сделка на миллион

Холодная вода вроде бы остужает.

Намджун выдыхает и обеими ладонями зарывается в мокрые волосы, подставляя лицо под струи, надеясь, что это поможет. Вот только стоит закрыть глаза и там вновь появляется этот парень, его совсем неслучайный новый знакомый. Дерзкий, нахальный, бесцеремонный, с искорками озорства в чёрных глазах, с мягкой улыбкой на пухлых губах, и воздушный весь от макушки до пяточек в этом своём неподобающем для деловой встречи костюме. И так бесил своим поведением, в то же время безмерно заводил, что Намджун уже было подумал в тот момент, бесцеремонно разглядывая его и наблюдая за каждым движением худощавого тела, что сойдёт с ума в прямом смысле этого слова, если сию же секунду не возьмёт этого парня на всех поверхностях, которые только можно представить, и плевать, что переговоры в самом разгаре.

Как же хорошо, что годами натренированная сила воли, не дала сбой. Ведь он приехал сюда далеко не за тем, чтобы трахать своевольных мальчиков. Его целью является только лишь сделка — покупка полузаброшенной старенькой гостиницы на берегу, чтобы в дальнейшем превратить это место в фешенебельный отель с большой территорией, собственным пляжем, развитой внутренней инфраструктурой для всевозможных развлечений для взрослых и детей. Так что он не собирался в этой поездке отвлекаться на лишнее. Только бизнес и ничего лишнего.

Намджун выключает тропический душ, встряхивает головой, разбрызгивая влагу с волос по кафельным стенам, в который раз удивляясь модному интерьеру. За неимением времени, он поселился прямо в здании, правое крыло которого оказалось отремонтированным и даже принимало гостей, коих он пару раз встретил в длинных коридорах. Однако чего здесь не хватало, так это кондиционера: снаружи температура воздуха достигает чуть ли не сорока градусов тепла по Цельсию и образовывает в номере, который ему любезно предоставили, настоящий ад.

Отфыркиваясь от попавшей в рот воды, Намджун обматывает бёдра большим полотенцем и прям босиком, как человек ненавидящий домашнюю обувь, покидает небольшую ванную комнату, пересекая пошарканный порожек. Он останавливается и мотает головой ещё раз, надеясь, что так волосы высохнут быстрее, и вдруг вздрагивает, почувствовав неладное. Намджун находит взглядом входную дверь и хмурится — на вид будто бы он её не закрыл по возвращении, но он точно помнит, что щёлкнул замком. Хочется шагнуть к ней, потянутся рукой и захлопнуть, но вместо этого он поворачивается в противоположную сторону, в комнату.

Там, обдуваемый проникающим сквозь приоткрытое окно ветром, на деревянном скрипучем стуле, обнимая одну ногу двумя руками и склонив на колено голову, сидит нынешний хозяин всего этого доставшемуся ему в наследство богатства, которое так жаждет заполучить Намджун и за которое этот шалопай просит просто баснословную сумму, и не сводит с него, полуголого по сути, горящего взгляда. Намджун усмехается, получая в ответ лёгкое движение в уголках губ внезапного визави.

— Как Вы сюда попали? — прерывает первым неловкое молчание Намджун, скрестив руки на груди и прислонившись плечом к стене.

Ответом ему служит лёгкий жест рукой с зажатыми в пальцах ключами. Ну конечно, можно и догадаться.

Намджун фыркает, невербально выказывая своё недовольство вторжением в личное пространство.

— Вы злитесь? — голос словно мёд, а его обладатель улыбается так, что атмосфера вмиг накаляется.

— А не должен? — парирует Намджун, вздёрнув бровь. Ну что за проделки? Понятное дело, парень совсем молодой, но границы знать нужно, тем более в отношении того, с кем планируешь совершить самую крупную сделку в своей жизни. О, и молодость эта настолько чётко ощущается буквально на кончиках пальцев, угадывается в каждом изгибе тела, движении и слове, что почти сорокапятилетний Намджун опять неконтролируемо поджимает губы, проезжаясь взглядом по смуглой коже, выглядывающей из-под не до конца застёгнутого воротника рубашки. — Я вроде бы не разрешал проникать в мой номер. Это самоуправство с Вашей стороны, Сокджин.

— Не буду спорить, — парень выпускает из захвата ногу, и та соскальзывает с сиденья, но сам он остаётся сидеть, свободно откинувшись на спинку, всем своим видом выказывая, что ничего плохого и не сделал. Он смотрит тягуче, будто бы пытается Намджуна сожрать, а потом плавно скользит взглядом вниз. Когда в поле его зрения оказываются ключицы, в глазах вспыхивает огонь, так знакомый Намджуну, когда тот был молодым и охочим до секса аж до зуда. — Просто не смог удержаться, — произносит он твёрдо, слегка усмехнувшись в то время, как глаза продолжают своё путешествие всё ниже по крепкому телу, над которым Намджун работал усердно, и останавливаются на грудных мышцах. Сокджин выдыхает, облизывает нижнюю губу и с придыханием добавляет: — Это слишком сложная задача.

Намджун вдруг понимает, что пахнет жареным. Точнее, запахнет в скором времени. Он отталкивается от стены и не сдвигается ни на миллиметр, сощуриваясь и в полной мере фокусируясь на парне напротив. Тот, склонив голову в сторону, сначала зависает взглядом на его торчащих из-за перепада температур — всё-таки он только что из холодного душа, — сосков, а потом, тяжело глотая, опускается на мышцы живота и едва слышно охает. И Намджуну становится любопытно. Настолько, что, кажется, тотчас взорвётся: если Сокджин, маленький поганец, так ясно выказывает свой интерес, то каким он будет в его, Намджуна, постели, когда получит взаимность? Он глубоко вдыхает, расправляя грудную клетку и опуская руки к линии полотенца, пальцами ухватившись за край.

Сокджин в этот момент неконтролируемо дёргается, подбираясь.

— Неужели? — дразнится Намджун.

— Конечно, — вздёргивает подбородок Сокджин, расплываясь в улыбке, а в глазах сияют звёзды, чуть ли не ослепляя Намджуна. — Так уж вышло, что я слишком чувствителен. И если меня хотят, я это с лёгкостью почувствую. Как вот сегодня, когда Вы, — с этими словами парень поправляет рубашку, проходится длинными пальцами вдоль расстёгнутых пуговиц, немного задержавшись у пряжки ремня, и Намджун поджимает губы, — смотрели так, — он делает акцент на последнем слове, продолжая путь ладонью по бедру, явно дразня, — что у меня поджилки затряслись. Ваше желание буквально пожирало меня. Вы разве этого не заметили?

— Чушь! — вырывается у Намджуна.

— Вы не умеете врать, — выдохнув, Сокджин прикладывает к собственному паху раскрытую ладонь, чуть сжимает пальцы, и Намджуна окатывает жаром. — Ой, как не умеете. Я ведь, знаете, совсем не против с Вами переспать.

— Вряд ли получится, — гнёт свою линию Намджун, получая какое-то всепоглощающее удовольствие от этого разговора. Никогда ещё ему не предлагали себя вот так, открыто, только шагни и всё будет твоим и только твоим. Да и азарт берёт своё, и ему безумно не терпится осуществить желание обоих, витающее в воздухе осязаемо и оседающее на плечи каждого из них тяжёлым грузом. Намджун тянет уголок губ вверх, продолжая игру в обезоруживание. — Мои интим-услуги стоят дорого. Вам не по карману.

Сокджин моргает несколько раз, а в следующим миг хихикает, прикрыв ладонью губы. После этой же рукой отмахивается, открывая Надмжуну вид на широкую улыбку, что действует на него почти гипнотически.

— Тогда я сделаю Вам скидку, — он с грацией кошки поднимается на ноги. Шлёпает по паркету, врывающийся ветер треплет полы рубашки и ткань очень свободных брюк, заставляя Намджуна ещё и тяжело дышать: ну и ловушка, конечно, паренёк этот. — А если хорошо постараетесь, — Сокджин протягивает руку, касается кончиком указательного пальца грудины и скользит по коже Намджуна вниз, в районе пресса вообще припадет всей ладонью и, глядя прямо в глаза, мучительно медленно проглаживает каждый вычерченный мышцами кубик, — то и вообще бесплатно отдам то, за чем Вы сюда приехали. Мне кажется, это должно покрыть мои расходы на Ваши услуги.

— Вы роете себе яму, — вырывается прежде, чем он успевает подумать. Вот же чертёнок, знает, на какие кнопочки нажимать.

— Почему же? — изящные брови Сокджина вопросительно приподнимаются, придавая его лицу очаровательную детскость на доли секунды.

— Я ненасытный, — поясняет Намджун, протягивая руку в ответ и беспрепятственно приникает к шее Сокджина, опускается ниже, оказываясь под тканью рубашки и ощущая, как в ладонь бьётся чужое сердце, а кожа горячая, даже обжигающая. Сокджин придавливает её сверху, позволяя почувствовать своё тело настолько близко, насколько это возможно именно в данный момент. Понятно, что вскоре Намджун почувствует его гораздо плотнее и намного ближе. — Курорта не обещаю.

Но Сокджин остаётся всё таким же спокойным. Хотя нет, это только напускное спокойствие. Он скорее распалён сказанным, о чём говорит его взгляд. И, вновь облизав губы, Сокджин выдыхает на полутоне:

— Какое совпадение.