rock band.

pov: уен.

хонджун-хен заводит меня в студию, в которой я всего во второй раз. раньше как-то не доводилось, да и не хотелось, в целом. я не любитель бывать в новых местах, не любитель знакомиться с людьми, ведь по-моему, это пустая трата времени, а так как друзья хена здесь постоянно - желание побывать здесь до этого сразу же отпадало.

студия была очень светлой и довольно просторной. я максимально быстро начал сканировать помещение в поисках безопасного угла, вещицы, за которую смог бы зацепиться в случае стресса. свет так сильно давил на глаза, что аж голова разболелась. вчера, когда мы перевозили мою установку, будто было все не так плохо. 

нас уже, кстати, ждал сумин. я не сразу его заметил, хотя его трудно было не заметить: ярко-зеленые волосы, такие же яркие вкрапления в одежде. создавалось ощущение, что он светит ярче лампы под потолком. сумин выглядел таким… чистым, спокойным и радостным, что у меня скрутило желудок. я словно ощущал себя внутри странного мультфильма, где все пестрит радостью, бесконечным потоком энергии и яркими красками. тошно. 

— сумин, ты просто супер! спасибо, что согласился позаниматься с моим спиногрызом, - хонджун-хен улыбнулся и, положив руку на мою спину, надавил на нее, дабы я сделал пару шагов вперед. меня будто озарил свет от того, каким цветастым был этот сумин. почему он так близко стоит ко мне? мне ведь придется общаться с ним, придется поздороваться, хен меня сейчас ему представит, а дальше что? мое горло будто обвила колючая проволока. чувствую, как облажаюсь, если открою рот, ведь он настолько сухой, что даже пустыня позавидует. пустыня может завидовать? у нее есть чувства? господи, мои волосы выглядят так, будто я на три года забыл, что такое расческа. сумин так пялится на меня… неужели заметил прыщ у меня на щеке? надо было надевать маску. — что ж! это уен, уен, это сумин, знакомьтесь! 

— привет, уен. рад с тобой познакомиться! - он протягивает мне руку, она вся в каких-то мелких татуировках… круто… у меня, наверное, супер потные ладони. бля, надо было дома остаться.

— привет, - я пожимаю его руку. сука, ладонь и правда потная! зачем я согласился на эту авантюру? хонджуна-хена не хотелось обижать… почему сумин продолжает на меня пялиться? неужели я настолько отвратительно выгляжу, или глупо? может быть, он еще телефон достанет и сфоткает меня? бля, надо было сказать, что я тоже рад познакомиться, но я настолько долго пялюсь на свои ботинки, что уже бесполезно что-то отвечать… — может, начнем? 

— да, точно, - хен щелкает пальцем и указывает мне на мою установку, стоящую в левом углу студии, — давай, садись. слушай, сумин, после разминки вы можете начать с того, что ты ему покажешь тот «фил» на тарелке, ну типа, знаешь, повыебываться немножко, - он смеется с самого себя. хен всегда таким был, я за это и люблю его. он как будто вообще ни о чем не парится, всегда не думает о том, как на него смотрят, есть ли у него прыщи на лице и не думает, что его все ненавидят.

— окей. уен, все окей? - это он мне? бля… я поворачиваюсь к сумину и хлопаю глазами. о чем он говорит? и вообще, когда в моей жизни все было окей? я не думаю, что смогу ответить на этот вопрос. 

— д-да, все нормально, - сука! я же так и думал… у меня дрожит голос, он как будто сорван. сухо, воды бы… интересно, сумин заметил, какой я лох, или нет? мне кажется, что да. боже, эта вся вечеринка настолько мне не нравится, что я хочу прямо сейчас вскочить и убежать, сверкая пятками, но остаюсь прибитым гвоздями к стулу только из-за хонджуна-хена. 

— не обращай внимания, он немножко переживает. просто перейдите к барабанам и он успокоится, концентрация, все дела, - хен машет рукой и напоследок запускает руку в мои волосы, немного взъерошив их. блять, я и так выгляжу побитой и бедной псиной, а он только усугубляет. кажется, у сумина не осталось ничего кроме жалости по отношению ко мне… но в целом, я не собираюсь как-то исправлять эту ситуацию. — давайте, молодежь, а я пошел по делам. вернусь через часик, ок? ведите себя хорошо и все такое! 

как только хонджун-хен исчез за дверью, я начал чувствовать, как внутри меня все сжимается, как будто из вакуумного пакета выкачивают воздух. также, как из моих легких. надо сконцентрироваться на цели сегодняшней встречи: барабаны. улучшение техники. я мечтаю играть также, как хонджун-хен, да и сумин очень хорош в своем деле. до этого я мельком видел его с трибун, когда был на их концерте. они - тот уровень, к которому я так стремлюсь. 

— так… хонджун-хен говорил, что у меня проблемы с хай-хэтом… - чувствую, сука, как бьется сердце, уже в ушах отдается. я надеюсь, что оно стучит не так громко, чтобы сумин услышал. ладони потные, палочки держать трудно… кстати, сумин так странно держит палочки. но это выглядит очень профессионально, не знаю, так крута, типа. надо запомнить. 

— без проблем! давай тогда начинать с разминки. когда была последняя репетиция у вас? 

— три… или два дня назад, я не помню, - мне казалось, что я говорю громко, но я заметил, как сумин из-за всех сил старался прислушаться к моей бубнежке. позорюсь до конца.

— окей, в целом, неплохо. «фил» показать сейчас, или после разминки? или… ну… ты вообще хочешь на него смотреть? 

— да, хочу, - выпрямившись, я сложил руки на груди. бля, я нормально выгляжу? тут зеркал нет. это к лучшему, но я впервые за долгое время говорю с кем-то кроме хена и родителей, я даже перед выходом в зеркало не смотрел. а если на голове все плохо? от меня воняет? я вроде стирал эту толстовку. дезиком тоже пшикался… сука… 

— так, тогда пока… 

— о, привет! - я резко перевожу взгляд на входную дверь и вижу вокалиста из группы хена. сан, кажется? блять, еще одного персонажа мне не хватало… он такой… запыхавшийся, у него волосы мокрые и он тяжело дышит. и смотрит, сука, почему-то именно на меня. какой же пиздец тут происходит? они, может, всей группой сейчас сюда припрутся? 

— сан-хен, привет! - сумин вскакивает с места, и улыбается так широко, пожимая ему руку. че ж вы, бля, такие счастливые все. — ты что-то забыл? 

— о… да, забыл! там провода для микрофона, надо это… сверить, типа. короче, не поймете, - он проходит в студию, начиная рыться в одном из ящиков с проводами. он держит меня… нас, за дураков? реально? и ведь продолжает пялиться на меня, как на цирковую обезьянку. мы вообще сегодня приступим к занятию, или я так и буду объектом для изучения? — ты уен, да? 

блять? а он откуда знает обо мне? 

хонджун-хен рассказал? класс, я, видимо, теперь новая местная знаменитость!

— ага.

— круто играешь, кстати! сумин-а, хонджун-хен показывал тебе, как играет уен? 

— нет! блин, мне теперь интересно…

они оба вылупились на меня, как два тупых котенка, будто надеятся, что я им что-то исполню прямо сейчас.

единственное, что мне хочется сейчас исполнить, - это побег из этой студии к хуям. я чувствую себя посмешищем, местным грустным клоуном, над которым все равно смеются. ведь наверняка этот сан так по-дурацки улыбается, потому что у меня так не вовремя вылез прыщ, и потому что я воняю, или может потому, что я выгляжу глупо. может, его позабавили мои очки, склеенные скотчем? блять, да не знаю я! 

— так, сан? ты какого хуя здесь делаешь? - вдруг появляется хонджун-хен, который, кажется, сказал, что вернется через час. может быть, он услышал мои мысленные мольбы о помощи и пришел меня спасти? блин, круто…

— о, хен! здарова. да я это, за проводами пришел, надо их домой отнести. че с уеном нас не знакомишь? 

— а тебе какое дело? молодежь, не ебите мне мозги. эти, - ладонь хена указала в нашу с сумином сторону, — занимаются, а ты, - вторая метнулась к сану, — бери свои провода и уебывай давай, пока я не разозлился. 

бля, хен и вправду в какой-то степени спас мне жизнь сейчас.

— все-все, я понял, - сан поднял руки в воздух, типа сдается, — ухожу. пока, уен! - и ретировался из студии, оставив меня в полном недоумении. я в душе не ебу, что сейчас было, и, если честно, не хочу даже разбираться в этом. единственное, чего я хочу, это домой хавать попкорн и делать домашку. клянусь, я еще никогда не хотел так сильно сесть за домашку. лишь бы не находиться здесь на потеху всем.

— давайте, ребятки, я телефон тут оставил, вернулся. занимайтесь-занимайтесь, я уже ухожу! 

и хонджун-хен снова оставил меня с какой-то ярко-зеленой хуетой и мыслями о том, что это место проклято. 

вот бы в эту студию больше никогда не возвращаться.