равноценный обмен

Мужчину в низко надвинутой широкополой шляпе ты замечаешь практически сразу, но не подаёшь виду. В баре играет музыка, дым стоит коромыслом, и, судя по довольныму и не очень гудению в углу, кто-то играет в кости.

Заказав у бармена-эрудроида виски со льдом, ты нарочито непринуждённой походкой направляешься к своей цели.

— Один тут отдыхаешь, ковбой?

Серый глаз с красным прицелом вокруг зрачка удостаивает тебя коротким, внимательным взглядом.

— Смотря кто спрашивает, куколка, — почти что враждебный тон вкупе с оскалом острых металлических зубов должен отбить у вопрошающего всякое желание продолжать разговор. — А что, хочешь присоединиться?

В противовес своим словам он поворачивается к тебе всем телом и, когда ты, заскочив на приступку, становишься коленом на барный стул, подсаживает к себе на колени, придерживая за талию.

— Не откажусь~ — хихикаешь ты голосом глупой таверной девки и проводя пальцами по бугрящимся пластинам металлического плеча и тянешься ближе, томно выдыхая ему на ухо, отчего по живой коже бежит дрожь.

— Куколка- — ворчит Бутхилл, но ты не даешь ему продолжить, переходя на шёпот:

— Через пару минут в этом баре будет целый отряд КММ, вооруженный до зубов, — когда Бутхилл дёргается, ты кусаешь его за мочку уха. — Тише, тише, ретивый ты мой ковбой, мне совсем не нужно чтобы ты устроил здесь кровавую баню.

— Назови мне хоть одну милашечную причину, сладкая ты радость, — рычит он, наклоняясь чтобы цапнуть металлическими зубами кожу на твоей шее, так, что ты едва не падаешь с его колен.

— Е-Есть одна, — тебе приходится сглотнуть и прочистить горло, чтобы твой голос меньше был похож на стон. — Мой “клиент”. Выбрался из своей норы, пришел в кости играть.

В глазах Бутхилла появляется интерес и он поднимает голову от твоей шеи, вглядываясь в разношерстную толпу, пытаясь высмотреть твою “жертву”.

— Не пытайся, — мурлычешь ты, поворачивая лицо ковбоя обратно к себе. — Я его едва чувствую даже под благословением Лана и с нейро-транслятором, настроенным на его мозговые волны. Я его почти месяц выслеживала, ждала, пока он выползет на свет. Знает, падла, как прятаться от преследования. И в случае драки смоется первый.

Бутхилл издаёт хриплый смешок, услышав от тебя лёгкое ругательство и притискивает ближе к себе, вдавливая металлические пальцы в мягкое бедро.

— Куколка, ты же знаешь, я всегда рад тебе посодействовать, даже если КММ-ских милашенков придется оставить в живых ко всем пушистикам, — он понижает голос ещё сильнее. — Но если эти дети милой дамочки меня увидят, без пары дюжин пуль не обойтись, смекаешь?

За твоей спиной хлопает дверь, и ты слышишь разговор специфичными тонами через механо-маски.

— Смекаю, ковбой, — в тон отзываешься ты и срываешь с его головы шляпу, натягивая её на себя. Подмигнув, запускаешь пальцы в волосы Бутхилла и притягиваешь его к себе.

Его губы неожиданно мягкие под твоим натиском, и на вкус как металл и порох. Бутхилл впускает твой язык внутрь, позволяя тебе несколько мгновений контроля, прежде чем перехватить инициативу. Да так, что тебе остается только тянуть ковбоя за волосы, пытаясь не издавать слишком громких стонов, чтобы не привлечь к вам двоим слишком много внимания.

Что становится ещё сложнее, когда Бутхилл, напоследок укусив тебя за нижнюю губу, начинает спускаться грубоватыми, оставляющими метки поцелуями, вниз по шее, пока не зарывается в твоё декольте, позволяя тебе почти полностью закрыть его от внешнего мира.

┈ ┈ ┈ ┈ ┈ ☆ ┈ ┈ ┈ ┈ ┈

…к моменту, когда ты вновь обретаешь связь с реальностью, КММ уже как ветром сдуло, а твоя грудь, на которой Бутхилл с несвойственной ему осторожностью поправляет лиф платья, саднит мучительно-сладко.

— Ну что, куколка, сработал твой план, — смеется Бутхилл хрипло. — Обошлось без драки. Твой-то милашечный “клиент” всё ещё здесь?

Ты с трудом сосредотачиваешься на сигналах нейро-транслятора.

— Мхм, да, он всё ещё здесь.

— Значит возьмем его, как он пойдёт на выход, — тон Бутхилла становится деловитым и он вновь вытаскивает револьвер, прокручивая его в руке. — Просто скажешь мне куда целиться, сахарная.

Ты улыбаешься в ответ и проводишь пальцами вдоль блестящего ствола под внимательным взглядом серых с металлом глаз.

— Я так с тобой никогда не расплачусь, ковбой.

— Думаю мы договоримся, куколка.