«Проповедь православия через современный художественный язык»: владелец палехской галереи «Объект.Объект» о христианском искусстве и европейском подходе к пространству

Сегодня в палехской галерее «Объект.Объект» открылась выставка «Зримая вечность». По этому случаю «Нить» публикуем интервью с основателем галереи Ильёй Юрасовым, в котором обсудили наболевшие темы: является ли христианское искусство нишевым или ему просто нужно время, чтобы набрать обороты, почему искусство становится по-настоящему значимым только тогда, когда его начинают покупать, как христианское искусство работает как проповедь и почему важно услышать каждого художника.

Почему вы решили собрать художников разных направлений на одной выставке?

— Выставка изначально задумывалась для фестиваля «Тарусские сезоны» как групповая экспозиция современного христианского искусства. Я обратился к знакомым художникам, посмотрел, над чем они работают сейчас: что-то уже существовало, что-то создали специально для проекта. У меня было желание сделать экспозицию более современной по языку и собрать авторов в разных техниках. В результате получилось объединение разных художественных подходов.

Какая связь между первой выставкой в Тарусе и второй в Палехе? в чем их различия?

Выставка в Палехе не повторяет тарусскую, а развивает её. Замысел тот же, но состав работ изменился: что-то убрали, добавили новое — например, фильм Анны Кузнецовой «Лисичка». Мне было важно включить в экспозицию художников Палеха. Поэтому здесь представлены работы Ольги Колыгиной, творчество которой связано с палехской традицией, и Алексея Бровкина, чья жизнь трагически оборвалась в начале года. Его работа «Спас» впервые показана уже после смерти автора. В экспозиции остались графические работы художниц из Казани — Лейлы Фаизовой и Ирины Зеленовой.

По какому принципу выбирали участников в проект? В чем уникальность каждого?

Проект делался быстро, поэтому открытого конкурса не было. Я опирался на знание работ художников и личный интерес к тому, что они делают. Все участники очень разные по языку и техникам, но их объединяет серьезное отношение к художественной практике и обращенность к вопросам веры.

Работы Романа Родивилова — это философский поиск и размышление без прямых религиозных формулировок. Фильм Анны Кузнецовой «Лисичка» продолжает её исследования в области философии живого. Максим Демин накладывает графику и тексты на фотографии старых фактур, «дописывая» их христианскими смыслами, как цифровое граффити. Ксения Дронова показывает работу в соавторстве с ученицей Марией Кораблевой. Ольга Бровко-Семенова создает многослойные акварельные образы, размещенные в экспозиции на прозрачном пластике как наклейки.

Графика Каролины Гартавер-Сас отличается от её привычной живописной практики. Впервые в проекте участвует текстильный художник Светлана Аникандрова. Работы Ники Клецки связаны с темой монашеских образов.

В работах палешан важно продолжение и переосмысление иконописного мышления в современном художественном контексте. Именно это разнообразие стало одной из сильных сторон выставки.

Расскажите о главной идее проекта.

Главная идея — проповедь православия через современный художественный язык, которая возникает из самого материала и образов. При этом мы разделяем церковное искусство, предназначенное для храма, и современное христианское искусство, которое работает в поле личного опыта, размышления и художественного высказывания. В экспозиции представлено именно второе.

У вас минималистичное пространство с белыми стенами. Почему именно такой формат и как вы работаете с экспозицией?

Мы изначально ориентировались на формат white cube и галерей современного искусства. Это отражается и в нашей айдентике, и в том, как мы работаем с выставками и авторами. Нам важно оставаться в логике галерей современного искусства, даже находясь в Палехе. Минимализм удобен для организации экспозиций. А на фоне выразительных старых палехских фактур галерея задает более сдержанную интонацию.

Вы собрали разные высказывания. Вам важно услышать мнение каждого участника?

Да, это очень важно. Интересно, когда разные авторы с разным опытом и языком вступают в диалог друг с другом.

Как выставка «Зримая вечность» раскрывает для зрителя христианский контекст через современные формы?

На выставке напрямую представлены образы святых и евангельские сюжеты. К нам приходят разные зрители, и иногда, рассказывая о работах и связанном с ними христианском контексте, понимаешь, что человек сталкивается с этим впервые.

Почему в наше время важно показывать современное христианское искусство? Не существует ли снобизма в искусствоведческой среде, что христианство не должно интегрироваться в современность из-за устоявшихся канонов?

В современной культуре спокойно существует огромное количество самых разных высказываний, в том числе, мягко говоря, очень сомнительных. На этом фоне странно, что христианское искусство должно как-то оправдывать свое присутствие.

Многие считают христианское искусство «нишевым». Будет ли оно массовым или останется «для своих»?

Вопрос не в массовости или нишевости, а в том, как формируется сама художественная среда. В современном искусстве она включает художников, институции, рынок, медиа и коллекционеров. Христианское искусство пока существует скорее фрагментарно, без устойчивой инфраструктуры, но это поле постепенно формируется. Мы в «Объект.Объект» уже сталкивались с тем, что для православного сообщества мы выглядим слишком «модернистски», а для мира современного искусства — слишком «церковными». Для нас важно развитие коллекционерского и институционального интереса к этому направлению, поскольку именно это создает устойчивость среды.

Как Палех с его историей помогает раскрыть контекст современного христианского искусства?

Палех — место с сильной традицией иконописи, это здесь очень ощущается. Но современная церковная жизнь здесь развивается не так активно, как хотелось бы. Иногда, возвращаясь из Москвы, где есть множество больших приходов, выставок, лекций и инициатив, особенно остро чувствуешь эту разницу.  Именно поэтому такие проекты здесь важны. Не потому, что Палех уже является центром христианского искусства, а потому что в нем есть память и потенциал для нового. Хочется, чтобы традиция не оставалась в прошлом, а давала повод для нового разговора.

Какой эффект на зрителя, по вашему мнению, должна произвести эта выставка?

Хочется, чтобы эти работы входили в дома и общественные пространства, в повседневную жизнь, а не только в галерейные залы.

Больше текстов на канале «Медиа НИТЬ»