стеклом, оно сдулось и оплыло, мышцы и нервы тянулись за ним длинным хвостом.

Андрей почувствовал, как накатывает рвота и выбежал из ванной. Его вырвало недавно выпитым кофе и желчью. Пульс громко тарабанил в висках, пришлось взять себя в руки, чтобы не упасть. Пошатываясь, он вышел из соседской квартиры, нащупал кнопку лифта и спустился вниз, кое-как втиснувшись в кабину с какой-то семьей. Еще в лифте он услышал громкий шум с улицы.

На улице всего за несколько минут уже собралась большая толпа из местных. Все были в длинной одежде, некоторые надели маски от пчел, некоторые соорудили самодельные из тюля и москитных сеток. Возле соседнего дома стояли крупные маршрутные автобусы, в которые заходили люди. Возле автобусов — несколько нарядов полиции. Один полицейский встал в дверной проем служебной машины и собирал всех жителей возле себя:

— Не толпимся, все проходим в автобусы, сначала женщины и дети. Не толпимся! Мужчины в порядке очереди.

Еще не оправившись до конца, Андрей спрятал нож в карман куртки и встал за двумя мужчинами. Очередь двигалась быстро, без задержек. Два автобуса закрыли двери и отъехали от жилмассива. Осталось восемь.

— Говорят возле Байкала совсем пиздец. Улан-Удэ, Иркутск, Чита, Забайкальский край — вообще никакой связи нет, — негромко рассказывал один из мужчин в очереди другому. — в Хабаровске тоже эвакуация. Началась, когда мы спали еще. У меня брат оттуда, позвонил, разбудил. Мы с женой полночи носились шмотки собирали. Она с Саньком уехала уже, как раз в этот автобус села, — мужчина махнул рукой в сторону уехавших ЛиАЗов.

— А что случилось-то, почему кипишь такой, — спросил второй. — Насекомые какие-то, что ли?

— Да хрен его знает. Брат говорил, эпидемия какая-то, типа бешенства. Людей мошки кусают, или комары, они потом с ума сходят. Натурально, прям не гоню, бросаются на всех.

— Охренеть. Тоже в Хабаровске?

— Да, брат говорил, прям при нем одного менты кончили. Он женщину забил до смерти, что ли, этот бешеный, — мужчина пожал плечами, — не верится аж. 

Через пять минут всех женщин и детей уже рассадили по автобусам, еще шесть ЛиАЗов отправились под полицейским конвоем. Андрей прикинул, что он должен сесть в следующий автобус: мужчин оставалось уже не так много. Но вдруг случилось странное.

В середине толпы кто-то зарычал, рык перешел в крик и волна людей понеслась к автобусам, ударившись о них. Люди громко закричали, пытаясь убежать подальше от центра толпы.

От страха Андрей застыл; пошел только потому, что понесла толпа. На секунду люди расступились, и он увидел, от кого все убегали. Крупный мужчина стоял на четвереньках, держа зубами за горло другого, поменьше. Голова жертвы была свернута на бок, как у цыпленка, изо рта бежала кровь. Сумасшедший рычал, пуская крупные кровавые пузыри. Он вел себя, как бешеный пес, будто отгонял от себя и своей добычи других людей.

— В сторону, разойтись! В сторону, блядь!

Два полицейских с табельными макаровыми растолкали толпу и нацелились на безумца.

— На землю, сука! Ложись!

Мужчина зарычал, выпустил изо рта жертву и показал зубы; потом начал обходить полицейских боком, медленно подбираясь к ним. Полицейские на стали ждать и открыли огонь — толпа закричала еще громче. Первые попадания только разозлились монстра, он завизжал и бросился на полицию. Следующие четыре пули заставили его споткнуться, он ухнул на землю и проехал лицом вниз целый метр. После коротких судорог и еще пары контрольных выстрелов, монстр затих.

В толпе началась паника — люди раскачивали автобусы, стараясь поскорее забраться внутрь. Кого-то придавливали в дверях, кого-то впечатывала в борта машин напирающая толпа. Водители матерились во всю глотку, кто-то попытался закрыть двери автобуса, но люди держали створки, протискивались внутрь. Поверх этого всего уши резал крик полицейского в мегафон. Слова различить было невозможно.

Загрохотали выстрелы из автоматов. Два или три человека выпустили в воздух половину обоймы каждый, пока люди не остановились и не обратили на них внимание.

— Молчать, сука! Спокойно всем! — закричал полицейский, срываясь на хрип. Он все еще держал автомат высоко поднятым. — Все встали спокойно, и в порядке, блядь, очереди заходим в автобусы! По одному!

— Заходим в автобусы в порядке очереди! — повторил голос из мегафона. — Не толпимся, не торопимся, мест хватит на всех. К зараженному подходить запрещается. Повторяю, к зараженному не подходить!

Андрей попытался унять барабанящее сердце и встал в очередь, хмуро поглядывая на труп мужчины, который уже успел истечь кровью. Андрей хорошо запомнил гримасу мертвеца, его визг и рычание. Он слышал точно такие же звуки вчера вечером из соседской квартиры.

Скоро Андрей уже сидел в автобусе и смотрел на проплывающие мимо многоэтажки. Все дворы пустовали, возле пары домов только-только заканчивалась эвакуация. Автобусы ехали с полицейским конвоем по выделенной полосе, на всех остальных стояла огромная пробка. Некоторые люди бросили машины и шли между полос, держа детей на руках.

Ехали в тишине, которая изредка прерывалась служебными сообщениями из радио и негромким голосом полицейского, который о чем-то говорил с водителем. Все мужчины сидели молча, каждый думал о своем. Некоторые пытались позвонить родным, но линия была перегружена, так что из трубок раздавались только гудки. Через полчаса стало понятно, что они едут в пригород Новосибирска.

***

Продолжение следует