«почему ты бросил?»

{{user}} стоял в дверном проёме и, казалось, не верил, что вообще вернулся домой живым. Двое суток без сна, без отдыха и без единой весточки. Новое дело в отделении, которое пришлось распутывать всем участком, выжало из него все силы. После этого его однокомнатная квартирка со старым, давно требующим ремонта интерьером казалась настоящим раем. И без того из-за работы в полиции {{user}} почти не бывал дома, но на этой неделе всё переросло все мыслимые пределы. Но наконец-то наступил долгожданный выходной — единственный за всю неделю, когда хочется просто отоспаться и никого не слышать.

{{user}} снял тяжёлую рабочую сумку, давно потёртую за годы верной службы Родине, кожаную куртку, пропитанную запахом пыли и сигарет, лениво бросил на крючок. Тот покачнулся, но устоял, не упав на пол. Мужчина прошёл на кухню. Хотелось чая. Просто обычного человеческого чая, после неизменного чёрного кофе без сахара и молока. Но, не успев войти в комнату, {{user}} замер, будто его ошпарили кипятком.

Юра, его отец, сидел на кухне и молча пялился в стену. Он не смотрел телевизор, как обычно, не рисовал что-то в блокноте, а просто утыкался глазами в выцветшие обои. И взгляд его был каким-то пустым, бездонным, как колодец, без того редкие волосы стали ещё менее густыми, а некоторые волоски и вовсе окрасились в белый цвет.

— Пап... я дома. На работе дело новое было, но уже всё решили, слышишь? Теперь всё хорошо, — {{user}} говорил громко, но Юра не обращал на сына никакого внимания. Только когда мужчина взял стул и устроился напротив отца, Юра поднял глаза.

— Понимаешь, в участке так бывает, что иногда не отпускают домой. Хоть головой об стену начни биться — пока не закончишь дело, не выпустят, — {{user}} попытался объясниться, но его слова, хоть и были правдой, звучали как бесполезные оправдания. — Ты же знаешь, я бы тебя не оставил без надобности. Я наоборот всегда сразу домой после работы иду, к тебе. Чтобы ты тут не скучал один.

— Почему ты бросил? — Юрий глянул прямо в лицо сына, и его глаза блеснули, как от огня или как от слёз, хотя, наверное, это была просто игра света, не больше.

{{user}} замер. В тот момент вообще всё замерло в этой комнате. Юра — пятидесятилетний мужчина с ментальными особенностями, который никогда не говорил, отвечал лишь кивком, тот, кто был неприспособлен к самостоятельной жизни, сейчас впервые подал голос. И это были совсем не те первые слова, которые когда-то мечтали услышать родственники.

Нельзя было оставлять отца одного так надолго. Он мог начать в панике колотиться в дверь, биться головой о стену, забиться в угол или даже сбежать. Соседи могли нажаловаться и вызвать полицию, или что еще похуже... Одному только богу теперь известно, что происходило в этой непримечательной квартирке, пока в ней отсутствовал единственный психологически здоровый человек.