проклятие волка.

тэхён утонул в темноте. он не чувствовал ни боли, ни холода, только странную лёгкость, словно его тело растворилось, превратилось в туман. где-то далеко, словно из-под воды доносился голос — надрывный, хриплый, полный отчаяния. он слышал своё имя,а точнее кто-то звал его по имени.

"тэхён.. пожалуйста очнись, тэхён"

он хотел ответить, но не мог. рот казался зашитым, глаза казались свинцовыми, а тело словно три мешка картошки, которые невозможно поднять. в глубине души ощущалось разливающееся тепло, к которому он потянулся, а темнота вокруг начала рассеиваться.

первое что он почувствовал — резкая острая боль, которая пронзила бок и тэхён замычал. омега открыл глаза и первое, что увидел, это было обеспокоенное лицо чонгука. следом омега опустил взгляд, обращая внимания на то, что альфа был весь в крови, с растрёпанными волосами и покрасневшими глазами. в его руках была игла и нитка, а на земле лежала аптечка, скорее всего из машины того браконьера.

— ты зашиваешь рану? — хрипло прошептал омега, жмурясь от рассеивающейся боли

альфа вздрогнул от резкого звука, ведь не заметил, что парень под ним очнулся.

— не двигайся, я почти закончил. ты потерял много крови, если бы я опоздал хотя бы на 3 минуты, ты бы умер. во время успел зажать чертову рану. какого члена, тэхён? зачем ты это сделал? я же сказал, что справлюсь, я бы не позволил ему коснуться себя, — чонгук сжал челюсти, переводя свой взгляд в глаза тэхёна. в его глазах читалась боль, страх, гнев, но даже сквозь это пробиралась нежность, что у омеги перехватило дыхание.

— а я не позволил ему коснуться тебя. когда я увидел, что он хочет сделать и подумал о том, что ты можешь умереть.. — каждое слово давалось с трудом, ибо он дышал прерывисто, — мне показалось, что весь мир такой ничтожный.. я бы не смог без тебя, потому что ты мой маяк.

чонгук закрыл глаза, судорожно выдыхая и тэхён увидел, как по его щекам текут слёзы. вожак стаи, гордый и непоколебимый альфа, стоял на коленях с дрожащими руками перед омегой, которую знает всего 2 недели и рыдал от облегчения и боли.

— какой же ты дурак, — выдохнул альфа, горько усмехаясь, — если бы ты умер, я бы не пережил, мой волк не пережил.. — почти шёпотом добавил чонгук, — мы бы не пережили..

он осторожно подхватил тэхёна на руки и ушёл прочь из леса, направляясь в сторону, неизвестную для омеги. тэхён лишь прижался щекой к тёплой груди альфы, прислушиваясь к его сердцебиению. рана на боку ныла и пульсировала, в некоторых местах кровоточила, сука такая, не давала забыть о себе. впервые за две недели, тэхён чувствовал себя в безопасности, а волк внутри него больше не пытался вырваться и на рычать на кого-то, идеальная тишина для отдыха.

в целом, день прошел в каком-то вязком, тягучем полусне. тэхён то проваливался в сон, то выныривала из него, слыша треск дров, шаги чонгука по деревянному полу, его приглушенные ругательства, когда он гремел посудой или спотыкался о порог. он даже несколько раз видел его сквозь ресницы, как альфа сидел у окна, спиной к нему, и смотрел на лес. от чонгука исходило. напряжение, как от плеч и пальцев, вель омега видел, как тот сжимает подоконник. он ждал вечера так же, как и омега.

к 7 часам солнце начало клониться к закату, и тэхён проснулся окончательно, но не от шума, а от того, как внутри него вдруг зашевелилось что-то огромное. оно вставало, потягивалось, и от каждого его движения по телу пробегала дрожь.

омега резко сел, начиная тяжело и прерывисто дышать. резкий подъем вызвал в боку тупую, ноющую боль, повязка вновь превратилась в красную ткань.

— ты как? — спросил альфа, не оборачиваясь.

— как будто у меня внутри заперли гребаного мегалодона,— ответил омега. голос понизился на несколько тонов, стал хриплым, — чонгук, она уже близко.. я чувствую её. луна зовёт.

альфа повернулся, а в его руках была кружка с чем-то горячим. он подошёл к омеге, присаживаясь перед ним на карточках и протягивая кружку. омега взял с рук кружка, заглядывая в него и осматривая содержимое. травяной отвар, который пах горечью и мятой.

— пей, — сказал он, и голос был твердым, но не жестким, — должно помочь и немного снять напряжение, но не остановит, не надейся. только должно стать легче.

— откуда ты знаешь? — омега сделал глоток и поморщился, — какая мерзость.

— сам придумал, — усмехнулся чонгук, но улыбка вышла невеселой, — когда я подрос, я тоже не мог держать контроль. первые три полнолуния я проводил в этом доме, привязанный цепями к печке. мой дядя... он думал, что я убью его во сне, и он был прав. я чуть не сожрал собственного дядю.

тэхён замер, а кружка чуть не выскользнула из рук, но он успел перехватить, обжигая пальцы.

— в первый раз оборот случился в четырнадцать. тогда я проснулся в лесу, голый, весь в чужой крови. мой дядя нашел меня на рассвете и притащил сюда. я рычал, брыкался, пытался укусить его, но он просто ждал три ночи подряд, пока я не понял, что он не враг.

— и как ты перестал бояться?

— я не перестал бояться, тэхён. я просто начал доверять ему и себе. ты понял? луна не враг, как и зверь внутри тебя. он часть тебя, которую ты не знаешь, ноо чтобы выжить, тебе надо принять его, а не бороться, — альфа взял кружку с рук омеги и поставил его на стол.

ладони начали потеть, в груди разрасталась тревога и холод от которой бросало в дрожь.

— я боюсь, — голос омеги дрогнул, — не просто боюсь, я в ужасе.. я чувствую, как клыки начинают вылезать, хотя я даже не злюсь, как-будто кто-то другой внутри меня решает, что делать, а я просто зритель в собственном теле.

чонгук прошел к окну, задергивая плотную штору, за счёт чего в комнате сразу стало темнее, только камин бросал оранжевые отсветы на стены.

— значит так, — он повернулся к омеге, скрестив руки на груди, — сейчас я сниму с тебя повязку, рана затянется, когда ты обратишься. будет очень больно, поэтому можешь кричать, материться, бить меня, мне плевать, но ты не убежишь, ведь я запру дверь.

— запрёшь? — омега вскинул брови, — ты что, держать меня собираешься?

— если понадобится, — альфа подошёл к двери, защелкивая щеколду, следом переходя на замок, — я не дам тебе натворить глупостей. я не позволю тебе проснуться утром с мыслью, что ты убила кого-то. ясно?

омега хотел возразить, но слова застряли в горле, ведь альфа был прав во всём.

— иди сюда, — сказал альфа тихо, и омега понял, что это не приказ, а просьба.

тэхён поднялся с дивана, пошатнулся, ноги стали ватными, как будто он пробежал марафон. чонгук подхватил его под локоть, удерживая. пальцы у чона были такими теплыми, и омега на мгновение прижался к нему, вдыхая запах леса.

за окном окончательно стемнело и тогда началось.

сначала омега почувствовал, как дышать становилось тяжелее. следом начала ощущаться боль, и она шла не из раны, а изнутри, где были кости. было такое ощущение, словно его кости кто-то нарочно хватал и начинал стучать ими об железку, ломая. омега захныкал, оседая на колени и пытаясь сдержать свой вскрик.

— терпи, — голос альфы звучал откуда-то издалека, — терпи, тэхён. скоро пройдет.

омега хотел ответить, но слова превратились в рык. клыки полезли наружу, раздирая дёсна, но это было не так больно, как в первый раз, скорее привычно? хрустнули пальцы, выгибаясь в неестественных суставах, и омега услышал, как трещит ткань его одежды. в груди росло что-то огромное, дикое, и человеческая часть тэхёна сжималась, отступала, уступая место зверю.

— смотри на меня, — услышал омега голос чонгука, и он пробился сквозь шум собственной крови, — не смей закрывать глаза.

омега поднял голову, а перед ним уже стоял огромный черный волк с янтарными глазами. он смотрел на омегу спокойно, даже умиротворенно, и от этого взгляда стало хорошо. омега зарычал, оскалился, делая шаг вперёд. зверь внутри него требовал свободы, крови, движения. в груди всё горело, каждая клетка кричала, и омега с трудом удерживал себя, чтобы не кинуться на альфу, не вцепиться в его горло.

"дыши"

"я рядом"

"слушай мой голос"

омега слышал и слушал голос альфы, который помогал усмирить зверя. он сделал вдох, ещё один. нюх зверя обострился было ощущение, что атомы каждого аромата расщепляются в носу омеги. луна продолжала давить, не жалела.

"ты сильный, тэхён"

"ты справишься"

"ты не монстр, а оборотень"

зверь внутри успокаивался, но потом вновь начинал скалиться. тэхён вспомнил тот момент, когда нож вошёл в его бок. вспомнил, свои слова "ты мой альфа и я выбираю тебя" и это воспоминание заставило что-то щелкнуть. тело перестало сопротивляться, кости больше не ломались, они перестраивались быстро, почти безболезненно. шерсть поползла по коже, и омега встал на четвереньки, чувствуя, как сила разливается по мышцам. тэхён полностью обернулся.

"— теперь побегаем?" — пронеслось в голое омеги, на что он зарычал в ответ, но не угрожающе, а скорее игриво, и не дожидаясь ответа, рванул к открытому окну.

чонгук догнал омегу уже за окном, когда омега мчался по лесу, сбивая ветки, разбрасывая в стороны листву. луна висела над головой, такая огромная, белая, холодная и она большое не жгла, а наоборот звала.

они бежали через овраги, через ручьи, через чащи, где ветки хлестали по морде, но это было приятно, почти как ласка. альфа бежал рядом, не обгоняя, но и не отставая. где-то на середине ночи, когда луна стояла уже высоко, тэхён остановился высоко на холме, откуда открывался вид на весь лес. он сел, тяжело дыша, и посмотрел наверх.

чонгук пристроился рядом, мокрым носом тыкаясь в омежью шею.

"— устал?" — альфа дёрнул их ниточку связи

"— немного"— ответил омега, своей головой устраиваясь на под шеей альфы. внутри всё было тихо, зверь урчал довольно, как сытый кот.

они до самого рассвета смотрели на луну, на белый диск, который раньше вызывал у них лишь ужас и боль. когда первые лучи солнца коснулись верхушек деревьев, тэхён почувствовал, как тело начинает возвращаться. обратный оборот был не таким болезненным, как первый. скорее, как долгая тягучая дрожь, которая постепенно утихает. омега лежал на земле голый и мокрый от росы, и смотрел в небо.

— чувствуешь себя человеком? — спросил альфа, уже перекинувшийся, и стоявший над омегой

— скорее, как-будто внутри меня два жильца, которые наконец-то смогли договориться, — пробурчал омега, складывая руки на груди

альфа лишь рассмеялся, усаживаясь рядом с тэхёном и приобнимая его.

— добро пожаловать в жизнь оборотней, — прошептал чонгук на ушко тэхёна, и улыбаясь, — теперь ты точно не сбежишь.