Референдум, мобилизация и бесконечное терпение. Политологи об итогах дня.
«Можем объяснить»1) Для чего Россия собирается срочно проводить референдумы о присоединении в ДНР, ЛНР, части Херсонской и Запорожской областей? К чему такая срочность, ведь говорили о ноябре?
«Кремль просто плывет по течению. Инициатива проведения референдумов исходила не от него, а от его союзников на оккупированных украинских территориях, которые испугались, что Россия их бросит точно так же как бросила до этого коллаборантов в Харьковской области», — считает политолог Аббас Галлямов. По его словам, «союзники решили, что объявив о «вступлении» в состав России, они себя хоть как-то от харьковского сценария застрахуют».
![](/file/358688ef4336a80bbe60a.jpg)
С ним скорее согласен украинский военный эксперт Роман Свитан:
«Референдумы нужны прежде всего для продолжения войны со стороны боевых частей ДНР, которые начали все громче говорить, что Россия о них забыла. Кроме того, у российской армии большая нехватка живой силы. Если принять в Россию Херсон и Запорожье, то там будет начат принудительная мобилизация, которой в РФ нет. Тогда на оккупированных территориях смогут мобилизовать 50-70 тысяч солдат», — заявил Свитан в разговоре с «МО».
Политолог Константин Калачев называет происходящее «перезагрузкой», «это такой февраль 2.0». По его мнению, возможна новая точка отсчета после проведения референдумов в ЛНР и ДНР. «На потенциальных будущих переговорах Россия таким образом обозначает те границы, которые уже не подлежат пересмотру, в любом случае Крым, Донецк и Луганск должны остаться за Россией. Пространство для разменов сокращается», — уверен он.
2) Для чего Госдума экстренно приняла поправки, вводящие или ужесточающие ответственность за дезертирство, невыполнение приказа, попадание в плен, уклонение от призыва на военные сборы?
«В Уголовном кодексе существовали лакуны, теперь депутаты их заполнили, введя туда понятия мобилизации, военного положения и военного времени. Всех волнует один вопрос: может ли это стать предвестником скорой всеобщей мобилизации. Этого никто доподлинно не знает, кроме Путина, а политологи тут бессильны», — объясняет Калачёв.
![](/file/8b4158db0b6b584f64e30.jpg)
«Я не очень верю во всеобщую мобилизацию, но я не очень верил, что возможна спецоперация. Депутаты заполнили эти пустоты на случай «если», который может произойти, а может и нет. Это не предвестник всеобщей или частичной мобилизации, это скорее создание условий, чтобы в случае необходимости от СВО перейти к тому слову, которое у нас в последние месяцы пытались запретить», — говорит эксперт.
Главный вопросом, по его мнению, остается то, насколько просчитаны все последствия сегодняшних действий, серьезного исторического выбора. «Понятно, что другого варианта у власти не нашлось, тем более, что в последние месяцы стратегическая инициатива на фронте, похоже, переходит к Украине. Понятно, что власти нужно демонстрировать полную решимость», — считает Калачёв.
«Возможно, это просто игра мускулами, попытка продемонстрировать, что мы, мол, ещё «о-го-го»! Раз не получается сделать это на поле боя, то хотя бы в Госдуме можно попробовать. Нельзя исключать и того, что это попытка поднять ставки в преддверии переговоров, сделать украинцев более сговорчивыми. Но возможно они действительно мобилизацию готовят, ситуация ведь у них аховая и с нею надо что-от делать», — полагает Аббас Галлямов.
3) Дело идёт к полной или частичной мобилизацией? Как она будет выглядеть?
«О мобилизации в России речи не может быть. Мобилизация просто разорвёт страну. Одно дело, когда ты сам идешь воевать за деньги. И совсем другое, когда тебя обязывают воевать, ловят на перекрестках и принудительно отправляют в армию, как это происходит сейчас в Донецке», — уверен украинский военный эксперт Роман Свитан.
![](/file/25ce1708e644110a891f6.jpg)
По мнению Аббаса Галлямова, сейчас уже нельзя исключать вообще ничего: «Система пришла в точку неустойчивости», — констатирует он.
«Не все вообще поймут, за что там депутаты сегодня проголосовали и не все поверят: пока гром не грянет, мужик не перекрестится», — говорит политолог Калачёв. — «Пока мобилизацию не объявят, и не начнется реальный призыв военнообязанных, будут думать, что обойдется. Русский авось – он всегда и везде присутствует. Когда это будет касаться всех, настроения поменяются, и во власти это прекрасно понимают».
4) Насколько выросла сегодня угроза применения ядерного оружия, и чем грозит его возможное использование? Чем на это ответит Запад?
«Вероятность ядерного удара наоборот уменьшилась, не только потому что Китай и Индия нам бы этого не простили, и мы бы потеряли последних партнеров, в мире бы никто нас не понял бы», — считает Калачёв. — «Альтернативой тактическому ядерному оружию является демонстрация готовности мобилизации, демонстрация того, что мы можем повторить опыт Великой Отечественной с заградотрядами, штрафбатами, серьезно и по-взрослому, готовы начать воевать заново, но не в режиме СВО, а в более жестком варианте. Именно это, на мой взгляд, снижает риски, связанные с применением ядерного оружия», – считает он.
Скептически настроен к теме ядерного оружия и Роман Свитан: «Власти России сейчас пытаются кошмарить мировое сообщество и украинскую власть. Но мировому сообществу эти псевдореспублики до лампочки, а Украина и так обстреливает военные объекты в Крыму, Белгородской и Ростовской областях. Но РФ никак не реагировала на эти обстрелы. Хотя куда больше, чем военные удары по аэродрому в Саках? Но никакого ядерного оружия, Путин молчит»
«Исключать того, что Путин решит применить ядерное оружие нельзя. Правда, этот сценарий чреват выходом армии из подчинения и военным переворотом», – прогнозирует Галлямов.
5) Возможен ли резкий рост пацифизма в массах? Россияне полгода смотрели войну по ТВ, не вставая с дивана. Как они отреагируют теперь?
«Запрос на мир и без того растёт, война теряет популярность. Если Кремль решится на массовую мобилизацию, то тут и массовое же уклонение возможно, и спонтанные народные бунты. И ещё неизвестно, захочет ли Росгвардия их подавлять. Её украинцы тоже изрядно пощипали, так что вряд ли она столь же лояльна режиму, как и раньше», — рассуждает Аббас Галлямов.
В протестные настроения со стороны неполитизированных масс, среднего российского обывателя почти не верит Константин Калачёв, хотя и соглашается с тем, что антивоенные настроения всегда неизбежно растут по мере затягивания конфликтов.
«Мы наблюдаем этот эффект усталости, которая переходит в раздражение, а потом в желание мира и настроения в пользу мира могут расти, а тут еще и [Алла] Пугачева, которая для широких народных масс является референтным лицом, народная звезда. Тем не менее, я считаю, что терпение нашего народа почти безгранично. Люди, у которых убили сына, радуются новой машине, и тому, что их сын герой. Для них это обычная жизнь, и таких людей много», — заключил политолог.