передонов - злодей или жертва?

истории, подобные ‘мелкому бесу’ федора сологуба, утягивают в головокружительное обмозгование одной левой. если многие классические произведения допускают исключительно сюжетное прочтение, то здесь есть риск жестоко обмануться, приняв написанное за обыденную действительность и простое помешательство.

чтение ‘мелкого беса’ сложно назвать приятным; я бы охарактеризовала его как завораживающе пугающее. несмотря на то, что повествование летит с той же скоростью, с которой герой сходит с ума, меня хватало на максимальные 50 страниц в день. хотелось отдышаться, вернуться назад ввиду несоответствия, отмыться от липкой мрачности.

текст, конечно, великолепный. обилие мифологических, символистских, абсурдистских и бог знает ещё каких трактовок тому подтверждение. редко встречаешь настолько насыщенное в плане многозначности произведение, где каждая найденная деталь - что-то, каждая пропущенная - еще большее. я сижу и просто hab‘ keine Ahnung (лучше не скажешь), как распутать клубки идей и размышлений, змеящиеся в моей голове.

начнем сначала. главное действующее лицо в ‘мелком бесе’ - ардальон борисович передонов, который: а. жаждет заветного места инспектора; б. получить его может, женившись на троюродной сестре варваре; и с. привлекает множество других героинь как объект для замужества. постепенно наш учитель теряет рассудок, и текст вместе с ним. окружающее туманится в буквах, факты скачут, словно оборотни, предложения рубятся топорами для жертвоприношения.

кто такой передонов и где он, черт возьми, находится?

провинциальный город - место действия романа - существует словно в вакууме: петербург для него что заграница; а уезжающие герои будто растворяются в небытии или под шумок возвращаются обратно. город - между. сколько раз я читала про пограничные места, являющие собой разломы между теми и этими мирами, но никогда еще они не были настолько зловещими.

передонов, как и остальные герои, присутствующие в этом пузыре, подвешен меж двух бытийных плоскостей: той и этой, своей и чужой. но! учитель имеет непосредственное влияние и на окружающую действительность, отражает ее, словно зеркалом. пространство становится выражением внутренного состояния передонова. оно напоминает призрачный мир, где духовное мертво.

достоевский писал о единстве противоположностей в человеке, хотя и поместил черта в текст в виде бесплотного духа, наделенного речью. сологуб, кажется, пошел еще дальше. бесовщина, мало того, что крепко вросла в каждого героя, блуждающего у разлома, так еще и имеет множество воплощений: ведьмы, оборотни, двойники передонова, который и сам - черт ли, человек, кто разберет. ‘у меня человечья харя’ - говорит. а за ней? и бес, и пустота.

кстати, о двойниках. помимо кота, этой сущей бестии, тени ардальона борисовича, которая осмеливается перевоплощаться в человека, есть еще, конечно, володин. он баран в глазах передонова, который и блеет, и крадется, и много чего еще. на собственной свадьбе передонов не может сосчитать шаферов: при наличии двух все требует второго. оно и понятно. ведь два - одно; двойник + двойник - целое.

вот есть два мира: живой, куда, в общем-то должен стремиться человек, и мертвый, чертовщинный. куда движется наш герой? вопрос, всем вопросам вопрос. то, что он устанавливает контакт с бесовским, вне сомнений. перемигивается с чертами и двойниками, отдается во власть безумия внутри, пускается в дикий пляс с героинями, дабы приблизиться к чернянке (как изнанка, только мрачней). а может, он изначально одной ногой там, как и мы все? эпизод с пачканием стен напоминает безумие с последующим обновлением (учитель бесовски радуется по факту совершения низости).

посмотрим с другой стороны. ардальон борисович всеми силами пытается защититься от мрака. после исполнения ритуала танца (с ершовой) (что обычно предваряет вход в другой мир) передонов не дает себя утянуть, хотя хозяйка, настоящая баба-яга, жаждет это сделать. в сказках перемещение следует за трапезой (вспомните, как пьяная ершова стремилась попасть на кухню своей квартиры); герои не позволяют.

сколько раз передонов чурается нечисти, прячет кукиши в кармане, не сосчитать. своеобразные ‘обряды’ призваны спасти учителя от бесов, но все тщетно. кстати говоря, бежит герой не только от чертовского, но и от хаоса человеческого существования, который воплотился в небезызвестной недотыкомке. она, видимая исключительно передоновым, преследует его, терзает, способствует распаду личности, который ведет за собой и распад действительности. недотыкомка - серая субстанция, дымное, пыльное, воняющее нечто. кстати о пыли. (те, кто читал) заметили, что символ хаотичности появляется в тексте практически одновременно с пыльниковым (пыль у сологуба все равно что зло)?

черти в книге будто на службе у всепоглощающей недотыкомки, которая есть всеобщее, принадлежащее миру. передонов с каждой странице все ближе к полному распаду, несмотря на все старания. период непосредственно перед свадьбой - один из самых опасных в славянской мифологии. неудивительно, что герой ужасается возможной подмене или перевоплощению невесты. в попытке уберечься от злых духов ардальон борисович проходит ритуал очищения, который обычно выпадает на долю невест: отправляется к парикмахеру за новой стрижкой. он румянится, ищет корсет, дабы скрыть свою близость тому миру, сбить недотыкомку со следа.

главной целью передонова можно назвать заветное место инспектора, обещанное варваре (сестре-жене) одной таинственной княгиней. фамилия ее волчанская (еще оборотень? ну как минимум отсылка к пиковой даме пушкина), и это пожалуй вся конкретика. существует она в действительности или выступает единственно символом рока, большой вопрос. передонов этой жаждой места словно пытается вклиниться в стройный ход мироздания, перекроить его под себя. но с судьбой шутки плохи. не это ли причина его окончательного помешательства? и место ли инспектора нужно герою? (‘как же я могу жить, если мне не дадут места’) скорее, место в бытии. он проходит все этапы обряда - меняет место жительства, женится, завершает инициацию, но увы. ардальон борисович уверен: с появлением места все придет в норму, он обретет счастье (читай - примирит черта с человеком, схлопнет две реальности в одну, соединит эмоции с действительностью).

момент, когда мы, читатели, (но не герой) во всей полноте осознаем тщетность его попыток, и по совместительству кульминация романа - маскарад. здесь никаких удивлений: дионисийские вакханалии как нельзя лучше подходят для такого переворота. жителям становится все равно на чины и звания, да здравствует хаос! передонов не сдается, лишь огонь уничтожит ту сторону. но вот незадача: недотыкомка и подстрекает героя. не заметил, как полностью отдался во власть. пытаясь уничтожить бесов, передонов упустил мгновение, когда они пустили корни глубоко в его сущность, да и сам вышел навстречу. помните пропажу бильярдных шаров? в одном занимательном источнике я нашла трактование этих самых шаров как ритуальных мячей, в которые человек играет со своим звериным двойником, дабы во время жертвоприношения проникнуть в мир живых и обратно. шары пропали. уже тогда сологуб в тридевятом пласте текста говорит: надежды нет.

последняя отчаянная попытка разворачивается на финальных страницах. жертвоприношение барана (повеяло библейским авраамом) - надежда на очищение? или смирение с судьбой (роком, богом, как хотите)?

и это все один передонов. вакуумное пространство сологуба населяют ведьмы (вершина, грушина, да и чего таиться, варвара), русалки (рутиловы-обольстительницы), практически единственная безгрешница (адаменко, разумеется) да множество чертов разного калибра. особенно интересна линия гимназиста пыльникова и людмилы рутиловой, живущих в своем, зачарованном мире. девушка стремится к чистой красоте (здесь не обошлось без античности), она страдает от невозможности отдаться гармонии, высшему чувству. и опять двойственность: линий варвары и ардальона, людмилы и саши, мужского и женского. мальчик будто не имеет пола: передонов принимает его за девочку, сама людмила занимается переодеваниями. маски, всюду маски (и даже вне маскарада). сложно оценивать героев в таком многомерном тексте. кажется, вот оно, возвышенное, противопоставление бесовскому, но людмила ведь тоже русалка, а саша… оборотень? или змей-искуситель? к высшему примешивается яркое эротическое. как итог, даже возвышенное сологуб, в конце концов, опускает до обыденного провинциального. богиню диану варя путает с собакой дианкой.

кажется, этой рецензии идеально подошла бы концовка моего отзыва на ‘бесов’. а что? параллелей море! и не с одним достоевским, но и с пушкиным, гоголем, лермонтовым и прочими-прочими.

в сологубовском городе практически никто не поражается странному поведению передонова. почему? они такие же. правда в том, что герои всеми силами пытаются защититься от черта внутри, не замечая, при этом, его наличия. отсюда и непрерывный круговорот насилия в тексте. изломанность сознания передонова - крайняя степень проникновения беса в существо, признак распада личности. но не жуткое исключение из правила, ведь бес на то и мелкий, что сидит в каждой душонке. а значит, передоновщина не за горами.