Роберт Грин

Роберт Грин

Librarian

Это самая аморальная, самая скандальная, самая циничная... и самая правдивая книга о власти, начиная с незамысловатой, бытовой и кончая президентской

//

Предисловие

Ощущение отсутствия власти над людьми и событиями для нас обычно невыносимо — бессилие заставляет нас чувствовать себя несчастными. Никто не стремится к тому, чтобы иметь меньше власти, каждый хочет получить ее побольше. В сегодняшнем мире, однако, небезопасно выглядеть слишком жаждущим власти, не скрывать своего стремления к ней. Нам следует казаться славными, честными и скромными. Так что приходится применять тонкое искусство — быть благонамеренными, но хитрыми, демократичными, но неискренними.

Такая постоянная двойственность более всего напоминает происходившие в старину игры при дворе царственных особ. В ходе истории двор всегда формировался вокруг властной особы — короля, королевы, императора, лидера. Придворные, составлявшие этот двор, часто находились в очень и очень щекотливом положении: необходимо было прислуживать своим повелителям, но если это выглядело откровенным лизоблюдством, слишком неприкрытым заискиванием, другие придворные не упускали случая обернуть это против них. Поэтому приходилось идти на ухищрения, чтобы попытки заслужить милость господина не выглядели слишком откровенными. И даже опытные придворные, способные на такую изощренность, все же должны были помнить о мерах защиты от соперников, готовых в любой момент оттолкнуть их.

Предполагалось в то же время, что двор являет собой цвет утонченности и цивилизованности. Грубое и непри­крытое рвение к власти не по­ощрялось, придворные действо­вали исподтишка, скрытно противодействуя любому, кто применял силу. Это была дилемма жизни при дворе: стараясь внешне казаться образцом элегантности и благородства, придворные старались как можно более незаметно и утонченно перехитрить и обойти противника. Удачливый придворный со временем постигал науку извилистых путей, обучался наносить удар в спину противника рукой в бархатной перчатке и со сладчайшей улыбкой на лице. Вместо того чтобы применять насилие или прямую угрозу, истинный придворный добивался своего с помощью стратегии обольщения, хитрости, пуская в ход обаяние и интриги, всегда обдумывая план действий на много шагов вперед. Жизнь при дворе представляла собой бесконечную игру, которая требовала от участников постоянной бдительности и тактического мышления. Это была учтивая война.

Двор, без сомнения, являет собой средоточие вежливости и хороших манер. Не будь это так, он стал бы средоточием кровопролития и запустения. Те, кто сейчас благосклонно улыбается и заключает друг друга в объятия, обменивались бы оскорблениями и ударами, если бы не мешало воспитание...

Лорд Честерфилд, 1694–1773

Сегодня мы сталкиваемся с очень похожим парадоксом: все должно быть цивилизованным, приличным, демократичным и честным — на вид. Но если мы играем, слишком точно придерживаясь этих правил, понимаем их слишком буквально, нас сомнут наши противники, если только они не такие же простаки. Как писал великий дипломат и придворный в эпоху Возрождения Никколо Макиавелли: «Всякий, кто старается все время быть хорошим, неизбежно в конце концов окажется погребенным среди огромного множества тех, кто нехорош». Двор воспринимал сам себя как кульминацию изысканности, но под блестящей оболочкой скрывались темные страсти — алчность, зависть, похоть, ненависть клокотали, как в кипящем котле.

Вот и наш сегодняшний мир воспринимает себя как кульминацию добродетели, но те же неприглядные страсти по-прежнему бушуют в нас, как это было всегда. Правила остаются все теми же.

По видимости, вы должны уважать честную игру, но на деле, если только вы не совсем простак, вы быстро научаетесь расчетливости и осмотрительности и поступаете по совету Наполеона: надеваете бархатную перчатку на железную руку. Если подобно придворному давних времен вы сможете овладеть искусством действовать исподтишка, обучитесь очаровывать, льстить, плести интриги и изящно обводить вокруг пальца своих соперников, то вам удастся достичь самых высот власти. Вы будете подчинять людей своей воле так, что они и не заметят, как вы это сделали. А если они не поняли, что вы сделали, то никоим образом не смогут противостоять и сопротивляться вам.

Ничего удивительного, что барашки не любят хищных птиц, но это не причина для того, чтобы удерживать хищников, не давая им уносить овец. А когда барашки перешептываются: «Эти хищники злые, так разве нет у нас права считать все средства подходящими для противостояния им?», в этих доводах нет ничего в корне неверного. Однако хищные птицы будут несколько озадачены и скажут: «Мы ничего не имеем против этих добрых барашков, мы даже любим их. Нет ничего вкуснее нежного барашка».

Фридрих Ницше,

1844–1900

Для некоторых людей идея сознательного участия во властных играх — неважно, насколько прямого — представляется злой, антиобщественной, реликтом прошлых времен. Они верят, что смогут обойтись без этой игры и дойти до цели путями, которые ничего общего не имеют с властью. Остерегайтесь этих людей, потому что, хотя вслух они высказывают подобные взгляды, на самом деле среди них часто можно встретить признанных игроков, борющихся за власть. Они используют хитроумный стратегический прием, разоблачая используемые в этой борьбе манипуляции. Эти типы, к примеру, нередко выставляют напоказ свою слабость и отсутствие власти как своеобразную моральную добродетель. Но по-настоящему не имеющий власти человек, не преследующий никаких собственных интересов, не стал бы делать свою слабость достоянием общественности, чтобы завоевать симпатии или уважение. Делать зрелище из своей слабости — в действительности очень эффективный прием в игре власти, утонченный и коварный (см. закон 22. Используй тактику капитуляции: обрати слабости в силу).

Единственные средства достижения цели для людей суть сила и хитрость. И любовь, скажут вам, но это значило бы ждать, когда воссияет солнце, а жизни требуется каждое мгновение.

Иоганн Вольфганг Гёте,

1749—1832

Другой прием людей, заявляющих о неучастии во властных играх, — требовать равенства во всех областях жизни. Со всеми нужно обходиться одинаково, независимо от их положения и силы. Но если, избегая пороков власти, вы попытаетесь быть одинаково честным и справедливым со всеми, то столкнетесь с проблемой: оказывается, одно и то же удается разным людям по-разному. Относиться ко всем одинаково значит игнорировать различия, превозносить менее умелых, незаслуженно отодвигая тех, кто способен на большее. И снова — большинство тех, кто ведет себя подобным образом, на самом деле применяют совсем другой прием в борьбе за власть, управляя распределением наград.

Я говорил себе: какие нужны средства, ухищрения, сколько различных искусств, какое прилежание требуется человеку, чтобы довести до совершенства свое умение обманывать других, — и благодаря этому разнообразию мир становится прекраснее.

Франческо Веттори, современник и друг Никколо Макиавелли, начало XVI в.

Еще одним способом не вступать в игру могли бы стать совершенная честность и прямота, так как основным методом в борьбе за власть являются скрытность и обман. Но ваша абсолютная честность неизбежно нанесет вред или просто обидит очень многих, и кое-кто из задетых непременно захочет нанести вам ответный удар. Никто не сочтет ваши откровенные признания совершенно объектив­ными, не имеющими определенной личной мотивации. И они будут правы: в действительности жонглирование чест­но­стью — это еще один способ завоевания власти, его цель — убедить людей в появлении на сцене благородного, искреннего и неэгоистичного персонажа. Это — форма внушения, можно даже сказать, утонченная форма насилия.

Наконец, те, кто не хочет быть игроком, чтобы оградить себя от обвинений в том, что добиваются власти, могут изобразить безыскусственность и простоватость. И снова надо быть настороже, поскольку за наивным видом может стоять изощренная хитрость (см. закон 21. Прикинься простаком, чтобы надуть простака: кажись глупее своей мишени). Что же до неподдельной наивности, то и она несвободна от ловушек власти. Дети могут быть во многом наивными, но часто и они, ощущая примитивную потребность управлять теми, кто их окружает, действуют в соответствии с этой потребностью. Дети безмерно стра­дают, ощущая свое бесправие в мире взрослых, и поль­зуются всеми доступными способами, чтобы добиться сво­­его. Истинно наивные люди также могут принимать участие в игре, цель которой — власть, причем часто они в этой игре невероятно удачливы именно потому, что не обременяют себя рефлексией. Повторим: те, кто разыгрывает невинность, невинны менее, чем кто бы то ни был еще.

Стрела, выпущенная лучником, может убить одного человека или не убить его. Но хитрая уловка, придуманная мудрецом, способна убивать даже младенцев в утробах.

Каутилья, индий­ский философ,

III в. до н. э.

Вы сможете распознать таких предполагаемых игроков по тому, как они выставляют напоказ свои моральные качества, щеголяют благочестием, демонстрируют исключительное чувство справедливости. Но, исходя из того, что все хотят власти и почти все человеческие действия в конечном счете направлены на достижение этой цели, следует понимать, что «неигроки» просто пускают пыль в глаза, а их вид морального превосходства призван маскировать их собственную игру в борьбе за власть. Присмотритесь к ним — и вы увидите, что на самом деле они более других искушены в науке действовать исподтишка, хотя некоторые из них пользовались ею неосознанно. Они страшно негодуют в случае, если их уловки становятся достоянием публики.

Если устройство мира можно сравнить с невероятных размеров монаршим двором, а другого мира нам не дано, то бессмысленно пытаться не вступать в игру. Это лишит вас какой бы то ни было власти, а от сознания бессилия вы почувствуете себя отверженным. Чем сражаться с неизбежностью, чем спорить, комплексовать и испытывать чувство вины, уж лучше прорываться к власти. В самом деле, чем лучше у вас это получится, тем лучшим другом, возлюбленным, мужем, женой, тем лучшей личностью вы станете. Следуя путем истинного придворного (см. закон 24), вы узнаете, как заставить людей быть лучшего мнения о вас, становясь для них, как и для самого себя, источником удовольствия. Они перестанут зависеть от ваших возможностей, находя радость в вашем обществе. Овладев 48 законами этой книги, вы и других избавите от боли, какую причиняет неумелое обращение с властью — как игра с огнем, в которой можно обжечься, если не знать его свойств. Если уж игра во власть неизбежна, лучше стать в ней художником, чем неумехой и дилетантом.

Овладение игрой во власть требует определенного взгляда на мир, перемены перспективы. Для этого понадобятся усилия, годы практики. Придется овла­деть целым рядом базовых навыков, но, уж овладев ими, вы сможете применять законы власти легко и естественно.

Самый важный из этих навыков, а также главное основание власти — умение владеть своими чувствами. Эмоциональная реакция на ситуацию — это самое большое препятствие для власти, ошибка, которая обойдется вам куда дороже, чем любое временное удовлетворение, полученное вами от выражения чувств. За эмоциями не видны истинные причины, а если вы не видите ситуацию со всей ясностью, вы будете не в состоянии подготовиться к ней и хоть как-то проконтролировать собственную реакцию на нее.

Гнев — наиболее разрушительная из всех эмоциональных реакций, он полностью затуманивает перспективу, лишает вас способности видеть. В результате вам не удается удержать ситуацию под контролем, и уверенность врага в своих силах растет. Если вы стараетесь уничтожить врага, который причинил вам зло, гораздо лучше усыпить его бдительность, демонстрируя дружелюбие, чем показывать ему свой гнев.

Любовь и привязанность потенциально тоже разрушительны, так как могут ослепить вас и заставить служить интересам тех, кого вы менее всего подозреваете в участии в играх власти. Никто не в силах подавить гнев или любовь или заставить себя не испытывать их — не стоит и пытаться. Вам следует проявлять осторожность, контролируя их проявления, и, что особенно важно, они никак не должны влиять на ваши планы и замыслы.

Умение управлять своими чувствами связано со способностью отстраниться от текущего момента и объективно обдумывать прошлое и будущее. Подобно Янусу, двуликому божеству римлян, стражу всех врат и дверей, вы должны научиться смотреть в обоих направлениях сразу, чтобы успешно справиться с опасностью, откуда бы она ни пришла. Поработайте над созданием такого двойного лица — одно постоянно устремлено в будущее, другое — в прошлое.

Девиз для будущего таков: «Всегда настороже». Ничто не должно застать вас врасплох, потому что вы обдумываете проблемы и трудности раньше, чем они возникают. Вместо того чтобы терять время в мечтах об удачном завершении дела, потрудитесь и просчитайте каждый возможный сбой и каждую западню, в которую вы можете попасть. Чем вы дальновиднее, чем на большее число шагов вперед строите свой план, тем могущественнее становитесь.

Другое лицо Януса постоянно обращено в прошлое — но не для того, чтобы копить прошлые обиды и точить на кого-то зуб. Этим вы только уменьшите свою силу. Секрет успеха наполовину заключается в том, чтобы научиться забывать те события в прошлом, которые вас мучают и мешают ясно видеть и понимать. Истинная цель обращенного назад взгляда в том, чтобы постоянно развиваться; вы смотрите в прошлое, чтобы учиться у тех, кто был раньше вас. (Многие исторические примеры в этой книге призваны послужить этой цели.) Затем, после обращения к прошлому, вы пристальнее разглядываете собственные поступки и поступки своих друзей. Это самая важная школа для вас, так как, учась в ней, вы исходите из личного опыта.

Вы начинаете с того, что изучаете ошибки, допущенные вами в прошлом, особенно те, которые наиболее сильно задерживали ваше движение вперед. Проанализируйте их с позиции «48 законов власти», извлеките из них урок и дайте себе обещание: «Я никогда не повторю подобной ошибки. Я никогда не попаду во второй раз в одну и ту же ловушку». Если вы сможете оценивать и наблюдать себя самого таким образом, вы научитесь разрушать шаблоны своего прошлого — умение, значение которого трудно переоценить.

Власть требует также умения менять облик. Это означает, что вы должны научиться носить разные маски и иметь при себе мешок, полный хитроумных трюков. Хитрости и маскарад не следует воспринимать как что-то грязное или аморальное. Все человеческие взаимоотношения в той или иной степени опираются на обман; можно сказать, что в какой-то мере человека от животного отличает способность лгать и хитрить. В греческих мифах, в индийском эпосе Махабхарата и ближневосточном Гильгамеше боги пользуются привилегией применять хит­рые уловки. Великих людей, например Одиссея, оценивают по их способности противопоставить плутовство могуществу богов и похитить часть их божественной силы, сравниваясь с ними в обмане и хитрости. Обман — искусство, рожденное цивилизацией, и чрезвычайно мощное оружие в играх власти.

Вы не преуспеете в обмане, если только не научитесь дистанцироваться от самого себя, если не приобретете способность быть разным, надевая ту маску, которая требуется в этот день и в эту минуту. Такой гибкий подход к своему облику позволит вам избавиться от внут­ренней тяжеловесности, которая тянет людей вниз. Придайте лицу податливость, свойственную лицам актеров, учитесь скрывать от всех свои намерения, учитесь заманивать людей в ловушки. Игру с образами и совершенствование в искусстве обмана можно отнести к числу эстетических удовольствий, которые доставляет нам жизнь. Но это также ключевые компоненты в завоевании власти.

Если обман является самым мощным оружием в вашем арсенале, то терпение во всем — самый крепкий ваш щит. Терпение защитит вас от грубых ошибок. Как и контроль над собственными чувствами, терпение — это навык, искусство, которое не дается нам от природы. Но во власти нет совершенно ничего естественного, власть более богоподобна, чем что-либо другое в мире природы. А терпение — высшая добродетель богов, у которых если уж имеется что-то в избытке, так это время. Все хорошее будет происходить — трава вырастет снова, если дать ей время и заглянуть на много шагов вперед. А нетерпение только придает вам облик слабого. Оно противопоказано власти.

Власть поневоле аморальна, и один из важнейших навыков для ее достижения — умение взглянуть на обстоятельства не с позиций добра или зла. Власть есть игра — это можно повторять часто, — а в играх вы судите не намерения противника, а результат его действий. Вы оцениваете его тактику и силу на основании того, что вы видите и чувствуете. Как часто чьи-то намерения становятся только инструментом обмана и коварства! Что это меняет, если другой игрок, ваш друг или соратник, хотел как лучше и заботился только о ваших интересах, но в результате его действия привели к полной неразберихе и разгрому? Это так естественно для людей прикрывать свои действия оправданиями всех мастей, всегда утверждая, что у них были лучшие намерения. Вам следует научиться недоверчиво смеяться каждый раз, как вы это слышите, и вы никогда не обманетесь в оценке чьих-либо намерений и действий, невзирая на набор моральных суждений, которые на самом деле служат оправданием аккумуляции власти.

Идет игра. Ваш соперник сидит напротив. Вы оба ведете себя как джентльмены или как леди, соблюдая правила игры и не принимая ничего близко к сердцу. Вы играете, применяя различные приемы и наблюдая за ходами, которые делает ваш противник, мобилизовав все свое спокойствие. Набейте глаз, научитесь прослеживать результаты его ходов, видимые обстоятельства и не отвлекайтесь ни на что другое.

Половина вашего умения властвовать происходит от того, что вы не делаете, во что вы не позволяете себя втянуть. Чтобы овладеть этим навыком, вам следует на­учиться оценивать, во что вам обойдется любая вещь. Как писал Ницше: «Ценность вещи подчас заключена не в том, какую пользу она может принести, а в том, что за нее платят, — чего она нам стоит». Возможно, вы добьетесь своей цели, и желанной цели, но какой ценой? Применяйте этот стандарт ко всему, к примеру если вы решаете, сотрудничать ли вам с кем-то или прибегать ли к его помощи. В конце концов, жизнь коротка, число возможностей ограничено, а ваша энергия конечна. И в этом смысле время так же важно принимать во внимание, как и другие ценности. Никогда не тратьте драгоценное время или умиротворенное состояние вашего разума на дела других — это слишком дорогая цена.

Власть — социальная игра. Чтобы овладеть ею в совершенстве, вам придется развить в себе способность изучать и понимать людей. Великий мыслитель и придворный XVII века Бальтазар Грациан писал: «Многие люди тратят время на изучение свойств животных или трав; насколько же важнее было бы изучать свойства людей, рядом с которыми нам предстоит жить и умирать!» Чтобы стать игроком высокого класса, вам необходимо быть и психологом высокого класса. Вам нужно будет понимать мотивации, видеть сквозь пыльную завесу, которой люди окружают свои дела. Понимание скрытых мотивов людей — это целая наука, великая премудрость, и вы сможете, овладев ею, добиться власти. Эта наука открывает бесконечные возможности для обмана, соблазнов и манипуляций.

Люди безгранично разнообразны, можно провести всю жизнь, наблюдая за ними, и так и не понять их до конца. Поэтому очень важно начать обучение как можно раньше — прямо сейчас. Приступая к этому, запомните одно правило: никогда не отделяйте тех, кого изучаете, от тех, кому доверяете. Никогда не доверяйте никому полностью и изучайте каждого, включая друзей и любимых.

Наконец, вам следует научиться всегда избирать непрямой путь к власти. Будьте хитрым. Как у бильярдного шара, который много раз сворачивает, пока не достигнет лузы, ваши ходы должны быть спланированы и выстроены по самому не­очевидному маршруту. Тренируясь в умении быть непрямолинейным, вы добьетесь процветания при современном дворе, выглядя образцом благопристойности и являясь на деле мастером манипуляций.

Принципов нет, есть лишь события. Нет хорошего и плохого, есть только обстоятельства. Высший человек отдается событиям и обстоятельствам с тем, чтобы направлять их. Если бы существовали принципы и незыблемые законы, народы не изменяли бы их подобно тому, как мы меняем рубашки, а отдельный человек не может же превосходить целый народ своею мудростью.

Оноре де Бальзак, 1799—1850

Отнеситесь к «48 законам власти» как к свое­образному руководству, которое обучает искусству выбирать окольные пути. Законы базируются на документах, написанных мужчинами и женщинами, знакомыми с игрой власти и преуспевшими в ней. Эти документы охватывают период более чем в три тысячелетия, они были созданы цивилизациями далекими и несопоставимыми, такими как Древний Китай и Италия эпохи Возрождения. И все же их объединяют общие темы и основные линии; сплетаясь вместе, они являют сущность власти, которую, правда, необходимо еще и четко сформулировать. «48 законов власти» — квинтэссенция этой накопленной веками мудрости, собранной из писаний наиболее замечательных стратегов (Сунь-цзы, Клаузевиц), государственных деятелей (Бисмарк, Талейран), царедворцев (Кастильоне, Грациан), соблазнителей (Нинон де Ланкло, Казанова) и талантливых мошенников (Желтый Малыш Вейл) в истории человечества.

Законам свойственно следующее: определенные действия почти всегда усиливают чью-то власть (соблюдение закона), в то время как власть других уменьшается и даже рушится (нарушение закона). Эти случаи нарушений и соблюдений бесконечны во времени и неограничены в пространстве.

«48 законов власти» можно использовать разными способами. Просмотрев книгу, вы познакомитесь с властью в общем. Многие законы покажутся вам неприложимыми к вашей жизни. Однако со временем вы, вероятно, обнаружите какое-то применение и для них и заметите к тому же, что все они взаимосвязаны. Получив общее представление о предмете, вы сможете оценить свои прошлые поступки и намного увереннее контролировать свои действия в настоящем. Внимательное прочтение книги заставит вас размышлять и переоценивать в ее свете многие события еще долгое время после того, как вы отложите ее.

Книга построена так, что ее можно использовать и как справочник, находя нужные сведения по тому закону, который интересует вас в данный конкретный момент. Скажем, у вас проблемы с начальством и вы не можете понять, почему ваши усилия не вызывают благодарности и продвижения. Многие законы трактуют отношения «начальник — подчиненный», и вы почти наверняка нарушаете один из них. Прочитайте первые абзацы 48 законов, вынесенные в оглавление, и вы сможете выбрать подходящий к вашему случаю закон.

Наконец, книгу можно полистать для развлечения и отложить, потешив себя рассказами о слабостях и чувствительных струнках наших великих предшественников. Однако хотим предостеречь тех читателей, которые собираются именно так воспользоваться книгой: похоже, вам лучше этого не делать. Власть невероятно соблазнительна и обманчива. Это своеобразный лабиринт — ваш разум погружается в решение бесконечных задачек власти, и вскоре вы осознаете, как бесповоротно и сладостно заблудились. Други­ми словами, вам все больше нравится принимать власть всерьез. Не заигрывайте со столь важным предметом. Божества власти неблагосклонны к легкомысленным. Они дарят удачу лишь тем, кто размышляет и учится, и наказывают тех, кто скользит по поверх­ности в надежде развлечься.

Человек, желающий исповедовать добро во всех случаях жизни, неминуемо погибнет среди множества людей, чуждых добру. Из чего следует, что правитель, желающий сохранить власть, должен научиться отступать от добра и пользоваться этим умением, смотря по необходимости.

Никколо Макиавелли, 1469–1527

Закон 01. Никогда не затмевай господина

Формулировка закона

Всегда добивайтесь, чтобы те, кто главенствует, комфортно чувствовали себя наверху. В стремлении угодить им или произвести впечатление не заходите слишком далеко, демонстрируя свои таланты, иначе вы рискуете добиться обратного: вселить в них страх и неуверенность. Заставьте ваших начальников казаться более блистательными, чем они есть, — и вы достигнете цели.

Нарушение закона

Никола Фуке, министр финансов в первые годы царствования Людовика XIV, был щедрым человеком, обожавшим блестящие балы, красивых женщин и поэзию. Еще он любил деньги, поскольку его образ жизни требовал расточительности. Фуке был умен и совер­шенно незаменим для короля, так что, когда в 1661 году скончался первый министр, Джулио Мазарини, министр финансов мог ожидать, что станет его преемником. Однако король решил упразднить пост министра финансов. По этому и другим признакам Фуке заподозрил, что выходит из фавора, и решил постараться заслужить милость короля, устроив самый пышный праздник из всех, когда-либо виденных миром. Фор­мально торжество посвящалось празднованию окончания строительства замка Фуке, Во-ле-Ви­конт, но истинной целью было воздать почести королю.

На празднике собрались самые блестящие вельможи Европы и лучшие умы своего времени — Лафонтен, Ларошфуко, мадам де Савиньи. Мольер написал по этому случаю пьесу, в которой сам должен был играть на вечернем представлении. Праздник начался великолепным обедом из семи перемен, особое место заняли блюда восточной кухни, ранее неизвестные во Франции, а также не­обыкновенные кушанья, приготовленные специально для этого вечера. Обед сопровождался музыкой, написанной по заказу Фуке в честь короля.

После обеда гостям предложили прогулку по саду. Цветники и фонтаны замка Во-ле-Ви­конт впоследствии послужили источником вдохновения при создании Версаля.

Фуке лично сопровождал юного короля по геометрически выровненным аллеям, обрамленным живыми изгородями и цветочными клумбами. На берегу канала они любовались красочным фейерверком, а после этого была представлена пьеса Мольера. Праздник продолжался всю ночь, присутствующие единодушно называли его самым небывалым и удивительным.

На другой день Фуке был арестован капитаном королев­ских мушкетеров д’Артаньяном. Три месяца спустя он предстал перед судом по обвинению в воровстве из государственной казны. (В действительности большая часть украденного им была взята из казны именем короля и с разрешения короля.) Фуке был признан виновным и заключен в самую изолированную тюрьму Франции, расположенную высоко в Пиренейских горах, где и провел последние двадцать лет жизни в одиночном заключении.

Толкование

Людовик XIV, Король-Солнце, был вы­соко­мер­ным и надменным человеком, он всегда стремился быть центром внимания и не мог позволить кому-либо перещеголять его в роскоши, тем более собственному министру финансов. На смену Фуке Людовик поставил Жана Батиста Кольбера, человека, известного своей скупостью и самыми тусклыми приемами в Париже. Кольбер удостоверился, что деньги идут из каз­ны прямо в руки Людовика. На эти деньги Людовик вы­строил дворец, даже более великолепный, чем замок Фуке, — знаменитый Версальский дворец. Он пригласил тех же архитекторов, декораторов и садовников. В Версале Людовик устраивал празднества, по роскоши и блеску превосходившие тот, за какой Фуке заплатил свободой.

Давайте рассмотрим ситуацию. В тот вечер, когда Фуке удивлял Людовика каскадом зрелищ, каждое из которых затмевало предыдущие, ему представлялось, что он выказывает свою преданность и верность королю. Он не только не ожидал, что праздник лишит его милости короля, но и полагал, что демонстрация его тонкого вкуса, связей и популярности сделает его незаменимым для короля и покажет тому, какой перед ним прекрасный кандидат в первые министры. На деле, однако, каждый новый спектакль, каждая восторженная улыбка на лицах гостей Фуке вызывала у Людовика подозрение, что его собственные друзья и подданные более очарованы министром финансов, чем самим королем, что Фуке, по существу, похитил его богатство и власть. Вместо того чтобы польстить Людовику XIV, изысканный праздник Фуке задел его самолюбие, оскорбил королевское достоинство. Разумеется, Людовик никому не открыл бы правды — вместо этого он нашел подобающий предлог, чтобы избавиться от человека, который, сам того не желая, заставил его ощутить неуверенность.

Такова, в той или иной форме, судьба всех, кто пошатнет в хозяине чувство уверенности, заденет его тщеславие или заставит усомниться в его превосходстве.

Когда праздник начался, Фуке был на вершине мира. К концу его он оказался на дне.

Вольтер, 1694–1778

Соблюдение закона

В начале 1600-х годов итальянский астроном и математик Галилей оказался в щекотливом положении. От щедрости сильных мира сего зависело, сможет ли он вести научные исследования, а значит, как и все ученые Возрождения, иногда дарить свои изобретения и открытия наиболее мо­гу­щественным покровителям. Однажды, например, он препод­нес изобретенный им военный компас герцогу Гонзага. Затем он посвятил книгу, объясняющую действие этого прибора, дому Медичи. С одной стороны, правителям было лестно, с другой — с их помощью Галилей смог найти больше учеников. Вне зависимости от значимости открытия покровители обычно награждали ученого подарками, платить наличными было не принято. Разумеется, жить приходилось в постоянной неуверенности, и Галилей решил искать более легкие пути.

Новую стратегию он применил в 1610 году, когда открыл спутники Юпитера. Вместо того чтобы разделить открытие между своими покровителями — подарить одному телескоп, которым пользовался, посвятить другому книгу и т. д., — как делал прежде, он решил сфокусировать усилия на Медичи. Медичи были избраны им по одной причине: вскоре после того, как в 1540 году Козимо I основал династию Медичи, он выбрал Юпитера, самого могущественного из богов, символом дома Медичи — символом власти, которая простиралась выше политики и денег, власти, восходящей к Древнему Риму и его божествам.

Галилей представил открытие им спутников Юпитера как событие космического масштаба, воспевающее величие Медичи. Вскоре после открытия он объявил, что «яркие звезды (спутники Юпитера) объявились в небесах» перед его телескопом в момент коронации Козимо II. Он за­явил, что количество лун — четыре — совпадает с числом членов дома Медичи (у Козимо II было три брата) и что луны вращаются вокруг Юпитера, как четыре сына обращаются вокруг Козимо I, основателя династии. Это было больше чем простое совпадение, это указывало, что само небо отражает восхождение династии Медичи. После того как он посвятил открытие Медичи, Галилей подготовил эмблему, изображающую Юпитера, сидящего на облаке в окружении четырех звезд, и представил ее Козимо II как символ его связи со звездами.

В 1610 году Козимо II официально назначил Галилея придворным философом и математиком, на полном жалованье. Для ученого это было жизненно важной удачей. Время, когда он, подобно нищему, выпрашивал подачки, было позади.­

Толкование

Одним ударом — своей новой стратегией — Галилей добился большего, чем получил за годы нищенства. Причина проста: все власть имущие хотят блистать более других людей.

Им нет дела до науки, эмпирических истин или новейших открытий, им интересны их имена и слава. Галилей, связав имена Медичи с космическими телами, дал им неизмеримо больше славы, чем ранее даря им какие-нибудь новые научные приборы или открытия.

Ученых не минуют причуды придворной жизни. Они также вынуждены служить господам, которые распоряжаются средствами, и их могучий интеллект может заставить покровителя почувствовать себя уязвленным, будто он нужен только для своевременной оплаты работы — неприятная, неблагородная роль. Постановщик великого дела хочет ощущать себя не просто поставщиком материальных средств. Он желает выглядеть творческой и яркой личностью, казаться более важным, чем та работа, которая выполнена в его честь. Вместо чувства неуверенности вы должны дать им славу. Своим открытием Галилей не бросил вызов интеллектуальным способностям Медичи, не заставил их испытать унижение. Буквально сопоставив их с небесными светилами, он помог им великолепно воссиять среди дворов Италии. Он не затмил господина, а помог господину затмить всех других.

1. Нажимаете кнопку «Поделитесь книгой, чтобы скачать ее»

2. Выбираете человека, которому может понравиться эта книга

3. В отправленном сообщении будет ссылка на скачивание Вашей книги и приглашение в нашу библиотеку