пустое место.

– чем ты там насладиться собрался? себе хоть не ври, не временем, а девицами, что ходят кругами около тебя. – Гю отошёл от него, на лице смешались обида, злость, отчаяние, он на мгновение спрятал лицо в ладони, а после поправил волосы, слегка, лишь те, что наровили упасть на лицо, закрыв обзор. – либо ты идёшь со мной и признаёшь свою неправоту, либо я остаюсь с тобой мешая тебе развлекаться. – он выделил голосом последнее слово, обозначая саркастичность слова.

– как маленький. – отмахнулся Су Бонг, зайдя обратно в клуб, игнорируя условия, слова, да и Нам Гю в целом, а тот, в свою очередь, отправился следом за ним. отыскать Су Бонга в толпе было не трудно, личность яркая, так что быстро найдя того, он подошёл к нему.

– и кто тут ещё маленький? – спросил Нам Гю у мужчины, который уже держал в руках бокал с тёмной жидкостью, ведь только что вернулся в здание.

– не начинай нудеть. – сделав глоток из бокала, сказал Су Бонг, они молчали, музыка и голоса чужих людей нарушили их внутреннюю тишину, но, в отличии от Нам Гю, Су Бонг сейчас не переживал об их отношениях, его губы расплылись в улыбке, он сунул бокал в руки Нам Гю, тот не сразу сообразил, и прошёл дальше, подойдя к какой-то девушке. вроде бы они уже виделись ранее, между ними завязалась милая беседа, в которую одинаково заинтересовано были вовлечены оба, но о чём именно говорили, слышно не было.

поглащающая ревность вновь вспыхнула внутри, не в силах сдержаться, Нам Гю поставил бокал куда-то в сторону после того, как уже сам полностью его опустошил, и подошёл к этим двоим. без лишних слов и действий он вплотную приблизился к Су Бонгу, положив руки ладонями на его плечи, утянул в поцелуй, демонстративно показывая о его принадлежности. правда, он был не долгим, Су Бонг быстро оттолкнул его, а девушки, что была до этого здесь, рядом как будто и не было — след простыл.

ночь продолжалась, и клуб не утихал, музыка била волнами, заставляя стены и пол дрожать в такт. люди смеялись, танцевали, увлечённо обсуждали свои дела, создавая ощущение беззаботного праздника, но несмотря на общий шум и оживлённость, в воздухе витала напряжённость, словно под поверхностью скрывалась глубокая тревога. они стояли поодаль от всех остальных, будто ограждённые невидимым барьером, и этот разрыв между ними и толпой постепенно становился всё заметнее. Су Бонг резко оттащил его из центра зала, прервав его попытки приблизиться.

– перестань лезть ко мне, между нами больше ничего нет и не будет, – наконец прервал так называемую тишину Су Бонг, голос его звучал непривычно далёким, чужим. он развернулся, собираясь уйти, но в последний момент повернул голову в сторону Нам Гю, который неподвижно стоял на месте, словно потерянный. – не пробуй даже подойти ещё раз. ясно? – сказал он и не дождавшись ответа, он ушёл, растворяясь в толпе.

а Нам Гю остался стоять один, растеряно осматриваясь по сторонам, словно пытаясь найти объяснения или что-то того рода, но не было никаких объяснений его поведению, почему он ведёт себя так? раньше, в каком бы состоянии он ни был — усталый, расстроенный, пьяный или под воздействием наркотиков – он никогда не позволял себе вести себя с Нам Гю так: холодно, грубоч а сейчас всё было иначе, словно между ними возникло то, что невозможно было преодолеть.

он ощущал боль предательства и одиночества — Су Бонг бросил его, оставив наедине со своими мыслями и переживаниями. ночная суета и музыка вокруг стали вдруг пустым фоном, заглушенным, неважным, будто он находился в другой реальности, не здесь. сердце болело, а разум искал ответы, которые найти не получалось, сколько не пытайся.

не в силах больше находится там, под атмосферой давления, видеть счастливые улыбки, веселящихся людей и не дай бог Су Бонга, он вышел из клуба, не замечая людей рядом, не осторожно проходя мимо толпы, которая как будто на зло вставала все теснее и теснее, сдавливая, не давая возможности уйти.

перед дверьми, заветным выходом, Нам Гю врезался в человека, и не поднимая взгляда бросил извинения, скорее ради приличия, чем из раскаяния и поспешил проследовать по своему пути дальше, но почувствовал как его взяли за руку, за предлечье, чтобы привлечь его внимание и остановить, и это сработало, из страха или личного любопытства он повернулся.