Редкая служба

Редкая служба


Милиционер 65-го участка Иван Митрохин, попавший на свой пост после именин свояченицы, стоял, прислонившись к воротам.

- Хуже нет после водки пиво пить, – подумал Митрохин. – И оторопь какая-то берет, и в глазах чтой-то представляется. А чего бояться? Улица и есть улица, а против жуликов у меня револьверт есть.

Но вдруг вся кровь застыла у него в жилах: прямо на него шли два чудовища на четырех лапах. Шли они как-то странно, старались, видимо, держаться середины улицы, но их все сносило к тротуару, где был наметен снег.

Митрохин выхватил было револьвер, но вспомнил, что если это нечистая сила, то револьвером не поможешь, потом вспомнил, что он даже и не имеет права верить в нечистую силу.

Чудовища приближались. И у него мелькнула мысль, что это вырвавшиеся из зоологического сада медведи.

Он спрятался в ворота и ждал. Медведи поравнялись с воротами, и он ясно услышал долетевшие до него слова:

- Да, нынче напробовались, – сказал один из медведей.

- Ох... – сказал другой, хотел еще что-то прибавить, но только махнул лапой и пошел дальше.

Услышав разговор, Митрохин несмело подошел.

- Граждане, остановитесь! – сказал он, заступив дорогу.

Гражданами он назвал их наугад. Но это действительно оказались два неизвестных ему гражданина, которые шли на четвереньках.

- Почему не по правилам ходите?

- Пробовали уже всячески, – сказал один, стоя на четвереньках и подняв голову.

Он поправил наехавшую на глаза барашковую шапку м сказал заплетающимся языком:

- Сначала шли по правилам, да все морды себе обколотили.

- А главное дело, – сказал другой, не поднимая головы, – крутит какая-то нечистая сила на одном месте. Из одного угла, должно, больше часу не могли выйтить.

- Принужден задержать, – сказал Митрохин, – протокол составим, а потом вас к народному судье, значит, попросят.

- Нас судом не возьмешь, – сказал один, все еще стоя на четвереньках и утерев рот рукой.

- Судом всякого возьмешь, – сказал милиционер, – потому республика того... напрягает силы, а вы на четвереньках ходите.

- Чудак, ей-богу, – сказал другой, – на чем же нам больше ходить? Посадить тебя на наше место, так ты тоже так пойдешь.

- А кто вы такие будете?

- Дегустаторы, – сказал первый.

- Как?

- Вот и так. Все равно тебе не понять.

- А не понять, так идите. Откуда идете?

- Со службы.

- Какие же вы работники, когда пьяны оба, как стельки. Хорошо было бы, если бы я тоже так-то?

- Потому и пьяны, что идем со службы.

- Не разговаривай. Давай руку, подсоблю идти.

- Что же я, на трех ногах, что ли, буду идти?

- На двух должен идти, как все прочие граждане республики, – сказал строго милиционер.

- Прочие, да не мы...

- Тьфу ты, чорт! – сказал милиционер, – ну, ничего не понять. Как, говоришь, вы называетесь-то?

- Дегустаторы.

Милиционер, выставив вперед одно ухо, выслушал, потом, махнув рукой, сказал:

- Идите, там разберемся.

Милиционер пошел вперед, но тут почувствовал еще раз, что после водки пиво никак не следует пить.

- Эй, ты! – крикнул один из арестованных, – что ж ты крутишь? Куда тебя лихая в сугроб занесла, улицы- то тебе мало?

- Какой сугроб, тут никакого сугроба нету, – сказал милиционер, вытряхивая из рукава снег, так как он ткнулся в ограду и проехал рукавом по ее карнизу. – Какое же с вами дело пойдет, какие вы строители республики, – говорил он, подвигаясь по стенке. – Как же это вы так надрызгались?

- Сверхурочные работали, – сказали арестованные.

Милиционер оглянулся, посмотрел на них, потом ничего не сказал, плюнул и пошел дальше.

- Всяких пьяных водил на своем веку, а таких чертей отродясь не видывал, – сказал он потом.

Когда пришли в милицию, он вошел к дежурному и сказал:

- Пьяных привел.

- Опять пьяных? Ну, прямо измордовал бы их, сукиных детей!.. Кто они?

- А чорт ее знает, кто... – сказал милиционер, – и не разберешь. Только по разговору и узнал, что люди.

- Давай сюда, – сказал дежурный, – мы им покажем.

Когда арестованные, все перепачканные в снегу, со съехавшими на глаза шапками, которые они все силились поправить руками в варежках, вошли, дежурный, сидя за столом в железных очках и глядя поверх их, спросил:

- Кто такие?

- Дегустаторы... – ответил один.

Милиционер быстро взглянул на дежурного.

- Такого слова нету. Откуда шли?

- Со службы.

- С какой службы?

- Со складу.

- Значит, напились при исполнении обязанностей?

- Конечно, мы не зря пили.

- Один туман, – сказал милиционер тихо дежурному.

Дежурный, видимо, не знал, какой вопрос еще задать, и потому только, озадаченный, смотрел на арестованных.

- А почему так поздно шли?

- Сверхурочные работали.

- А почему напились? – спросил дежурный, хлопнув рукой по таракану, который, выскочив откуда-то, хотел было перебежать стол наискось.

- Потому и напились, что сверхурочные работали, – ответили арестованные.

- Вот тут и разбери их, – сказал милиционер.

Дежурный отклонился на спинку стула.

- Да в чем ваша служба-то состоит?

- В чем... Вино пробуем, сорта определяем... один там дороже, другой тоже дороже.

Милиционер с дежурным живо переглянулись.

- Чорт возьми!.. Так это, значит, служба?

- А ты что же думал! Известное дело – служба.

- Ч-чорт возьми!..

- Ну, и как же вы пробуете?

- Да так, полагается только рот полоскать и выплевывать.

- Вино-то выплевывать? – спросил с недоумением дежурный.

- Ну, да.

- Это что ж, издеваться над человеком? – сказал, сплюнув, милиционер, – пополоскал-пополоскал да и выливай? Чорта с два вылил бы я тебе! А вы-то, неужто выплевываете?

- Как придется... Да оно, когда разные сорта пробуешь, так и не выплевывамши наберешься хорошо.

- Разные – это как есть, – сказал милиционер, – особливо водку с пивом.

- И, значит, каждый божий день вот в таком состоянии? – спросил дежурный.

- Нет, так – только когда сверхурочно.

- А по своей воле сверхурочно работать можно? – спросил милиционер.

- Да ведь если работа есть – отчего же!

- Дня б ни одного не пропустил, – сказал милиционер, утерев рот.

- Садитесь, чего ж стоите-то, – сказал дежурный. – Вон, стало быть, какие должности-то еще есть!.. Значит, пей, и никто тебе ни чорта сделать не может. Вот это служба. А сейчас с нас требуют, чтобы пьяных особливо преследовать, потому пьянство агромадный вред республике делает... Хулиганство там и прочее.

Ведь вот вы на четвереньках шли, значит, мы вас должны были бы забрать. А вы, глядь, по должности на четвереньках-то шли.

- А что ежели совсем не выплевывать? – спросил милиционер.

- Тогда и на четвереньках не дойдешь, – сказали арестованные.

- Здорово!

- Ну, что ж, у нас ночевать будете или проводить послать?

- Нет, сами доберемся как-нибудь.

- А завтра, значит, с утра прямо начнете?

- С утра.

- Ну, и служба... Скажи, пожалуйста!

Когда арестованные, придерживаясь друг за друга, пошли по стенке из участка, дежурный и милиционер долго смотрели им вслед, потом дежурный крикнул:

- А вакансии у вас так-то нету там?..

- Все забито.

Милиционер почесал в затылке и, выбежав за ушедшими на крыльцо, крикнул:

- А сдельно у вас не выдают?..