person first language — язык РАСовых фанатиков.

прим. пер.: эссе переведено с использованием лапслока.

начнём, пожалуй, с объяснения некоторых терминов и тонкостей перевода, с которыми мне пришлось столкнуться во время перевода данного эссе, и которые могут быть понятны не всем читатель_ницам.

✦ нейрофобия  — дискриминация по признаку неврологических отличий или нейроотличности; это более обобщëнный термин для обозначения общего предвзятого отношения к нейроотличным людям. сюда могут входить разные, более узкие виды дискриминации, вроде аутистофобии — дискриминации аутичных людей.

✦ РАСовые фанатики — перевод-адаптация словосочетания “autistiphobic bigots”. я перевёл его таким образом, чтобы сохранить больше «оригинального смысла», который может стереться при переводе из-за смысловой разницы одного термина в разных языках. в английском языке словом “bigots”, помимо слепых приверженцев религии, обычно называют гомофобов и расистов, так что здесь налегла игра слов: ибо РАС, также известное как «расстройство аутистического спектра», — патологизирующее название аутизма, которое чаще всего используется людьми, либо не знающими об аутизме достаточно, чтобы сделать вывод о вариации иной неврологической нормы, либо теми, кто верит в теорию об «аутизме-болезни»; так что смысл данной фразы заключается в слепой приверженности этой идее некоторых (многих) аутистофобов.

✦ person first language — не имеет точного перевода на русский язык; читая эссе, вы столкнётесь с такими терминами, как принцип «сначала человек» и сокращением в виде PFL, реже — ПСЧ. всё это, в любом случае, относится к данному термину.

я также открыт к вашим предложениям. вы можете свободно брать и размещать данное эссе на других платформах с указанием авторства: самой докторки уокер и меня, как переводчика. мой ник — redgiwtf, который я использую во вконтакте.

если вы заметите ошибку, опечатку, неточность высказывания или у вас появится идея насчёт того, как лучше адаптировать последний из терминов на русский язык, вы можете связаться со мной в телеграмме.

аналогично авторке, хочу уточнить свои местоимения на случай, если вы захотите обратиться конкретно ко мне, переводчику данного эссе — они/их.

ряд аутичных авторов в прошлом писали критические статьи о принципе «сначала человек», начиная с книги джима синклера “why i dislike person first language” в 1999 году. в то время как в предыдущих критических обзорах были сформулированы отличные моменты, с которыми я в значительной степени согласна, я не была полностью удовлетворена ими; я ещë не встречал ни одного, который предлагал бы достаточный критический анализ целей и обоснований, стоящих за языком «сначала человек». итак, я написала своë собственное, и вот оно.

окончательную, пригодную для цитирования версию этого эссе можно найти в моей книге “neuroqueer heresies”.

когда ссылаетесь на мою работу, пожалуйста, помните, что мои местоимения — она/еë.

если вы хоть немного знакомы с общественным дискурсом об аутизме — независимо от того, узнали ли вы об аутизме в академической или профессиональной среде или просто были свидетелями дискуссий об этом в средствах массовой информации, — вы почти наверняка сталкивались с принципом «сначала человек» (прим. пер.: он же person first language, далее —PFL). вместо того, чтобы просто называть аутичных людей аутистами, люди используют гротескные и излишне громоздкие фразы, такие как «люди с аутизмом», «дети, страдающие аутизмом», «люди, страдающие аутизмом», или «взрослые, живущие с аутизмом».

подобный язык берëт свои корни из нейрофобии и аутистофобного фанатизма, и его использование широко признано большинством аутичного сообщества, как надëжный индикатор аутистофобных установок. причина, по которой принцип «сначала человек» (PFL) так распространëн в дискурсах нашего общества об аутизме, заключается в том, что в этих дискурсах всегда доминировали голоса и точки зрения РАСовых фанатиков. с 1930-х годов и по сей день подавляющее большинство неаутичных людей, которые писали об аутизме или выполняли какую-либо работу, связанную с аутизмом, придерживались глубоко укоренившихся нейрофобных установок. язык, используемый в их работе, отражает это отношение.

использование PFL к человеку при разговоре об аутичных людях настолько распространено и общепринято, что большинство неаутичных людей не задумываются об этом дважды и даже не признают его языком фанатизма и стигматизации. приверженство к патологизации, присущее языку «сначала человек», не становится очевидным, пока вы не прислушаетесь к тому, как это на самом деле звучит, пока вы не используете те же речевые обороты, чтобы рассказать о членах других исторически угнетëнных и маргинализированных групп.

вот, попробуйте: люди с гомосексуальностью. дети, у которых есть еврейство. взрослые с вульвой. о, а как насчет людей, живущих с кожной чернотой? вас устраивают эти фразы? если вы прочитаете статью, в которой автор последовательно называет геев «людьми с гомосексуализмом», «взрослыми, страдающими гомосексуализмом», и «людьми, живущими с гомосексуализмом», каково было бы ваше впечатление об отношении этого автора к тому, чтобы быть геем?

есть только два типа людей, которые используют принцип «сначала человек», когда речь идёт об аутистах:

1. РАСовые фанатики. другими словами, люди, которые считают, что быть аутистом есть что-то неправильное; что быть аутистом в некотором роде плохо или постыдно.

2. люди, которые не знают, как говорить правильно. другими словами, это люди, которые приобрели привычку использовать принцип «сначала человек», потому что он настолько распространëн в дискурсе об аутизме (благодаря влиянию фанатиков), и которые просто никогда не задумывались о значении этого принципа, чтобы признать его нейрофобную природу.

как правило, спорить с фанатиками — пустая трата времени, будь то из-за аутистофобных высказываний или по любому другому поводу, потому что они никогда не спорят добросовестно. поскольку аутистофобами движет страх и ненависть к отличиям, а не разум, они просто удвоят усилия и продолжат повторять одни и те же ложные аргументы; или прибегнут к личным нападкам, снисходительности, придиркам к тону или любой другой тактике, которую они смогут придумать, — вместо того, чтобы признать обоснованный контраргумент.

поэтому я пишу это эссе в первую очередь в интересах тех, кто попадает во вторую категорию — тех, кто не знает лучших аналогов или, по крайней мере, не знал их до сих пор. признаться честно, если вы не знали, что принцип «сначала человек» вызывает аутистофобию и что большинство аутичных людей в наши дни посчитают его нежелательным — что ж, в этом нет ничего постыдного. принимая к сведению явное распространение нейрофобных установок и аутистофобного языка в современном мире, и учитывая, что “person first language” преподается даже на курсах колледжей и в программах профессиональной подготовки, вас вряд ли можно обвинять в том, что вы признали и приняли такой язык, не понимая, что это аутистофобно и неуважительно к аутичным людям. вы не плохой человек, если не знаете ничего кроме того, чему вас научили. и теперь, когда вы знаете правду, вы можете добиться большего. вы можете перестать обращаться к нам таким образом и просто называть аутичных людей аутистами, вместо того чтобы продолжать непреднамеренно проявлять неуважение и стигматизировать нас.

большая ложь, которую фанатики рассказывают о ПСЧ заключается в том, что принцип «сначала человек» — это «уважительный» способ говорить об аутичных людях. существует определëнный набор ложных аргументов, которые РАСовые фанатики используют, чтобы подкрепить эту ложь или оправдать своё дальнейшее использование ПСЧ, когда аутичные люди и наши союзники возражают против этого. если вас учили обращаться к аутичным людям принципом «сначала человек», то, скорее всего, вас также научили принимать эти «аргументы». возможно, вы слышали их от людей, занимающих руководящие посты, или от людей, которые предположительно обладали опытом в этой теме, и в результате вы, возможно, приняли их, не подвергнув необходимой критической проверке. так что давайте проведем этот критический анализ прямо здесь и сейчас; давайте рассмотрим три наиболее распространëнных аргумента в пользу стигматизирующего языка один за другим, и опровергнем их.

ложный аргумент №1: «ПСЧ более уважителен, потому что он отделяет человека от аутизма».

нет. именно поэтому данный принцип неуважителен для аутичных людей.

кто хотел бы «отделить человека от аутизма»? только тот, кто в глубине души верит, что в том, чтобы быть аутистом, есть что-то неправильное; тот, кто считает, что быть аутистом в некотором роде плохо или постыдно. и любой, кто считает, что быть аутистом плохо или стыдно, по определению является аутистофобом (точно так же, как любой, кто считает, что быть геем плохо или стыдно, является гомофобом, а любой, кто считает, что быть чёрным плохо или стыдно, является расистом).

аутизм не существует отдельно от аутичных людей; на самом деле это не та вещь, которую человек может «иметь». это не болезнь, как опухоль или простуда. вы не можете вырезать аутизм из человека и сохранить его в бутылке; вы не можете вывести аутизм в лаборатории и иметь маленькую пробирку или чашку петри, заполненную аутизмом. аутизм информирует о каждом аспекте развития, воплощения, познания и опыта человека способами, которые являются всеобъемлющими и неотделимыми от общего существа человека. таким образом, аутичный человек не может быть отделён от аутизма, а аутизм не может быть отделён от аутичного человека.

идея того, что аутичного человека можно каким-то образом «отделить от аутизма», является нейрофобной фантазией; это фантазия, которая нравится тем, чья аутистофобия настолько глубока, что на каком-то подсознательном уровне они считают, что быть аутистом несовместимо с тем, чтобы быть полноценным человеком, и поэтому они могут видеть в аутичной персоне человека, только тогда, когда они притворяются, что под аутизмом каким-то образом скрывается «неаутичная» версия человека. исходя из этого, принцип «сначала человек» рождается из фундаментальной неспособности или нежелания принимать аутичных людей такими, какие они есть. и в этом нет ничего уважительного.

на самом деле, ПСЧ первоначально был разработан аутистофобными родителями аутичных детей и в значительной степени распространялся ими; настаивая на нём, опекуны, которые придерживаются фобической веры в то, что аутизм — это какая-то ужасная трагичная болезнь, и что это расстройство функционирует как своего рода «оболочка», под которой их воображаемые «настоящие» (то есть, неаутичные) дети прячутся.

у этих родителей настолько сильная нейрофобия, что они отказываются принимать и любить детей-аутистов, которые у них на самом деле есть, и вместо этого они создали извращённый фантастический мир, в котором ужасное расстройство аутизма украло у них их «настоящих» детей. согласно этой фантазии, если родители будут достаточно упорно «бороться с аутизмом» и упорно отказываться принимать своих детей-аутистов такими, какие они есть, они могут когда-нибудь волшебным образом избавиться от аутизма у своих детей и таким образом «вернуть» неаутичных детей, о которых они мечтали всё это время.

PFL был специально предназначен для продвижения и усиления этой больной аутистофобной фантазии, и это по-прежнему основная цель, служащая данному принципу. сегодня существуют многомиллиардные отрасли, которые были созданы специально для того, чтобы использовать эту фантазию для получения прибыли. эти отрасли включают в себя индустрию «благотворительности аутизма», состоящую из «благотворительных» организаций, которые собирают средства, изображая существование аутичных детей как душераздирающую трагедию (прим. пер.: например, самые распространённые — “autism speaks”, “talk about curing autism” a.k.a. “taca” и другие); индустрию «поведенческой терапии», состоящую из поставщиков фиктивных «терапий», таких как ABA, в которых аутичные дети подвергаются жестокому обращению, принуждению и травме, вынуждающей подражать внешнему поведению нейротипичных детей в ущерб их долгосрочному психологическому благополучию; и обширная индустрия шарлатанских псевдомедицинских «лекарств от аутизма» (многие из которых наносят длительный физический и психологический, иногда смертельный вред детям, вынужденным принимать эти лекарства). все эти отрасли наносят вред аутичным людям и обманывают семьи аутичных людей, поощряя фантазию о «выздоровлении» и раздувая пламя аутистофобии.

каждый раз, когда вы используете PFL, вы становитесь соучастником всего этого. я уверена, что это не входит в ваши намерения, но фактическое воздействие имеет большее значение, чем наивные благие намерения. каждый раз, когда вы используете такой язык, вы помогаете продвигать и усиливать извращённую и ненавистническую аутистофобную фантазию. каждый раз, когда вы используете PFL, вы помогаете узаконить отрасли, которые получают прибыль от использования этой больной фантазии и, таким образом, вы становитесь соучастником вреда, который эти отрасли наносят аутичным людям.

и в этом определенно нет ничего уважительного.

ложный аргумент № 2: «мы должны поставить человека на первое место, чтобы показать, что он в первую очередь человек и что аутизм его не определяет».

это просто откровенная чушь. вся дискуссия о том, следует ли говорить «аутичный человек» или, тьфу, «человек с аутизмом», впервые возникла в англоязычных странах и продолжает бушевать в основном в англоязычных странах. а в английском языке это стандартная грамматика — ставить прилагательное перед существительным.

(прим. пер.: у нас перестановка слов обычно не имеет значения, но описанное авторкой явление всё равно касается и нас, славяноязычных людей — просто работает оно несколько по-другому; так, в русском языке есть главные и зависимые слова, работающие по тому же принципу, что и в английском языке: существительное, где бы оно не находилось, чаще всего является главным словом, а прилагательное — зависимым. таким образом, когда мы говорим «большое окно», то мы в первую очередь получаем первичную информацию о том, что у нас есть окно, и вторичную о том, что оно большого размера; для сравнения все нюансы английского языка вы прочитаете ниже.)

любой, кто свободно владеет английским языком, неявно понимает, что существительное является первичным, независимо от того, где оно находится по отношению к прилагательному. понятно, что любые прилагательные, помещенные перед существительным, просто служат для предоставления дополнительной информации о существительном. например, когда я пишу о голубом норвежском попугае, любой, кто свободно говорит по-английски, понимает, что это прежде всего попугай, и что его окрас и вид вторичны по отношению к его попугайности.

любой, кто свободно владеет английским (прим. пер.: и не только) языком, также понимает, что прилагательные не являются исключительными — другими словами, наличие данного прилагательного перед существительным не означает, что это единственное прилагательное, которое полностью и исключительно определяет это существительное. когда я называю птицу «голубым попугаем», все понимают, что я никоим образом не подразумеваю, что попугай полностью и исключительно определяется его «голубизной»; все понимают, что попугай может быть голубым, а также волнистым, самцом, пушистым, спящим и любым другим одновременно.

РАСовые фанатики, которые реагируют на фразу «аутичные люди» возмущенными криками: «их аутизм не определяет их!» — прекрасно знают, как работают прилагательные в языке. когда вы говорите «шестилетние дети», эти фанатики никогда не встревают с криками: «их возраст не определяет их!». когда вы говорите «высокие люди», они никогда не добавляют: «их рост не определяет их!». они не требуют, чтобы вы говорили «дети, которые имеют шестилетний возраст». или «люди, живущие с высоким ростом». таким образом, тот аргумент, что мы должны использовать принцип «сначала человек» для того, чтобы утверждать, что аутичные люди «в первую очередь люди», и что «аутизм их не определяет», не только совершенно нелеп, но и неискренен.

настоящая причина, по которой эти люди настаивают на ПСЧ, и настоящая причина, по которой они бесятся, когда люди используют прилагательное «аутичный» так же, как можно использовать любое другое прилагательное — это неприкрытая аутистофобия. в глубине души, из-за своих собственных предрассудков и нерешённых психологических проблем, они боятся и презирают аутичных людей. но поскольку им нужно убедить себя в собственной доброте, они не могут признаться самим себе, что испытывают такой страх и ненависть к группе людей — особенно к группе, в которую, в случае многих аутистов, могут входить их собственные дети.

поэтому они покупаются на уже обсуждавшуюся аутистофобную фантазию — фантазию о том, что аутизм можно каким-то образом отделить от человека. это позволяет им притворяться, что аутизм всего лишь какое-то ужасное «расстройство» или «состояние», к которому они испытывают отвращение, а не к реальным аутичным людям. это точно такая же стратегия самообмана, которую используют гомофобные правые христиане, притворяясь, что не ненавидят геев, а просто не терпят «грех мужеложства».

когда человек полагается на отрицание и фантазии, чтобы защитить свою собственную психику от глубоко неудобной правды, их хрупкий манямирок рушится на глазах. всё, что противоречит этой фантазии, грозит разрушить их дело и поставить человека лицом к лицу с реальностью, которую он так отчаянно скрывает от себя. если бы они хотя бы на мгновение согласились с тем, что аутизм никогда не может быть отделëн от аутичного человека, им пришлось бы столкнуться с непреодолимым потоком глубоко неудобных подавленных чувств и подавленных истин (включая, в случае многих родителей-аутистофобов, правду, которую они не смогли принять и полюбить человека, которым на самом деле и является их ребёнок-аутист).

вот почему так много аутистофобов не просто настаивают на использовании ПСЧ, но и настойчиво требуют того, чтобы все остальные тоже использовали этот «язык». такая фантазия настолько хрупка, а их потребность продолжать скрывать реальность от самих себя настолько сильная, что даже услышав фразу «аутичный человек», они чувствуют экзистенциальную угрозу для себя на каком-то подсознательном уровне.

они не могут понять, откуда на самом деле исходят их сильные чувства и реакции (поскольку это потребовало бы рассмотрения их собственного отрицания), поэтому вместо этого они придумывают отчаянные объяснения, чтобы оправдать эти чувства и реакции. и вот как они заканчивают — тем, что выдвигают такой явно абсурдный аргумент, как «мы должны поставить человека на первое место, чтобы показать, что он в первую очередь человек и что аутизм не определяет его». аргумент, который, как мы теперь видели, не имеет смысла, учитывая, как прилагательные на самом деле работают во многих языках, включая английский.

итак, мы снова обнаруживаем, что принцип «сначала человек» не имеет ничего общего с уважением к аутичным людям. как отмечалось ранее, фантазия, которую пропагандирует данный принцип — это фантазия о том, что аутизм можно отделить от аутичного человека; это фантазия, которая существует для удобства аутистофобов и имеет ужасные последствия для аутичных людей. таким образом, использование ПСЧ на самом деле является вопиющим неуважением к аутичным людям, потому что оно уделяет всё внимание хрупкой фантазии аутистофобов, а не благополучие аутистов.

ложный аргумент №3: «я человек с профессиональным образованием [или я слушал тех], и меня приучили говорить таким образом; это стандарт в данной области».

мы живём в глубоко нейрофобном обществе, в котором в дискурсах об аутизме, включая академические и профессиональные, с самого начала доминировали аутистофобные голоса и точки зрения. причина, по которой принцип «сначала человек» является стандартом в любых академических или профессиональных областях, которыми вы занимаетесь (или в академических и профессиональных областях любых неаутичных «экспертов», у которых вы узнали об аутизме), заключается в том, что аутистофобия глубоко укоренилась в истории, литературе, конвенциях и практике эти поля. это относится к таким разным областям, как психология, медицина, образование, социальная работа, журналистика и нейробиология (и если вы считаете, что в такой естественной науке, как биология, не может быть фанатизма, поищите «научный расизм»).

профессора, специалисты и другие «эксперты», которые учили вас использовать принцип «сначала человек», либо сами являются РАСовыми фанатиками, либо благонамеренные, но плохо информированные люди, которые учились на работах нейрофобов, передававшие аутистофобный язык и знания следующему поколению, не признавая их вредящими для аутичных людей.

поэтому, пожалуйста, никогда не говорите что-то вроде «меня учили говорить таким образом», если только это не первая половина предложения, где вторая заканчивается на что-то вроде «...но теперь я знаю о его вреде и больше никогда им не воспользуюсь». поверьте мне, аутичные люди уже достаточно хорошо знают, что PFL — это то, чему вас учили пользоваться. мы уже в курсе, что вы узнали об аутизме от РАСовых фанатиков или от людей, которые некритично восприняли их вредящие познания. мы также знаем, что аутистофобный фанатизм глубоко укоренился в любой академической или профессиональной области, к которой вы обращались за знаниями в прошлом. вам не нужно напоминать нам ни о чём из этого. мы не хотим слышать ваших попыток оправдать использование вами аутистофобных выражений. мы не просим вас объясняться, мы просим вас начать поступать лучше по отношению к нам.

ваше общество аутистофобно. ваша область — аутистофобия. ваши «эксперты» страдали аутистофобией. ваши учителя страдали аутистофобией. мы просим вас быть лучше и делать лучшие вещи. а это значит признать, что многое из того, чему вас учили об аутичных людях, было просто неправильным, и что весомая часть «языка», которому вас учили, якобы приемлемый или предпочтительный для использования при разговорах о нас, включая принцип «сначала человек», на самом деле стигматизирующий, оскорбляющий и наносящий нам вред. быть лучше — значит отказываться увековечивать аутистофобный язык, убеждения и обычаи, которым вас научили, даже если этот отказ ставит вас в противоречие с авторитетами и традициями, которые вы ранее усвоили.

каждый аутичный человек, который тратит сколько-нибудь значительное время на борьбу с нейрофобией в общественной, академической или профессиональной сферах, особенно если какая-либо его работа проходит в социальных сетях, в конце концов узнаёт ироничную истину: неаутисты, которые больше всего настаивают на использовании принципа «сначала человек», когда говорят о нас — это те, кто громче всех заявляет, что ПСЧ является более «уважительным», потому что «оно ставит человека на первое место». и они всегда оказываются теми, кто испытывает к нам наименьшее уважение и кто на самом деле вообще не видит в нас людей.

за два десятилетия пропаганды, преподавания и научных исследований, связанных с аутизмом, я обнаружила, что корреляция между РАСовым фанатизмом и принципом «сначала человек» является стопроцентно надёжной константой. в наши дни это истина, широко признанная в сообществе аутистов. большинство из нас знает, что мы никогда не можем доверять тем, кто использует ПСЧ. и те люди, которые не усваивают этот урок путём наблюдения или прослушивания к другим аутистам, рано или поздно учатся на горьком опыте.

многие аутистофобы, которых обвиняли в использовании PFL пытались обойти всю эту проблему, используя эвфемизмы, такие как «в спектре», как ещë один способ избежать слова «аутист». угадайте, что? мы, аутисты, точно видим, что вы делаете. мы, как известно, хорошо разбираемся в распознавании образов. будь то обращение к человеку или эвфемизмы, мы можем точно сказать, когда кто-то отчаянно пытается избежать того, чтобы просто называть нас аутистами. и мы знаем, что отказ называть аутичных персон аутистами — это универсально надёжный признак того, что кто-то является РАСовым фанатиком.

любые сомнения, которые у меня могли быть относительно точности этого объяснения, были развеяны результатами эксперимента, который я люблю проводить, когда провожу тренинги по аутизму для групп психотерапевтов, социальных работников, учителей специального образования или других специалистов. эксперимент прост: один за другим я прошу каждого участника посмотреть мне в глаза и сказать: «ты аутистка»/«ты аутичная».

я не большой поклонник зрительного контакта, но в данном случае оно того стоит. аутистофобия многих участников мгновенно обнаруживается и также становится совершенно очевидным, насколько отчаянно они цепляются за свою жалкую аутистическую фантазию о том, что мы «люди с аутизмом», а не аутичные люди.

видите ли, оказывается, что когда я прошу этих взрослых профессионалов посмотреть мне в глаза и признать вслух, что я аутистка, многие из них просто не могут этого сделать. они извиваются. они смотрят вниз и избегают моего взгляда. они спорят, торгуются и жалуются. некоторые из них полностью закрываются. некоторые из них впадают в негодование и выбегают из комнаты. многие из них плачут. однажды одного из них даже вырвало. аутистофобия имеет глубокие корни, и её связь с терминами, которые люди используют, чтобы говорить о нас, не следует недооценивать.

человек, который не может просто назвать аутичных людей аутистами — это человек, которому аутичные люди не могут доверять, и человек, которому никогда не следует позволять иметь какую-либо власть над аутичными людьми или работать с аутичными людьми в любом профессиональном смысле.

если вы не аутичны и привыкли использовать ПСЧ или эвфемизмы, испытайте себя. начните называть аутичных людей аутистами. если вам легко переключиться на то, чтобы называть нас аутистами, это отлично. теперь вы ещë один голос, отказывающийся увековечивать аутистофобный язык и аутистофобные установки и фантазии, связанные с таким языком. спасибо вам.

а что если вам трудно отказаться от языка «сначала человек» и уклончивых эвфемизмов? что если трудно начать называть нас аутистами? если вы обнаружите, что сопротивляетесь переменам, оправдываетесь, испытываете трудности с тем, чтобы просто произнести или написать фразу «аутичные люди»? что ж, теперь вы узнали о себе что-то важное, и вам предстоит кое-что сделать.