потеряшка под кожей.

оскар часто терял вещи. 

часы, ключи от дома, леденцы, денежную мелочь, телефон, записки одноклассников. 

из-за его потеряшковости над ним часто подшучивали — дети вообще были склонны к жестокости, когда были особо маленькими. восьмилетний оскар отбивался от нападок, как мог, но чаще его отбивали люмьер с гедеоном. 

у них двоих не было страха и — что печально и забавно — тормозов, поэтому, как только оскара обзывали маленькие хулиганы, из маленьких носов начинала хлестать кровь. оскар крови боялся, а вот николас — которого все они звали исключительно «ники» — её обожал и постоянно снимал разбитые носы одноклассников на камеру. а потом люмьер, гедеон и ники подсаживались к оскару и помогали ему найти потеряшку. 

так было и сейчас. 

оскар, извозившийся в пыли, как чумной щенок, тяжело пыхтел, пытаясь достать со шкафа тяжёлую коробку. три дня назад ему исполнилось четырнадцать, а на следующий день родители заявили ему и сестре, что разводятся, и потому дом был равномерно покрыт конфетти, измазан тортом и залит слезами. 

оскар шмыгнул носом, полным насморка, проклиная всех, кто придумал вставать в восемь утра, и качнулся на скрипящих ножках стула. коробка зацепилась за пальцы и с грохотом рухнула на пол, утащив оскара с собой. 

сервиз, оставшийся последним наследием от его прабабушки, жалобно зазвенел и засыпал оскара гжелевскими осколками. в дверь дома коматозно застучали. 

— открыто! — крикнул оскар, с сапёрской осторожностью выползая из-под режущего одеяла осколков. 

люмьер всегда заходил с ноги. причины были неисповедимы, как пути какого-то дядьки с неба, но это было частью люмьеровского очарования. отскочившая от стены дверь рикошетом вернулась ему в лицо. из носа потекла ровная, горячая струйка. 

— идиот, — закатил глаза гедеон, с брезгливым беспокойством смотря на кровь, заливающую люмьеру лицо. перевёл взгляд на всё ещё лежащего под сервизом оскара и заключил. — два идиота. 

— сфоткай меня! — тут же потребовал люмьер, разбрызгиваясь кровью на порог и белую футболку с куртом кобейном. — ники в восторге будет. 

гедеон щёлкнул камерой телефона. люмьер душевно поцеловал его в щёку, за что получил в нос ещё раз. кровь на полу медленно складывалась в причудливую картинку, соединяя конфетти в упорядоченное изображение. 

оскара вытащили из-под завала гжели. осколки собирать и не подумали. 

— что ищешь? — спросил гедеон, повисая у оскара на шее. 

— не знаю, — отозвался оскар, вытирая своей футболкой кровь с лица люмьера.

красные пятна на белой ткани выглядели нежно, но чуждо. на оскара редко попадала чья-то кровь. 

— мы поможем, — улыбнулся люмьер и побежал на кухню. 

не то чтобы там действительно что-то было, но украсть пакетики с сахаром и чаем люмьер был обязан. в его комнате хранилось что-то вроде алтаря, засыпанного ворованными вещами. оскар помнил, что на прошлой неделе там появился третий дорожный знак и сто семнадцатая скрепка.

они обыскали всю кухню, выпили весь чай, подрались на столовом серебре, как на шпагах, и случайно опрокинули чайник. пол в доме постепенно обрастал собственной сущностью, вбирая всё, что на него падало. 

дуя на обожжённые о кипяток пятки, мальчишки пошли перерывать комнату оскара. изодрав одеяла, разобрав на винтики стол, вытряхнув книги из обложек и дождавшись заката, люмьер наконец спросил:

— а что мы ищем? 

оскар, вертя в пальцах калейдоскоп, взглянул на него, накинувшего ковёр-плащ на плечи, потом на гедеона, покрытого перьями из подушки, как короной. 

— я не знаю, — буркнул оскар и отложил калейдоскоп на антресоль. 

— найдём, — пожал плечами гедеон и сунул нос в подвал. 

в подвале жили мыши и что-то из детства. оскар предупредил, чтобы они не сломали шеи на лестнице, потому что достать их тела он не сможет. люмьер со смехом кубарем скатился вниз и приземлился на велосипеды, стоявшие здесь ещё со времён их шестилетия. 

дурак. очень искренний, но дурак. оскар остро обожал его где-то в глубине души. 

гедеон прищемил ногу мышеловкой, люмьер опрокинул стеллаж с консервами, оскар испугался света фонарика. потеряшка всё не шла в руки, не находилась, и от этого было злобно и грустно. 

они вылезли в гостиную, развалились на куче из свитеров, дутых курток и вязанных носков. в комнате пахло вишней и свежей плесенью с хлеба. часы, остановившиеся три дня назад, показывали 8:06 утра, хотя солнце давно перевалило на запад. 

оскар уснул, чувствуя пульс лежащего рядом гедеона под ухом. ему снилось что-то нежное. что-то, что целовало в ресницы, гладило по загривку пальцами и постоянно истекало кровью. оскар не помнил его имени, но вспомнил, что именно его потерял.

— доброй ночи. лезвия не найдётся? — раздался голос над головой. 

оскар открыл глаза. ники обезоруживающе улыбнулся ему, демонстрируя сколы на зубах и милый шрам под губой. 

— в ванной есть, — отозвался оскар, мотая головой, чтобы согнать отчего-то собравшиеся под веками слёзы. 

поднялся, оставив люмьера с гедеоном спать в груде свитеров. ники, на секунду исчезший, появился вновь, с довольной улыбкой мотая туалетную бумагу на кровящее запястье. 

— люмьер нос сегодня разбил, у гедеона фотки, — хмыкнул оскар, замирая перед дверью в кладовку. 

ники, загоревшийся было восторгом, невольно осёкся. стал непривычно нежным, переплёл с оскаром пальцы, подставил макушку под поглаживание. 

— что ты ищешь? — негромко спросил ники, напряжённо поглядывая на кладовку. 

— зверя, — отозвался оскар, дёргая за ручку. 

в кладовку очень редко заходили. она была нелюдимая и зубастая, поэтому мальчишки её опасались. 

— ты не найдёшь его здесь, — вдруг негромко, почти нежно сказал ники. 

оскар возмущённо запыхтел и зарылся с головой в дальний угол, разгребая старые вещи, битые стёкла, разодранные книги.. ники смотрел на него, словно точно знал, где потеряшка. 

оскар с грустной злостью поднялся на ноги и пнул невиновную коробку в бок. он не замечал, что плачет, и ники не напоминал ему об этом. 

— его нет в кладовке, — ласково сказал ники, укладывая ладонь ему на плечо. оскар непонимающе обернулся. — зверёк не тут, он в тебе. 

— что?.. — удивился оскар. 

ники мило ему улыбнулся. погладил по щеке. 

— у тебя рак, оскар.