Развод

Муж втайне от жены таскал к маме вещи из дома. Готовился к разводу

Свекровь Марины была в курсе, что её сын собрался разводиться. И посоветовала ему не спешить сообщать об этом жене.

— Успеешь сказать, — учила Нина Ивановна сына. — И развестись со своей Мариной успеешь. Дело нехитрое.

— Но я другую люблю! — объяснял Вася.

— И что? Тебя кто-то держит? Или к любимой твоей не пускает?

— Да нет, — ответил Вася. — Никто не держит.

— Вот и люби себе на здоровье, — хладнокровно сказала Нина Ивановна. — Куда она от тебя денется-то?

— Да, в общем-то, никуда, — согласился с мамой Вася. — Только почему я не могу сейчас уйти от Марины?

— Потому что Марина зарабатывает в разы больше тебя.

— И что?

— А то! К разводу-то ты не подготовился?

— Не подготовился, — снова согласился Вася, до конца ещё не понимая, что это значит.

— И поэтому, — продолжала Нина Ивановна, — дополнительные несколько месяцев перед осознанным разводом тебе не помешают. За это время можно многое успеть сделать, сынок. Очень много. Ведь пока вы — муж и жена, всё совместно нажитое принадлежит вам поровну. Независимо от того, кто и сколько зарабатывает.

— А мы ничего особо-то совместно и не нажили, — ответил Вася. — Квартира и мебель — всё её. Я работаю редко. А когда работаю, то почти ничего не зарабатываю, а что зарабатываю — на себя и трачу. А деньги, которые она зарабатывает, мы проедаем.

— Быть того не может, чтобы вы ничего совместно не нажили, — произнесла Нина Ивановна, — просто ты невнимательный. На свою огромную зарплату она наверняка уже накупила за это время много всего. Посуду. Бельё постельное. Прочую мелочь. Понимаешь?

— Понимаю.

— И чем дольше ты продержишься мужем Марины, тем больше получишь при разводе и разделе имущества. Ты, главное, сынок, список составь того, что приобретено с момента, когда она стала твоей женой.

— Я тебя понял, мама. Понял! И если мне придётся забрать у неё только половину из этого, то пусть эта половина станет хоть чуть-чуть, но больше. Ты это имела в виду, когда просила меня не спешить с разводом?

— Не только.

— А что ещё?

— Пока твоя жена будет повышать своё и твоё материальное благополучие, ты тоже без дела сидеть не будешь. 

— А что я буду делать?

— Начнёшь потихоньку из дома вещи таскать.

— Как это?

— Не знаешь, как вещи из дома таскают?

— А-а, — до Васи дошло. — Я понял. Буду таскать.

— Только понемногу. Чтобы Марина твоя не заметила. Завтра, например, ложку, ножик или вилку. На худой конец, подстаканник. Я видела у вас красивые подстаканники.

— Это у Марины от бабушки. Вместе с квартирой достались.

— Вот их и возьмёшь. Но! Не сразу. По одному. Понял? Потом ещё что-нибудь. Чашечку фарфоровую с блюдечком, например. Я видела у неё. Ломоносовский фарфор. Или вазу хрустальную. Красивая ваза. Чешская.

— Тоже от бабушки.

— Это понятно. Сейчас таких не делают. А птичка, сынок, она по зёрнышку клюёт. Потихоньку, помаленьку, не спеша. Как муравьишка. За полгода, знаешь, сколько всего можно из квартиры вынести?!

— Полгода? — грустно произнёс Вася. — Долго.

— Долго! — согласилась Нина Ивановна. — Зато сколько всего успеешь вынести за этот период!

— Наверное, много, — ответил Вася.

— Не «наверное», а точно. Если каждый день по чуть-чуть, то можно вынести всё.

— Ух, ты!

— Твой отец, прежде чем покинул нас, знаешь, сколько таким образом с завода родного перетаскал?

— Сколько?

Нина Ивановна махнула рукой.

— Лучше и не вспоминать, — произнесла она.

— Жаль, что его сейчас с нами нет, — сказал Вася.

— Жаль, — согласилась Нина Ивановна. — Но он скоро освободится. И мы снова будем вместе. Как же ты похож на него, Васечка.

Она ещё некоторое время молча смотрела на сына, а затем продолжила наставление.

— Главное, не откладывай на потом. Если сегодня решил разводиться, значит, начинай таскать уже с завтрашнего дня.

— Завтра и начну. Как муравей. А куда таскать-то?

— Ко мне, разумеется. Куда же ещё?

— А если Марина заметит?

— А ты так выноси, чтобы незаметно было.

— Рано или поздно, всё равно заметит.

— Согласна. Но чем позже, тем лучше. Главное, с крупного не начинай, чтобы она не сразу заметила.

— У нас шкафы в прихожей, мама. Целых три.

— И что?

— Очень уж они мне нравятся, шкафы эти. Огромные! Старинные. Антикварные. Марина говорила, что огромных денег стоят.

— Сколько?

— Три шкафа — как квартира однокомнатная в спальном районе.

— Да ладно.

— Точно тебе говорю. Оценщики приходили. Оценивали. Опасаюсь, что при разводе с них мне ничего не перепадёт. А ещё ковры у нас на полу лежат. Тоже старинные и очень дорогие. Персидские.

— Забудь про шкафы. И про ковры забудь.

— Да как же это забыть-то? Мама!

— Не навсегда забудь. На время. Мебель старинную и ковры вынесешь в последнюю очередь.

— Когда это?

— Когда на мелочи попадёшься. Понял?

— Понял.

— И внимательно за женой смотри. Она тебе сама скажет, когда остановиться нужно.

— Когда?

— Да, Господи! Я же говорю тебе! Когда заметит, что мелкие вещи пропадать стали. А говоришь «понял». Вот как заметит, это знак тебе будет, что пора остановиться. И только тогда ты забираешь шкафы и ковры. А уже после этого сообщаешь Марине о разводе. Понял?

— Понял. А что ей сказать, когда она заметит, что вещи по мелочи пропадают? Наверняка ведь спросит?

Нина Ивановна задумалась.

— Не исключено, что спросит, — согласилась она. — Скажешь, что таким образом ты по мелочи помогаешь другим людям. Которые нуждаются. Понял?

— Понял. 

— А чего грустный такой, если понял?

— Да, как-то это всё... скверно, мама.

— Скверно?

— Некрасиво.

— Что некрасиво, сынок?

— Что при разводе нужно жене половину отдавать, — ответил Вася. — В результате столько хлопот. Вместо того чтобы всё сразу забрать, приходится скрытничать.

— Что же делать, сынок. Такова жизнь. Терпи.

— Не понимаю!

— Чего ты не понимаешь?

— Кто это выдумал, что когда муж уходит от жены, он должен половину имущества ей отдать? Не понимаю. Наверное, не мужчина. Да нет, точно не мужчина. Мужчина такое выдумать не мог.

И вот прошло уже несколько дней со дня принятия Васей решения о разводе.

За это время Вася уже перенёс к маме несколько вилок и два подстаканника. И ходил по большой квартире жены, с грустью думая, что в любом случае всего он не унесёт. Даже за год! И многое из того, что сейчас его окружает, что он считает своим, что ему по-настоящему дорого, он потеряет навсегда.

«Навсегда! — грустно думал Вася. — Какое страшное слово».

Особенно переживал Вася за старинные шкафы в прихожей. Но и ковры персидские тоже не давали ему покоя.

Марина, конечно же, не могла не заметить, что последнее время Вася стал каким-то не таким. Слоняется по дому с кислой физиономией, заглядывает во все углы, грустно вздыхает. Шкафы в прихожей поглаживает. Ковры нюхает.

— Да что с тобой?! — не выдержала и спросила Марина.

— Что?! — воскликнул в ответ Вася. — А сама не понимаешь?

— Не понимаю, — удивлённо ответила Марина.

— Конечно! — продолжал Вася. — Где тебе понять?!

— А ты объясни.

«Как?! — мысленно кричал Вася. — Как объяснить этой чёрствой женщине, которая думает только о своём благополучии, что у меня есть другая? Как объяснить, что я хочу к ней уйти. Как рассказать, что хочу прийти к своей любимой не с пустыми руками, а забрать всё?! Забрать даже то, что мне не принадлежит по закону! А мне здесь почти ничего не принадлежит. Потому что всё это здесь было и до меня. Господи, ну как? Почему? Если она любит меня, почему я не имею права забрать у неё всё! Это несправедливо. Я ведь мужчина!»

Горькая усмешка промелькнула на лице Васи.

— Объяснить? — спросил он. — А смысл? Разве ты меня хоть когда-то понимала? Ты ведь даже не слушала меня никогда!

Марина поняла, что муж не в настроении. И поэтому сейчас с ним разговаривать бессмысленно.

Прошло ещё несколько дней.

Вещей в квартире стало ещё меньше. Марина это заметила. Сказала мужу.

— Тебе показалось, — уверенно ответил Вася, понимая, что пришло время заканчивать с маленькими вещами и переходить на крупные.

Марина, конечно же, знала, что ей ничего не показалось. Но решила не поднимать шум из-за вилок, ложек, ножей, подстаканников и прочего. Хотела во всём разобраться.

А тут вдруг Нина Ивановна позвонила сыну и сообщила, что ей срочно на месяц уехать надо.

— Ты уж там смотри, сынок, — наставляла она, — будь аккуратнее. Не таскай помногу.

Вася не сказал маме, что Марина заметила мелкие пропажи. Просто обещал, что будет аккуратным. И на следующий день после маминого отъезда привёз на её квартиру не только те самые шкафы огромные из прихожей, которые ему очень нравились и за которые он переживал, но и несколько ковров.

А когда Марина вернулась с работы домой и поинтересовалась, в чём дело и где шкафы и ковры, Вася ответил, что всё это он отдал нуждающимся.

— Кому отдал? — не поняла Марина.

— Хорошим людям, — ответил Вася. — Они нуждаются, ну, вот я и отдал. А тебе что, жалко, что ли?

— Не жалко, — спокойно ответила Марина. — Отдал, так отдал. Тем более, если люди нуждаются. А мы себе другие шкафы и ковры купим.

Василий был готов к любому ответу, только не к этому. Он даже готов был к тому, что Марина просто его выгонит из дома и всё на этом закончится. И это его не расстроило бы. Так как и шкафы, и ковры, а так же многие прочие вещи, были уже у мамы. А тут вдруг такой ответ.

— То есть? — не понял Вася.

— Завтра нам другие шкафы и ковры привезут, — ответила Марина. — Ещё лучше. Так что ты не переживай.

А Вася и не переживал. Наоборот. Спокойствие Марины и её щедрость открыли перед ними огромные возможности. 

«Тем лучше, — рассуждал Вася. — Успею до развода ещё что-нибудь присвоить».

А Марина решила посоветоваться насчёт случившегося со своей подругой.

Рассказала ей про исчезновение шкафов, ковров, вилок, подстаканников и другого по мелочи. Подруга сразу поняла, в чём дело.

— Врёт твой Вася, — произнесла подруга. — Не иначе как собрался разводиться с тобой и готовится к разделу имущества. Вот и тащит у тебя бабушкино наследство. Мой бывший нечто подобное проделал со мной. Его свекровь научила.

— Думаешь, моего Васю тоже свекровь научила?

— А это легко проверить, — ответила подруга. — Сходи к свекрови в гости и посмотри.

— Так её сейчас нет в городе, — сказала Марина. — Она уехала. Вернётся только через месяц.

— Тем лучше, — произнесла подруга. — Возьми у мужа незаметно ключи от её квартиры. Пусть он думает, что потерял их. А ты наведайся к ней в гости. Я уверена, там ты найдёшь и шкафы, и ковры, и вилки, и другие свои вещи.

Так и вышло. И теперь Марина с подругой решали, что делать дальше.

— Вещи свои, шкафы и ковры я, конечно, заберу, — сказала Марина. — Они пусть у тебя пока побудут. Можно?

— Конечно, можно, — ответила подруга.

— А вот Васю надо проучить, — сказала Марина. — Сегодня же выгоню его.

Когда Нина Ивановна вернулась через месяц домой, она не поняла, куда попала. В прихожей на старых, грязных коврах стояли три огромных шкафа.

***

Нина Ивановна тут же позвонила сыну.

— Сынок! — кричала Нина Ивановна. — Что всё это значит? В квартире вонища! Не продохнуть! И что это за мебель? Ты где?

— Мама, не волнуйся, — радостно отвечал Вася. — Меня Марина из дома выгнала. Уже давно. Я сейчас у другой живу.

— Марина выгнала? А почему ты у другой? Почему не у меня?

— Ключи потерял от твоей квартиры.

— А что за хлам у меня в квартире? Откуда он?

— Какой хлам, мама? Не понимаю.

— Шкафы и ковры!

— Это не хлам, мама. Это я принёс. Стащил у Марины. Очень дорогие вещи. Антиквариат.

— Дорогие? Ты уверен?

— Абсолютно. Ковры персидские! Ручная работа! А шкафы из красного дерева. Которые стояли у Марины в прихожей.

— Разве это те шкафы?

— Те самые?

— Ты уверен? Что-то не похоже. И ковры — другие. А почему они грязные и вонючие?

— Грязные? — удивился Вася. — Тебе, наверное, показалось. Впрочем, наверное, при транспортировке немного запылились.

— А почему в них насекомые?

— Не знаю, мама. При мне насекомых не было. А может, я не замечал. Но ты не волнуйся. Мы их почистим и продадим. Насекомых вытравим. Мама, эти вещи стоят целое состояние. Я скоро приеду, и мы всё сделаем.

Конечно же, шкафы были не из красного дерева, а ковры — не персидские. Это был обычный хлам, который Марина отрыла на какой-то свалке специально для Васи. Вместо тех шкафов и ковров, которые Вася тайно вывез из её квартиры.

©️Михаил Лекс