Рослитература

Что ж! По мишлену так по мишлену!

Я сначала, признаться, думал, что это какая-то конъюнктурная глянцевая херня для клоунов, идиотов, иностранцев и самих рестораторов, и даже не пошёл на мероприятие (я вообще не шибкий ходок на мероприятия). О чём уже сто раз пожалел, и пожалел жестоко.

Во-первых, в номинации попали аж четыре ресторана моего друга и ресторатора моей души - Ильи Тютенкова. И это очень здорово, потому что это мои любимые рестораны. Когда-то давным-давно я пришёл в свежеоткрывшийся "Вильямс" на Патриках, и остался там плюс-минус навсегда; в Москве ничего подобного не бывало никогда: Тютенков просто взял и порвал нахрен Патрики, а старые Патрики, парни, это был ни хрена не тот район, который можно было просто так взять и порвать. Не продав предварительно душу дьяволу. 

Разумеется, по знакомству с Тютенковым я моментально врубился, что всё это свалилось сюда ни хрена не просто так, и что этот район больше уже никогда не будет прежним. Так и произошло. А дальше оставалось просто завороженно наблюдать.

Сразу же после Патриков он принялся за всю остальную Москву. И тоже порвал её. Все остальные его рестораны проектировались и строились уже на моих глазах. Помню, как при постройке "Уголька" он на айфоне показывал мне фотографии этих безумных, ржавых, полуразвалившихся печей позапрошлого века, которые они с Ламберти откопали где-то аж в Америке, в каких-то местных лютых ебенях, и привезли в Москву, и восстановили, и которые ежедневно молотят теперь в этом великолепном ресторане.

Про безумные же "Северяне" у меня попросту недостанет вокабуляра даже лапидарно, да даже просто плюс-минус достойно это описать. Чтобы открыть в центре Москвы эту ирреальную бетонную дырку в стене, без малейшей внятной надежды на взлёт ввалить туда килотонны бабла, и выкинуть этот фортель, что они там с моей любимой Белоноговой по итогу выкинули - это надо иметь абсолютно, бескомпромиссно каменные яйца. Ну и быть гениями, конечно же. Так, немножко. Да ещё и совпавшими в такую синергию.

Луиджи Маньи по приезде так и вообще жил сначала в моей квартире на Патриках, когда я в очередной раз свалил на какие-то острова. А юного факин гениуса Гришу Трояна я помню ещё вот такусеньким: никогда не забуду, как Илья впервые мне его показал, и безапелляционно заявил, что этот вот малолетний засранец будет теперь всем здесь заправлять. Я, законченный консерватор с критическим мышлением, тогда, конечно, аж подпрыгнул на месте, схватился за сердце и вытаращил глаза (мысленно, разумеется), но тютенковский гений и здесь управил всё как надо. Теперь они оба мирового уровня шефы.

А ещё в номинации оказался проект рестораторов моего сердца. Речь о "Рыбторге" двух Максов Ползиковых - старшего, Максима Станиславовича, и младшего, Максима Максимовича, который тоже пашет там со дня основания. Ну, во-первых, потому, что это тоже мой любимый ресторан. И он, бесспорно, один из лучших лучших в мире. Абсолютно вся еда является там кулинарными шедеврами буквально ручной работы.

Здесь уместно уточнить, что фразами такого свойства и энергетики я направо и налево не луплю. С едой у меня всё довольно просто: ем я мало, и абсолютно и категорически не могу есть всё, что не приколочено к столу. Не то, чтобы я какой-то там особенный гурман. Нет, я всего лишь не ем что попало. 

Это попросту невозможно, да в моём возрасте уже и несложно: где-то к сорокету я окончательно оформился в гедониста-перфекциониста, склонного к тому же к сибаритству, каковая данность наисущественнейшим образом упростила мне дальнейшее существование: теперь мне всего лишь достаточно самого лучшего. Я даже когда сам себе дома полтора десятка пельменей из пакета варю, у меня на приготовление одного только бульона уходит пять компонентов (и это не бульонные кубики!), а на соус к этим пельменям - семь, а порой и восемь.

Между тем, в мишленовских ресторанах я разбираюсь довольно неплохо. Я был в таком чёртовом их количестве, что даже и города-то эти не все готов припомнить, не то что сами заведения. Но это заслуга исключительно одного человека - Сергея Сергеевича Минаева. Который буквально за руку меня по всем им и водил.

Сергея Сергеевича в этом разрезе следует, безусловно, упомянуть отдельной строкой письма. Короче, если кто-нибудь из ваших знакомых называет себя гурманом, шлите его прямиком на хер. Потому что он врёт.

Сергей Сергеич Минаев - это человек, способный за год (потому что раньше хрен закажешь - всё расписано) заказать стол в какой-нибудь обдристанной скандинавской столовской общаге с пластиковыми скамейками. Прождать, сука, этот год, нетерпеливо вертясь на стуле, как семиклассник перед первым свиданием. Ровно в назначенный день и час приехать в эти скандинавские перди. Сесть за этот сраный столик. Сожрать кучку сушёного лесного мха-ягеля (потому что в "меню" ягель, и только он). Уплатить за эту кучку говна две тысячи евро, а то и три. И с довольной рожей убыть назад в Москву.

Он, сука, даже гуся с картошкой разными ножами и вилками режет. Ну а как же - ведь оставшимся на ноже запахом картошки несчастного гуся можно шокировать! Жареного, блять! И на вкус он будет уже не тот!

Я столь икаровских градусов паренья пока что не достиг, но в мишленовской жратве, как уже несложно догадаться, плюс-минус понимаю. Так что, как видите, дело здесь абсолютно не в том, что Ползикова-старшего я знаю как облупленного полтора десятка лет, и не просто знаю: Макс мой близкий и очень старый друг, неотъемлемая часть моей экосистемы, биографии и жизни. Вместе со всей своей бандой. И не в том, что Макс-младший практически вырос у меня на глазах. 

И даже не в том, что без моей подруги Фати Ибрагимбековой не было бы не только этого ресторана, а даже и Макса-младшего; а может даже и старшего давно уже - бох его знает. 

А в том, что "Рыбторг" - действительно один из лучших ресторанов в мире. И очень приятно, что об этом теперь знают не только у нас.

На следующую церемонию я приду точно. И буду болеть за наших. Потому что Москва давно уже превратилась в один из главных мировых гастрономических центров, и нужно очень сильно постараться, чтобы найти у нас даже просто средний, а не то что откровенно плохой ресторан. И я, честно говоря, даже не мечтал, что когда-нибудь доживу до этого. Спасибо вам, парни. Вы круче всех.