Шантаж...

Шантаж...

yqegtcxzsrdw

Я стоял, временами подаваясь вперед и выгибая спину. Мои руки, словно не зная, что лучше: то мяли огромные сиськи; то хватались за голову. Такого вожделения и похоти я не испытывал ещё никогда. Когда упругий язык проходился по тоненькой, натянутой до предела кожице головки, я постанывал от удовольствия. А если она погружалась в рот, старался впихнуть её глубже.

Почувствовав, что у меня подкатывает несвоевременное окончание и, не желая кончить прямо сейчас, не попробовав весь комплекс услуг и процедур, я резко отодвинулся назад. Она, словно привязанная, дернулась вперед, а её руки так и не выпустили мой орган.

— Что, приглянулся?! — подразнил её я.

— Што? — она подняла лицо с виноватыми, словно у ребенка глазами.

— Конфетку отняли? — прокомментировал я её взгляд.

— ... — покраснела она.

— Давай, — я дернул её за плечо, заставляя подняться, — обопрись животом, — пихнул в сторону стола.

— Здесь? — недоуменно уставилась на меня бывшая тётя Маша.

— Здесь и сейчас! — веско подтвердил я.

Пока она возмущалась, я развернул пышное тело спиной и заставил навалиться вперед на стол. Мои руки уже задирали подол и щупали, щипали, поглаживали бёдра и упругую, большую, нежную дебелую задницу, которая притягивала мой взгляд словно магнит. Одним движением спустил обнаруженные на ней голубые плавочки до колен и начал поглаживать лоно. Она уже текла. Между ног было мокро, а набухшие большие половые губы твердыми складочками торчали вниз и в стороны. Сунув руку между объёмных бедер, и скользнув по мокрой вульве, я нащупал упругий бугорок клитора, сдавив его.

— Ох-хх... — пронеслось по кухне.

— Нравится? — ехидно уточнил я.

— Да-ааа, — простонала она.

Потерзав клитор, и доведя её до дрожи и крика, ухватил за ягодицы. С удовольствием поиграл ими и грубо развёл в стороны. В глубине между ними влажно поблескивало неправильной формы отверстие. От его вида я затрясся и, не раздумывая более ни секунды, попытался засадить в него фаллос. Уже подсохшая головка, тяжело скользя с трудом, пробивалась между ног.

— Ой, — вскрикнула она, — осторожней.

— Мужу будешь приказывать, — сжал я зубы, пропихиваясь и протискиваясь вперед членом.

Завозившись подо мной, она попыталась шире раздвинуть ноги, дабы освободить проход, а когда я всё же пробился внутрь, и стал погружаться во влагалище, даже привстала на цыпочки, словно собираясь слезть с проникающего в неё стержня. Застонав, выгнула спину и её груди оторвались от столешницы. Воспользовавшись моментом, я и ухватился за них, сжав изо всех сил и оттягивая их вниз.

— Больно же... — заныла она.

— Щас будет лучше, — напрягся я, чувствуя, что уже почти свободно хожу внутри лона.

Я задвигался, вперед-назад ощущая, как всё энергичней проскальзывает внутри мой член. Скользкие стенки вагины плотно охватывали мой разгоряченный орган. Я почти лёг на её спину, прижимая к столу и продолжая движение. Мой лобок периодически упирался в её белую, но упругую задницу. Я тяжело и со свистом дышал, ощущая огромное возбуждение. Выждав пару секунд, я задвигался ускоряясь. С громким чмоканьем моё достоинство задвигалось изнутри. Я чувствовал, как ритмически расширяется вагина, плотно охватывая член. Как время от времени закостеневшая от возбуждения головка врезается, во что-то мягкое, скорее всего, в матку.

— Нравится? — выдавил я, из себя продолжая буравить её лоно, и тиская груди.

— ... — замотала она, головой даже не пытаясь мне ответить.

— Нравится! — уже уверено подтвердил я своё же заключение, ощутив движения её ягодиц, — даже подмахиваешь...

— О-оууу... — невнятно заныла она на одной ноте.

— Да... — просипел я и, оставив в покое безразмерные груди, ухватился ладонями за ягодицы, с силой разводя их в стороны.

По кухне расплывалось ощущение блуда. Пахло возбужденной женщиной, а издаваемые нами звуки даже непосвященному не оставляли иных вариантов для догадок:

— Чмок! — член энергично проскальзывает во влагалище.

— Пум... — мой пах врезается в пышные ягодицы.

— Ах... — постанывает партнерша.

— Да-ааа! — резюмирую я происходящее, чувствуя, как деформируется матка под ударом напряженной головки...

И всё снова: «Чмок... Пум... Ах... Да! Чмок... Пум... Ах... Да!»

Неожиданно тетя Маша выгнулась дугой, чуть не ударив меня в переносицу затылком, задергалась, словно в припадке и заверещала на одной ноте. Сильно пульсирующая вагина начала мягко обжимать член. Продолжая двигаться, я пробивался сквозь спазмы, сопровождаемые стонами и подергиваниями.

— Ты что? — с трудом выдавил я из себя.

— Хо-ро-шо... то как! — послышалось в ответ.

— Да ведь она кончила! — пронеслось в голове, — я довёл её до оргазма!

Схватив за волосы, грубо оттянул её голову, назад поворачивая вбок, и наклонившись прямо в лицо, прорычал:

— Тебе ведь нравится! Ты уже один раз кончила! Сучка...

— Нет... — она прикрыла застланные похотью глаза.

— Врешь! — я уже с силой и нарастающей злостью тянул её за волосы.

— Да! Да... — заорала она, и так и не закрыв рот со свистом, задышала.

Вторая рука скользнула, вверх отпустив покрасневшую и истерзанную грудь. Мой палец влез в её рот.

— Оближи, — приказал я.

Она заворочала языком, вылизывая палец, а уже через несколько мгновений я прижал его к анусу, смачивая дырочку.

— Нет... — взмолилась она, — только не туда.

— Это ещё почему? — я опять потянул голову на себя.

— Больно... — зашептала она.

— С чего бы вдруг? — удивился я, — там должна быть такая дыра... — и надавив, спокойно вогнал пальчик внутрь, — вон пальчик, — я прокрутил им у неё в анальном отверстие, — вошёл, вообще, без труда...

— Я давно так не пробовала, — стонала Марьяша...

— И плевать, — мастерство не пропивается, скаламбурил я, — мы тебе сейчас туда кое-что потолще сунем! Вы ведь все любите побольше и потолще...

— Я прошу...

Закончить ей я не дал. Покинув гостеприимное лоно, я сходу вогнал склизкий от её выделений член в задницу.

— Оу-ооо! — завопила партнерша, — осторожней, ты там всё порвёшь...

— Да ты что?! — я энергично задвигал бёдрами, гоняя туда-сюда член в растянувшемся сфинктере.

Она сначала замерла, будто прислушиваясь к себе, но уже через несколько минут страхи были забыты, и она с упоением выкручивала ягодицами кренделя, тяжело ухая, словно дровосек в лесу. Почти сразу же её скрутило повторно, а почти прекратившиеся спазмы стали сильнее. Второй оргазм последовал незамедлительно за первым, стоило сменить место приложения силы. Подобно вагине очко, запульсировало, ритмично сжимаясь вокруг двигающегося члена.

— Горячая ты баба, — проговорил я, задыхаясь, — да и драть тебя в попку просто приятно.

— Уффф... — отдувалась она, не в силах ничего с собой поделать, — ещё! — вдруг заорала она, когда я чуть притормозил.

Её рука, до этого тискавшая край столешницы, вдруг оказалась внизу ...

и, ухватив меня за яйца, стала в такт движения подтягивать за них меня к себе. Такого отношения мой организм вытерпеть уже не смог и я, загнав член по самое нехочу, стал обильно кончать, заполняя её спермой.

Припав к дергающейся в оргазме спине барышни, я чутка, подождал и медленно покинул гостеприимную дырку. Тяжело выпрямившись, посмотрев вниз, увидел растянутое и раздолбанное, медленно сжимающееся очко. Из него обильно струилась пузыря чуть коричневатая сперма.

— Хорошо-то как, Оля... — вспомнил вслух я анекдот и сам же продолжил, — а я не Оля, я Марьяша! А какая разница... Всё равно хорошо!

4. «Я требую продолжения банкета?!»

Я по-хозяйски рассмотрел подёргивающееся и опирающееся грудью на стол тело. Не знаю, почему размахнулся и влепил по левой булочке растопыренной ладонью. Взвизгнув тетя, Маша, резко выпрямляясь, чуть ли не подпрыгнула вверх. Левая ягодица заалела четким контуром следа ладони.

— Ты что? Ебанулся? — завопила моя «радость», потирая ударенную попку, — совсем сдурел? У меня же синяк будет!

— Извини... — сделал я пару шагов назад и, запечатлевая на видео как она, пытаясь увидеть свой зад, выворачивает вбок голову. Как рука поглаживает красноту, в форме ладони контрастно выделяющуюся на белом фоне.

— И что я теперь мужу скажу, как объясню этот синяк? — орала она в припадке праведного гнева.

— Да ничего страшного, — усмехаясь, ответил я, — наденешь нормальные трусы, которые жопу голой не оставляют. Да и мне ведь надо было отметиться? — продолжил я, — раз уж поимел тебя в первый раз...

— Вот сволочь, — чуть не разрыдалась она, но тут до неё дошло, на что я намекаю, — не обломится тебе больше, — и стала поспешно кутаться в халатик.

— Да ты что?! — деланно испугался я, — а ведь видео всё ещё у меня! — сделал я ударение, — и он-о не од-но... — произнёс я по слогам.

— Да? — она словно съёжилась.

Продолжение следует ...

Измена По принуждению Случай Студенты