puppy

— Еще не закончил? — Минги входит в кабинет английской литературы без стука, опирается плечом о дверной косяк и оглядывается, — Профессор Чон отводит последнюю пару и будет готов.

— Буквально пара работ на проверку и я свободен, — Сонхва не отрывает глаз от стопы бумажек, — если поможешь мне, то управимся быстрее. 

— Ты просишь меня помочь? — Минги подходит к Сонхва ближе, кладет свои крупные ладони на его плечи. 

— Глупая идея, согласен.

— Хочу сегодня поиграть прямо в его кабинете, — томный шепот низкого голоса заставляет Сонхва вздрогнуть и наконец-то посмотреть на Минги, — говорят сегодня он был злее обычного. 

— Ага, — Сонхва громко сглатывает, представляя перед собой все возможные исходы сегодняшнего вечера, — тогда дадим ему минут двадцать остыть? 

— Предлагаю сегодня идти только на красный.

— Ты отвратителен. 

///

Отвратительный день, глупые студенты и паршивый кофе сделали из Юнхо сущего дьявола. Скольких сегодня он отправил на пересдачу? Десятерых? Больше? Даже прекрасно зная, что его предмет не профильный, он сделал это. А кто ему что скажет?

Юнхо складывает свой ежедневник в сумку и вот-вот готовится отправиться домой на заслуженный отдых, как тишину прерывает стук в дверь. Он же говорил, что пересдать можно будет только на следующей неделе.

— Тук-тук. Свободен?

— Мы пришли проведать вас, — Сонхва заходит первым. Прямиком шагает к Юнхо, чтобы аккуратно приобнять за талию, — говорят, что у вас был тяжелый день.

— Я не в настроении.

— Кому вы врете, профессор Чон? — Минги словно из ниоткуда появляется с другой стороны, — Вы были таким плохим мальчиком сегодня. Знаете сколько студентов прибежало плакать ко мне после ваших занятий?

— Я сказал, что у меня нет настроения на игры сегодня, — он пытается оттолкнуть от себя Минги, пока тот уже медленно начинает расстегивать ему рубашку. Но резкий удар чужой ладони о собственную щеку, заставляет Юнхо широко открытыми глазами посмотреть на Сонхва. 

— Нас не волнует твое настроение, — выражение лица профессора меняется за секунду. От мягкой улыбки до холодного осуждающего взгляда, — будь умницей, Юнхо. Встань на колени и слушай, что твои хозяева говорят делать. 

— Профессор Пак прав, Юнхо, — Минги делает шаг назад, чтобы со всей силой надавить на чужие хрупкие плечи, — ты же не хочешь остаться плохим мальчиком? 

Взгляд Юнхо бегает между двумя профессорами, а коленки инстинктивно подкашиваются от их слов. Они слишком хорошо знают на какие точки нужно надавить, чтобы Юнхо стал всхлипывающим мессивом под их руководством. Именно поэтому после «плохой мальчик» уважаемый профессор по физике, опытный специалист, падает на колени. 

— Видишь, — Сонхва аккурат хлопает Юнхо по щеке, — можешь же быть хорошим мальчиком, когда захочешь. 

— Сонхва, ты слишком добрый с ним, — Минги встает рядом, хватается за галстук Юнхо и тянет вперед, — непослушных псов нужно наказывать. Да, профессор Чон?

— Я…не….

Очередная пощечина касается щеки Юнхо. Только на этот намного сильнее. Тяжелая рука Минги оставляет яркий отпечаток ладони, а кольца на пальцах царапают кожу.

— Щенки не разговаривают.

В глазах Сонхва проблескивает удовольствие, когда профессор, стоящий на коленях, издает из своего рта звук похожий на что-то между гавканьем и скулежом. Отлично. Значит можно начинать. 

— У профессора Пака был тяжелый день сегодня, — Минги хватает физика за заднюю часть шеи, чтобы вплотную ткнуть его в пах Сонхва, — ты должен сделать ему приятно. 

Юнхо громко сглатывает, слегка отстраняется назад, чтобы взглянуть в холодные глаза мужчины над собой. Хватка Минги не ослабевает, но дает время, чтобы профессор смог расстегнуть чужие брюки. 

— Стоит ли помочь ему? 

— Как хочешь.

Сонхва кивает — цепляет резинку боксеров пальцам и стягивает вниз. Глаза Юнхо расширяются, а с губ слетает громкий скулеж, как только он чувствует тяжелый член, касающийся его губ. 

— Посмотри на него, — Минги заливается громким смехом, — так ныл, что устал, а сейчас? — рука скользит выше, касаясь слегка кучерявых волос, — А сейчас при виде члена начинает скулить и вести себя как настоящая сучка. 

— Good puppy, Yunho, — Сонхва переключается на английский. Знает ведь, что это заводит, — open your mouth. 

Гортанный стон отбивается от стенок аудитории, когда губы Юнхо смыкаются на члене профессора. Он берет сразу почти на всю длину, помнит о том, что Сонхва нравится сразу, глубоко и грубо. Какой хороший щенок. 

— Ты же не забыл обо мне? — Минги берет руку физика в свою, ведет ее от бедра к своему паху, — Придется постараться, чтобы справиться с двумя, да? 

У Юнхо окончательно сносит голову, когда он сжимает в ладони член Минги, а Сонхва начинает ритмичными движениями вбиваться в его горло. Пальцы на ногах поджимаются, слезы текут из глаз, а трясущаяся рука еле-еле расстегивает чужие брюки. 

— Pathetic puppy, — Сонхва зарывается одной ладонью в чужие волосы, а другой касается лица Минги, — тебе нравится? 

— Более чем. 

Мнения физика никто не спрашивает — все что ему остается это принимать в рот как полагает хорошему мальчику и смотреть, как двое других профессоров целуются над ним. Слишком много. Слишком. 

Юнхо чувствует по ускоренным и рваным движениям бедр Сонхва, что тот уже на своем пике. Он давится его членом, закашливается, но сглатывает все, что ему дают. Рука на члене Минги начинает двигаться с большей амплитудой, но тому и не надо этого. Достаточно жалобного скулежа Юнхо снизу и горячего языка Сонхва во рту, чтобы кончить прямо на каштановые волосы профессора. 

— Стоит ли нам продолжать здесь? — его дыхание загнанное, голос стал еще ниже чем обычно, — Что думаете, профессор Пак?

— Думаю? — Сонхва смотрит вниз, где Юнхо с мокрыми глазами и высунутым языком пытается прийти в себя, — Думаю, что на сегодня с него будет достаточно.