Пожарный

Пожарный

Джо Хилл

Ник, Рене и Алли, собравшиеся рядом, зааплодировали. Харпер показала им средний палец и снова поцеловала Джона.
15
Джон и Алли прикрепили цепь к буксирной проушине пожарной машины и потащили другой конец к трейлеру. Пока они привязывали цепь, Харпер заглянула в длинный контейнер «Уолмарта». Внутри пахло каленым металлом и паленым волосом, но у стены обнаружились несколько деревянных поддонов. Харпер вытащила один наружу – если получится сломать, будет топливо для ведра с углями.

Рене принесла ломик и топор. Харпер прислонила поддон к побелевшему от огня дорожному ограждению и начала тюкать топором. Полетели сосновые щепки.
Рене прищурилась от яркого солнца, глядя на ведро, приваренное позади кабины.
– Я все собиралась спросить… – неуверенно начала Рене.
– Наверное, лучше и не стоит.
– Ладно.

Харпер отнесла несколько щепок к машине, забралась на подножку и заглянула в ведро. Угли пульсировали. Харпер начала подкладывать кусочки дерева, один за другим. Каждая щепка вспыхивала с дрожащим шипением белого огня. Положив четыре или пять щепок, Харпер помедлила, держа очередную над ведром, – выбирала, куда положить.

Изогнутая лента пламени, похожая на руку ребенка, протянулась и схватила палку. Харпер отпустила ее, тихо вскрикнув, и соскочила с подножки. Ватные ноги тряслись. Рене придержала Харпер за локоть.
– Я слышала про языки огня, – мягко сказала Рене. – Но не про руки.
Харпер покачала головой, не в силах ответить.

Пожарный захлопнул водительскую дверцу и включил заднюю передачу. Буксирная цепь натянулась и щелкнула. Шины пожарной машины завертелись, задымились, нашли сцепление с дорогой – и задняя часть трейлера с лязгом дернулась вбок.

Когда фура освободила небольшой проезд, Харпер впервые увидела дорогу впереди. Футах в двадцати за трейлером одну полосу съел кратер размером с малолитражку. Дальше был еще один кратер – но на соседней полосе. Через полмили автостраду перегородило огромное дерево, гигантская обгорелая лиственница. Она словно была сделана из жженого сахара. Над длинной и прямой дорогой, над размякшим покрытием колыхался горячий воздух.
– Дальше придется ехать медленно, – сказал Пожарный.
Он ошибся.
16

Пожарный пролавировал среди больших осыпавшихся ям на дороге, доехал до рухнувшей лиственницы и снова остановился. Харпер и остальные даже не стали залезать в машину, а шли следом. Небо заволокло, как будто собирается дождь, вот только дождь не собирался и тучи были неправильного цвета. Розовые, как лососина, словно подсвеченные закатом, и плевать, что полдень. В воздухе повисло напряжение, как перед грозой. Барабанные перепонки Харпер неприятно зудели от давления.

Пожарный обвязал цепью упавшее дерево и бегом вернулся в машину. Раздался громкий треск. Пожарный изысканно выругался.
– Слышали, что он сказал?
Ни одна
женщина такого не сможет, – сказала Рене. – Анатомически невозможно.
Пожарный выпрыгнул из-за руля. Цепь оторвала от лиственницы сук длиной футов в десять.
– Нужно обернуть цепь вокруг ствола, – сказала Алли. – А то разломаете по кускам.

Ник сидел на заднем бампере с Рене и Харпер, пока Алли с Пожарным оборачивали цепь вокруг центра тяжести ствола.
– Давайте сыграем, – предложила Рене. – В «двадцать вопросов». Кто первый?
Харпер перевела Нику. Он ответил знаками.
– Он спрашивает: животное, овощ или минерал?
– Минерал. Вроде того. Господи. Сразу сложности.
Они продолжали, Харпер служила переводчиком.
– Желтое? – передала Харпер.
– Да, и еще оранжевое.
– Теперь он спрашивает: это больше легковушки?
– Да. Гораздо больше.

Ник быстро задвигал руками.
– Он говорит – грузовик, – перевела Харпер.
– Нет! – радостно воскликнула Рене.
Ник соскочил с бампера, отчаянно махая руками.
– Он говорит – большой оранжевый грузовик, – сказала Харпер.
– Нет! – Рене нахмурилась. – Скажите ему «нет». Он зря тратит вопросы.
Но тут и Харпер сама соскочила с решетки, вперив взгляд в шоссе.
– Нам пора, – сказала она.
Ник уже бежал к кабине. Харпер потрусила за ним, крича на ходу и сбиваясь на невнятный визг.

– Джон! Надо ехать! Ехать! Немедленно! Сейчас!
Джон наполовину был в кабине – рукой держал руль, а ногу поставил на подножку. Высунувшись в окно, он выкрикивал указания Алли, которая усевшись верхом на лиственницу, поправляла цепь. Услышав крики Харпер, Алли огляделась, потом, прищурившись, уставилась на шоссе.
На дальнем подъеме, в миле от них, сверкнул на солнце оранжевый грузовик. «Фрейтлайнер» приближался, и Харпер уже слышала нарастающий рев мотора.
– Алли, слезай! – заорал Джон.

Алли приложила ладонь к уху и покачала головой. «Не слышу». Харпер и сама-то еле могла расслышать Джона за работающим на холостом ходу мотором.
Харпер вскочила на подножку рядом с Пожарным и начала изо всей силы звонить в колокольчик. Алли пригляделась, спрыгнула с дерева и бросилась к машине.
– В машину, в машину! – орал Джон. – По-бырому, я дам задний ход.
Алли обхватила Ника руками, подняла с земли и толкнула к корме пожарной машины.

Джон дал им секунд десять – занять места, – включил заднюю передачу и дал газ. Дерево удержало машину, как якорь. Покрышки завизжали. Харпер, стоя на подножке, одной рукой вцепилась в дверцу кабины, второй – в руку Джона.
«Фрейтлайнер» Джейкоба был меньше чем в миле от них, солнечный свет отражался от треснувшего лобового стекла. Харпер слышала завывание ускоряющегося мотора.
Джон наддал, и дерево качнулось, повернулось и начало скользить по пеплу. Ветки щелкали и ломались, падая на дорогу.

В полумиле от них Джейкоб чиркнул плугом по корме «уолмартовского» грузовика и со скрежетом разодрал трейлер на клочки, отлетевшие с пути.
Дерево зацепилось за трещину в асфальте и не сдвигалось. Джон выругался. Он переключил скорость, проехал вперед футов десять и снова дал задний ход. Машина двинулась под визг покрышек. Харпер еле держалась, стиснув зубы, ожидая толчка, пульс бешено колотился. Лиственница подскочила, рухнула вниз, взмахнув сучьями, и освободила полосу.

– Я отцеплю нас, – сказала Харпер. Она спрыгнула на дорогу и побежала к переднему бамперу.
– Скорее, Харпер, – позвал Пожарный. Звук «Фрейтлайнера» превратился в звенящий рев. – Залезайте, залезайте.
Харпер сняла цепь с передней проушины и кинулась к пассажирскому сиденью.
– Жми! – крикнула она, ухватившись за дверцу кабины и забираясь на подножку.

Пожарная машина рванула вперед. Толстые ветки хрустели и трескались под колесами. К тому времени, когда Харпер частично взобралась на сиденье, машина набрала двадцать миль в час. Пожарный обогнул лиственницу, постепенно набирая скорость на прямом участке, ведущем в небольшую горку.
Снежный плуг ударил в дерево. И не просто сдвинул лиственницу, а раздробил ее – ветки брызнули облаком серой пыли и черных щепок. «Фрейтлайнер» взвыл. Харпер поняла, что впервые слышит настоящий голос Джейкоба.

Она еще стояла одним коленом на сиденье, когда «Фрейтлайнер» ударил пожарную машину в корму. От удара Харпер соскользнула. Ноги выскочили из двери и повисли над дорогой. Одну руку Харпер просунула в окошко, держась за дверцу, второй вцепилась в сиденье.
– Харп! – заорал Пожарный. – Господи, Харп, залезайте, залезайте!
– Быстрее, – ответила она. – Не смейте тормозить, Руквуд.

Она засучила ногами, но забраться на сиденье не получалось. Слишком большая часть ее тела торчала снаружи, слишком низко оказался ее центр тяжести; она почти всем весом нависала над дорогой.
Харпер повернула голову, чтобы посмотреть, где «Фрейтлайнер», и в этот момент Джейкоб ударил их снова. Теперь Харпер
видела
его за рулем, видела голодное, щетинистое лицо со шрамами. Он не улыбался и не хмурился. Только крутил головой, словно напичканный сильным обезболивающим.

– Да заберитесь, ради бога, в машину, – сказал Пожарный. Одной рукой он держал руль, но уже не смотрел в лобовое стекло. Он навис над пассажирским сиденьем, пытаясь дотянуться рукой с забинтованным запястьем до Харпер и втащить в кабину.
Она изо всех сил рванулась к его руке, вцепилась в пальцы. Он тащил, борясь с потоком воздуха, который норовил вытянуть Харпер с переднего сиденья. Она продолжала лягаться, и вдруг колено уперлось в пол кабины, и Харпер забралась внутрь.

Пока Пожарный втягивал ее, пожарную машину снесло влево. Они чиркнули по обгоревшей «Хонде», припаркованной на обочине. Корма «Хонды» подскочила в воздух, словно под задними колесами взорвалась мина. Они пролетели мимо.
«Хонда» с грохотом опустилась на дорогу. Через секунду в нее врезался снежный плуг и отбросил прочь с визгом, полным почти человеческой ярости, и звоном рассыпающегося стекла.

Харпер вскарабкалась на сиденье; еще открытая пассажирская дверца качалась на петлях. Харпер ухватилась за поручень над дверью и высунула голову наружу, глядя назад.
– Да какого хрена… – начал Пожарный.
Душа Харпер наполнилась песней – песней ярости и горя, без слов и без мелодии, и ее рука вспыхнула, как вымоченная в бензине тряпка от поднесенной спички. Голубое пламя охватило руку, и Харпер метнула огненный мяч. Он ударил в лобовое стекло «Фрейтлайнера», растекся огненным опахалом – и погас.

Харпер метала огонь снова и снова. Взрыв голубого пламени снес зеркало с пассажирской стороны. Следующий снаряд ударил в сам плуг, на мгновение ставший похожим на корыто белого трескучего огня. В четвертый раз у Харпер получился крученый бросок; мяч попал в колесо с пассажирской стороны, превратив его в огненный обруч.
– Можете ослепить его? – спросил Пожарный.
– Что? – переспросила Харпер.
– Ослепите его. На десять секунд. Прямо сейчас, пожалуйста. И бога ради, пристегните ремень.

Жилы проступали на шее Джона. Он сжал губы в гримасе страха. Машина поднималась в горку – к какой-то эстакаде. Бампер сбил оранжевый ромб – предупреждающий знак. Харпер не успела прочитать, что там написано, прежде чем Пожарный отшвырнул его в сторону.

Харпер не стала возиться с ремнем безопасности. Пристегнувшись, она не сможет высунуться достаточно далеко, чтобы бросить пламя прямо в Джейкоба. Снова нырнув головой в полуденный зной, она посмотрела на «Фрейтлайнер». Джейкоб глядел на нее сквозь покрытое паутиной трещин лобовое стекло; трещины расходились от единственного пулевого отверстия, справа от Джейкоба. Харпер подумала, что Джейми Клоуз в ту ночь едва не прострелила ему легкое с церковной башни.

Харпер глубоко вздохнула и метнула сгусток пламени. Он попал точно в пулевое отверстие. Огонь брызнул по трещинам, прочертив яркую сеть. Струйка пламени пробилась в отверстие, и Джейкоб съежился, уклоняясь. Кажется, он даже зажмурился.

Харпер повернулась взглянуть, что там впереди, и увидела, что эстакады больше нет. «МОСТ РАЗРУШЕН» – вот что было написано на том оранжевом знаке. Эстакада обрушилась прямо посередине, оставив пропасть длиной футов тридцать; арматурины торчали из обломков бетона. В последний момент у Харпер мелькнула мысль, что она так и не пристегнулась.
Джон вдавил педаль тормоза и внезапно вывернул руль, резко уходя от обрыва.

Слишком внезапно, слишком резко. Пожарная машина пошла вправо, шины издали высокий визг пузырящейся резины. Из-под днища появился сизый дымок. Харпер чувствовала, как машина норовит опрокинуться. Джон всем телом навалился на руль, выворачивая его. Машина двинулась юзом, вибрируя, как отбойный молоток. «Я потеряю ребенка», – подумала Харпер.

«Фрейтлайнер», пролетая, задел их корму. Пожарная машина завертелась, как безумная карусель. На мгновение они развернулись носом к дороге, по которой приехали, и продолжали вертеться. Центробежная сила прижала Харпер к двери – не захлопни она ее только что, вылетела бы прочь. Руль крутнулся так быстро, что Пожарный с криком боли выпустил его из рук.

Они еще смотрели в сторону Нью-Гемпшира, еще скользили по асфальту, и Харпер не видела, как «Фрейтлайнер», пролетев мимо них к обрыву, упал с тридцати футов на дорогу внизу с оглушительным грохотом, потрясшим мир. Казалось, за спиной взорвалась бомба.

Харпер все еще казалось, что они крутятся, хотя пожарная машина замерла. Харпер посмотрела на Джона. Он посмотрел в ответ широко раскрытыми изумленными глазами. Шевельнул губами. Кажется, произнес ее имя, но точно Харпер сказать не могла – ничего не слышала из-за гула в ушах. Ник был прав – читать по губам непросто.
Пожарный махнул рукой, словно прогоняя Харпер. Вылезай. Сам он боролся с застежкой ремня безопасности.

Харпер кивнула, вылезла с подгибающимися коленями на подножку, опустилась на дорогу. Потом разжала пальцы, сжимавшие ручку двери, и повернулась к обрушенной эстакаде; и почувствовала, как дух выходит из нее вон.
Задняя половина пожарной машины висела над пропастью. И наклонялась все больше. Стоило Харпер посмотреть на нее, как машина качнулась назад, передние колеса поднялись в воздух.

Харпер успела только охнуть. Она только собиралась выкрикнуть имя Джона, когда пожарная машина перевалилась через край, в пропасть, унося Пожарного с собой.
17

Харпер подбежала к краю рухнувшей эстакады и посмотрела вниз, туда, где заканчивались гроздья перекрученной арматуры с раскрошившимся бетоном между ними. Пожарная машина рухнула на корму и завалилась в сторону пассажирского сиденья. Со своего места Харпер не могла видеть, что происходит внутри кабины, не могла разглядеть Джона. «Фрейтлайнер» лежал вверх колесами. Что-то горело внизу; Харпер чувствовала вонь паленой резины.

Ее удержал на месте только шок, покалывание в каждом нервном окончании, в кончиках пальцев. «Все мертвы, – застучало в голове. – Все мертвы, все мертвы, Джон и Ник, Алли и Рене. Джон и Ник, Алли и Рене. Джон и Ник, Алли и Рене».
Горло саднило, и только теперь Харпер осознала, что кричит уже целую минуту, и заставила себя замолчать. Надо спуститься. Спуститься и посмотреть, что можно сделать.
Она повернулась и увидела Алли. У той лицо было залито потом, и она тяжело дышала после бега.

– Ты откуда? – спросила Харпер. – Как ты выбралась?
Харпер тупо посмотрела через плечо Алли. В полумиле от них трусил по обочине Ник и тянул за собой Рене.
– Мы и не забирались, – ответила Алли. – Не успели. Рене стащила нас в канаву, как только мы с Ником добежали до задних отсеков. И вы с Джоном уехали без нас. А где Джон? Где…
Алли попыталась обойти Харпер, чтобы заглянуть за край обрыва. Харпер ухватила ее за руку и оттащила, не дав посмотреть вниз.

– Не надо. Не хочу, чтобы Ник видел, и не хочу, чтобы ты видела. Оставайтесь здесь, пока я не позову.
Харпер хотела бежать, но дни ее пробежек завершились несколько недель назад. Она перешла на рысцу беременной дамы, придерживая живот. Преодолев ограждение, Харпер соскользнула по насыпи на своей большой беременной попе, хватаясь за кустики, чтобы затормозить.

Внизу проходило шоссе – на восток и на запад. Пожарная машина перегородила полосы, ведущие на восток. Горящее озеро разлилось по асфальту, и Харпер в ужасе подумала: «Бензин, разлился горящий бензин – все взорвется». Она перескочила через пламя и подошла к кабине.

Харпер посмотрела сквозь лобовое стекло – потрескавшееся и вдавленное внутрь. Джон повис, все еще пристегнутый к сиденью, голова склонилась на правое плечо, и кровь капала из-под волос и из носа. Но он был жив. Харпер видела, как вздымается и опадает его грудь.

Не видела она одного – способа достать Джона. Она слишком беременна, чтобы добраться до водительской дверцы, которая теперь смотрела в небеса. Харпер не могла разбить то, что осталось от ветрового стекла, без инструментов – да и боялась засыпать Джона осколками.
«Лестница», – пришла в голову мысль. Не та, большая, на крыше машины, а одна из маленьких, прикрепленных к отсекам.

Харпер снова перепрыгнула полосу огня (так что же горит? пахнет не бензином) и поспешила к корме машины. Все содержимое отсеков вывалилось, и Харпер осторожно шагала через перепутанные, как в игрушечном наборе, рукоятки топоров и ломы. В спешке Харпер чуть не наступила на кота и отшатнулась, когда он испуганно взвыл.
Харпер опомнилась и отступила на шаг. Мистер Трюфель уставился на нее, шерсть встала дыбом. Похоже, Рене увела от машины всех, кроме кота.

– Ох, это ты, – сказала Харпер, нагнувшись и протянув руку. – Господи, как же ты выжил? Сколько из девяти жизней потратил?
– Все до одной, – произнес Джейкоб, и лопата, разорвав дымовую завесу, ударила по коту, как крокетный молоток – по шару.

Мистер Трюфель, мертвый, со сломанной шеей, пролетел по воздуху и рухнул в кусты. Харпер завизжала и, отшатнувшись, села на задницу. Джейкоб двумя руками занес лопату над ее головой. Харпер начала отталкиваться каблуками, и лезвие лопаты вонзилось в мягкий асфальт между ее ног.

Харпер ползла задом прочь, по битому стеклу и камням. Пока Джейкоб раскачивал лопату, чтобы вытащить лезвие и шагнуть вперед, Харпер успела рассмотреть его. Правая рука почернела и напоминала кожицу пережаренного цыпленка. Трещины открывали розовое мясо, блестящее гноем. Правая половина лица тоже обуглилась, и волосы с этой стороны еще дымились. На дряблой шее чернел старый ожог в форме человеческой ладони.

Он шагнул вперед, медленно и неуклюже; от былой грации танцора не осталось и следа. Он заговорил грубым и невнятным голосом. В правом углу рта обожженные губы слиплись.

– Я был прав, когда говорил, что заболел из-за тебя, миладевочка, – сказал он. – Да, ты не заразила меня драконьей чешуей, у меня другая болезнь. Гораздо хуже. Жить с тобой – все равно что подцепить лихорадку. Такая женщина – сама по себе инфекция. Ты паразитировала на мне, как бактерия. Ты не представляешь, как мне хотелось выздороветь. Излечиться от тебя.
Он снова взмахнул лопатой, но Харпер успела оттолкнуться пятками. Штык лопаты разрезал туман, оставив за собой полоски дыма.

– Когда-то я думал, что ты станешь моей музой, – сказал Джейкоб и засмеялся странным неуместным смехом. – Я думал – ты вдохновишь меня! Что ж, в конце концов вдохновила. В конце ты показала мне мое настоящее призвание: тушить огонь. Я такой бравый пожарный, я тушу пожары еще до их возникновения. Ясно? Ты все же стала моей музой!

Никакая я не муза, подумала Харпер, да и он никакой не писатель; и ей было нисколько не жаль. Что бы ни искал Джейкоб – вину или вдохновение, – в любом случае ей отводилась роль топлива. Она была для него чем-то, что нужно жечь.
– Твой приятель жив еще? – спросил Джейкоб, кивнув на пожарную машину. – Хорошо бы он был жив. Я отрежу твою голову и брошу ему на колени, прежде чем убить его. Пусть посмотрит еще раз на твое лицо и назовет твое имя. Пусть знает: он не сохранил то, что отнял у меня.

Харпер начала петь про себя без слов. Левая кисть зашипела, задымилась и окуталась светом. Харпер подняла руку, но Джейкоб ударил ее лопатой, и пламя погасло. Харпер вскрикнула от боли.
– Он еще и фокусам тебя научил? – спросил Джейкоб. – Не только отсасывать ему? Жаль, он не научил тебя не играть с огнем. В твоем возрасте женщина должна помнить, чем это может кончиться, миладевочка. Дети, которые играют с огнем, в конце концов сгорают. Сгорают дотла.

Харпер его не слушала. Она смотрела мимо. Сердце бешено колотилось, толкая кровь, дышать было тяжело.
– На меня смотри, – рявкнул Джейкоб. Он кончиком лопаты уперся в подбородок Харпер и поднял ей голову, заставив взглянуть ему в глаза. – Я с тобой говорю, миладевочка. Ты слышала меня? Ты вообще меня слушаешь? Маленькие девочки не играют с огнем. А то будет больно.
– Да, – прошептала Харпер. – Ты прав. Мне очень жаль, Джейкоб.
Он подозрительно прищурился и начал поворачивать голову.

Но огненная женщина уже преодолела половину расстояния между машиной и Джейкобом. Женщина была ростом с самого Джейкоба, длинные волосы тянулись за ней, желтые и красные. Она была нагая – в каком-то смысле, ведь ее колеблющиеся формы казались созданными из малинового шелка. Только глаза горели голубым пламенем газовой горелки. Женщина оставляла следы – пятна красного пламени.

– Мама? – крикнула Алли в тридцати футах от них. Она все-таки спустилась и теперь стояла, держа Ника за руку. Голос звучал тихо и изумленно.

Огненная женщина метнула топор из пламени. Он возник внезапно, когда она взмахнула рукой. Топор попал Джейкобу в лицо, и тот закричал – пламя разлилось по лицу и волосам. Женщина отвела руку назад – и в ее ладони из ниоткуда возник новый топор. Она метнула его, приближаясь. Второй топор попал Джейкобу в грудь – грязная, промасленная футболка вспыхнула. Джейкоб ринулся к женщине, но он ничего не видел из-за дыма, окутавшего голову. Женщина шагнула в сторону, как тореадор. Джейкоб споткнулся и упал на одно колено.


Все материалы, размещенные в боте и канале, получены из открытых источников сети Интернет, либо присланы пользователями  бота. 
Все права на тексты книг принадлежат их авторам и владельцам. Тексты книг предоставлены исключительно для ознакомления. Администрация бота не несет ответственности за материалы, расположенные здесь