проклятие волка.

тэхён закрыл глаза, ведь связь с его альфой, которую он так яростно отвергал, сейчас напоминала о себе тупой и ноющей болью в районе груди. он ушёл всего полчаса назад, а его уже колотило. зверь внутри требовал его присутствия, его запаха, его тепла, а от этого осознания хотелось выть в голос — от отчаяния и бессильной ярости.

— ну уж нет, — тэхён стиснул зубы и, цепляясь за столешницу, поднялся на ноги, — я не твоя собственность и не твоя пара.

в итоге, он добрёл до ванной, включил холодную воду и сунул голову под струйку. ледяная струйка стекала за шиворот, заставляя жар немного притихнуть.

подняв голову, тэхён уставился на своё отражение в зеркале. выглядел он паршиво, весь бледный, с красными прожилками в глазах и обветренными губами, а под глазами залегли синяки, словно он не спал всю неделю, но хуже всего были зрачки: расширенные, почти чёрные, с едва заметным золотистым ободком по краю радужки.

тэхён зажумрился, начиная трясти головой, и когда открыл глаза снова зрачки стали нормальными.

— какая-то паранормальщина, серьёзно, — прошептал омега, выключая воду.

день превратился в бесконечную пытку. он попыталась заняться домашними делами, но любая мелочь выводила его из себя. запах стирального порошка казался ядерной оружием, гул холодильника звучал, как взлётная полоса, а когда сосед сверху начал сверлить стену, тэхён едва не пробил потолок кулаком, и остановился только потому, что вовремя заметил, как костяшки пальцев начали темнеть, а ногти загибаться, превращаясь в когти.

он замер и смотрел на свои руки, не узнавая их. кожа на тыльной стороне ладоней потемнела, проступили вены — тёмные, почти чёрные, а ногти, обычные человеческие ногти сейчас напоминали маленькие лезвия, острые и загнутые внутрь.

— нет, — прошептал тэхён, с ужасом наблюдая, как изменения медленно откатываются обратно, — нет-нет-нет..

он отшатнулся от стены, цепляясь ногой за край ковра и рухнул на пол. пряник испуганно зашипел, выгнув спину, и шмыгнул под диван.

— прости, — всхлипнул тэхён, обращаясь не то к коту, не то к себе самому, — прости, малыш. я не хотел тебя напугать.

к вечеру ему стало по-настоящему хреново, ибо температура снова поползла вверх. он чувствовал это без градусника, ведь тело горело изнутри, словно в венах вместо крови текло раскалённое масло. суставы ломило так, будто по ним молотили кувалдой. тэхён свернулся калачиком на кровати, натянув на себя плед до самого подбородка, но это не помогало.

он смотрел на визитку, оставленную чонгуком.

— да пошёл ты, — хмыкнул омега, отворачиваясь к спинке дивана.

но через минуту снова повернулся, а визитка лежала на журнальном столике и кажется, насмехалась над ним. один звонок и боль уйдёт, а чувство защищенности вернётся.

рука сама потянулась к телефону, а тэхён дёрнул себя, вскочив с дивана и, пошатываясь, прошёл на кухню. достал из аптечки жаропонижающее, вытряхнул две таблетки в ладонь, закинул в рот и запил водой прямо из-под крана.

— я справлюсь, — сказала он вслух, и голос прозвучал жалко даже для него самого, — всю жизнь справлялся, и щас не исключение.

ночь стала кошмаром. ему снились леса: дремучие, тёмные, полные запахов и звуков. в нём она бежала, не разбирая дороги, но не в привычной для себя форме, а в животной. он был огромным серым волком с белым пятном на загривке. просто прекрасное ощущение, которое было в то же время страшным. потом он увидел человека, который стоял на поляне, освещенным лунным светом. мужчина, а конкретнее чонгук. он улыбнулся омеге и протянул к нему руку.

— иди ко мне, — позвал он, и голос звучал внутри омеги.

тэхён хотел подойти, но вместо этого оскалился и зарычал. зверь внутри агресировал, злился и был напуган, не доверяя этому человеку.

чонгук опустил руку, и лицо его стало печальным.

— ты не готов, — сказал он тихо, — время на исходе, тэхён, полнолуние уже близко.

тэхён проснулся в холодном поту, а за окном светало — серое, мутное городское утро, совсем непохожее на то яркое солнце, что разбудило его вчера. пряник спал у него в ногах, свернувшись чёрным клубком.

телефон на журнальном столике завибрировал, заставив его вздрогнуть. тэхён потянулся к нему, ожидая увидеть оповещение из банка или рабочего чата, но на экране высветился незнакомый номер.

тэхён уже знал кто это.

— да? — голос прозвучал хрипло и настороженно.

— ты не спал всю ночь, — голос чонгука был низким, с лёгкой хрипотцой. он звучал устало, — я чувствовал это. твоё состояние, тэхён.. послушай

— я не просил тебя звонить, — перебил омега, начиная злиться, — откуда у тебя мой номер?

— у меня свои способы, — он вздохнул обречено, — неважно. важно то, что тебе хуже с каждым днём и будет только сильнее. ты не сможешь пережить обращение в одиночку.

— я справлюсь, — упрямится, гены отца играют свою роль, но не в пользу омеги

— ты не справишься! — в его голосе впервые прорезалось что-то похожее на отчаяние. — тэхен, это не вопрос силы воли или упрямства. твой организм перестраивается на клеточном уровне, без альфы, без стаи, ты либо погибнешь во время первого полного обращения, либо станешь диким зверем, который будет убивать всё, что движется. ты этого хочешь?

он молчал, ведь слова застряли в горле.

— я знаю, что ты меня ненавидишь, — продолжил он тише, — имеешь полное право. я испортил тебе жизнь, но позволь мне хотя бы попытаться всё исправить. дай мне шанс помочь тебе пройти через это.

тэхён закрыл глаза, а внутри боролись два чувства: страх перед неизвестностью и жгучее, почти детское желание довериться, переложить ответственность на кого-то другого, позволить себе быть слабым.

страх победил.

— нет, — как отрезал, — не звони мне больше.

и сбросил звонок,, не дожидаясь ответа.

в следующие дни он пытался жить, как раньше: ходил на работу, отвечал на звонки клиентов, заполнял отчёты. коллеги косились на него с подозрением, ещё бы, тэхён за неделю похудел килограмма на три, стал дёрганым и молчаливым, а однажды так рявкнул на стажёра, пролившего кофе, что тот вылетел из кабинета со скоростью звука.

— ты в порядке? — спросила его напарница, осторожно заглядывая в кабинет после того инцидента, — может, тебе к врачу?

— я в норме, — отвечает, не поднимая глаз от монитора, — просто устал.

на самом деле он балансировал на грани, ведь с каждым днём контролировать зверя становилось всё сложнее. он просыпался от резких звуков, от яркого света, от чужого прикосновения, а когда в метро его случайно толкнули плечом, тэхён едва не развернулся и не вцепился обидчику в горло, остановился он в последний момент, ведь сам испугался себя. после этих инцидентов, омега стал избегать людей: обедал один, домой шёл по заброшкам, даже в магазин лишний раз не ходил, просто заказывая доставку.

чонгук больше не звонил, но тэхён чувствовал его, словно тот стоял у него за спиной и дышал в затылок. омеге казалось, что он различает знакомый запах, который пробивался сквозь все запахи собранные рядом с ним. тэхён крутил головой, но никого не видел и не понятно: то ли он тупой, то ли лыжи не едут.

но это лишь верхушка айсберга.