песни для любви

максим не помнит, когда это началось— может неделю назад, а может — целый месяц. 

вот уже в который раз он ловит себя на том, что засматривается. взгляд отвести не может от едва заметных веснушек на чужом лице, от носа кнопочного. раз за разом он в глаза его не мог перестать смотреть. на чуть подрагивающие ресницы и на то, как ромка забавно щурится. 

шустов его видел даже во снах — чужое взволнованное лицо раз за разом появляется перед глазами. 

сейчас максим уже перестал отрицать — только для самого себя! — причину своих чувств. сказать, что он себя корил — не сказать ничего. он пытался отдалиться, сбежать от всего, но тихое ромкино «макс?» раз за разом его останавливало — не давало сорваться и сбежать.

– макс, стажер, ко мне, срочно!— слышится едва разборчивое сипение в рации на столе. ромка ругается чуть слышно — столь ранний подъем в его планы точно не входил. особенно в выходной.

– так точно, алексей палыч,— макс до рации-то с трудом дотянулся,— пятнадцать минут и мы у вас. 

– макс..— шипят с соседней кровати,— какие пятнадцать минут, ты сдурел?

– а ты не спорь не лучше, молодой. давай, отскребай себя от кровати и одевайся. а потом можешь и меня отскребсти,— зевает и показательно к стенке поворачивается.

это срабатывает. абсолютно всегда срабатывает — в этот раз ильин также с кровати подрывается. макс смеется и тоже встает с кровати — настроение у него хорошее.

даже не смотря на ранний подъем и то, что он лег он только тогда, когда время давно уже перевалило за полночь — для него уже вошло в привычку по ночам сидеть в самом дальнем углу сквера у части, играя на гитаре.

он и представить себе не мог, что большую часть времени он проводил не всегда только наедине со своими мыслями и музыкой — каждый раз на его концерте был тайный слушатель. 

***

— макс, а я все спросить хотел .. а у тебя все песни о любви? — рома щурится на солнце, но от чужого лица взгляд не отводит.

шустов теряется тут же, замирает в растерянности и в глаза карие смотрит, наконец выдыхая. 

– не о любви, а для любви, ром,— на объяснение это похоже слабо, но и шустов все карты раскрывать не станет. 

– ты споешь еще раз для меня? — вдруг спрашивает ильин, замирая напротив. он первым за поцелуем тянется, осторожно касается чужих губ — максиму большего и не надо — он чувствует себя впервые за долгое время счастливым и окрыленным. он для ильина и звезду с неба достанет — хоть саму луну, если рома попросит, — главное , что увидит улыбку чужую, чуть смутившегося ромку, но довольного до невозможности.

макс голосу в рации сообщает о том, что они будут только минут через пять, а потом вновь прижимается к чужим, теперь уже сам. 

он так долго этого ждал, что сейчас отпустить ромку своего точно больше не в силах.