Отчет.

Отчет.

bomodskiy

- Ну, Дмитрий докладывайте, - важно заговорил директор, Николай Викторович Смолин. Его грузная туша заслоняла половину окна, отчего в кабинете стоял полумрак. Воздух насыщала вонь туалетной воды с запахом денег, Николай Викторович её обожал. 

Двадцатипятилетний экономист с наполовину лысой головой и вечно багряными ушами перелистывал папку с отчётом. 

- Смелее, Дима, – подбодрил директор, окидывая многозначительным взглядом остальных коллег. 

- В общем, - начал доклад Дима, - с отчётом есть одна проблема. Небольшая. Не проблема даже, - непонятка. 

- Что такое?! Почему меня в известность не поставили? – возмутился Роман Карлович, финансовый директор. 

Он подпрыгнул в кресле, озлобленно сверкнул глазами и затрусил головой так сильно, что на его лице захлюпала по-старчески обвисшая кожа. 

- И я ничего не знаю, - с негодованием вступилась Мария Викторовна, главный бухгалтер. Необъятная женщина формы ровного круга, в верхней части которого расположился ещё один кружок, поменьше, – её лицо. Никто никогда не видел её ноги. Подол её платья на многие метры назад и в стороны волочился за ней по земле. Ежедневно кто-то расшибал лоб, споткнувшись об него. 

- Он говорит – непонятка! – Роман Карлович вскочил с места и пригрозил Диме кулаком. - Вы на какой должности состоите? Вы вообще такого слова знать не должны! Вы - экономист! Вам платят за то, чтобы все непонятки становились «понятками». Понятно? 

Николай Викторович и Мария Викторовна ритмично закивали в подтверждение. Роман Карлович продолжал: 

- Так что же вы, в конце концов, молчите, черт бы вас подрал! 

- Ну, ну, - вступился директор, - не нужно так, Роман Карлович. Легче, легче, парень же волнуется. 

- Простите, Николай Викторович, не сдержался. Но это просто неслыханно! За тридцать лет безупречной работы на поприще экономики и финансов я ни разу не позволял себе такого! Да ещё в присутствии высшего руководства. 

Роман Карлович так яростно затряс головой, что его вставная челюсть выпала прямо на папку отчётом. 

- Да, - согласился директор, - но это вы. А это - Дима. Не забывайте: мы должны мотивировать подчинённых. Делать так, чтобы им хотелось работать в коллективе. 

- Пусть, наконец, скажет, в чём дело,- вступилась Мария Викторовна. – У меня работы полно. Полный кабинет документов. Подрядчики в очереди стоят. А он тут полчаса резину тянет. Как по мне – лишать премии нужно пока не образумятся! 

- Вот именно! – выкрикнул директор. – Знаешь, Дима, сколько час моего рабочего времени стоит? Твоей премии не хватит! 

- А я бы вас лишила на сто процентов, - Мария Викторовна заёрзала в кресле, отчего то стало потрескивать, - такие как вы только время отнимают. Разве это работа?! Битых полчаса он не может нам сказать, что у него там за проблема. Меня там люди ждут. Что они о нашей фирме подумают, а? 

- Да я же пытаюсь …. 

- А не надо пытаться, Дима! – прервал его директор. – Не надо! В наше время нужно брать и делать! А иначе кто-то это сделает за тебя! 

- И расторопней, - вступился Роман Карлович, – если так рассусоливать, то ни один уважающий себя занятой человек с тобой дел иметь не будет. 

- Решительней, Дима, решительней. Что ж вы сидите, как нюня, в бумаги смотрите. 

- Да я же говорю…. - слегка повысив голос, сказал Дима. 

- А кричать на нас не нужно! – заорал директор. 

- Вы, молодой человек, не доросли ещё до того, чтобы на старших кричать, - подхватил Роман Карлович. За тридцать лет работы на поприще экономики и финансов я ни разу на коллегу голоса не повысил. А на руководителя и подавно! 

- Да лишите вы его премии, и дело с концом, - усталым голосом сказала Мария Викторовна. – Надоел. 

- Правильно! За несоответствие занимаемой должности! 

- И за неадекватное поведение! – Добавил директор, и продолжил. – Моё, Дима, терпение подошло к концу. Даю вам пять минут на изложение сути проблемы или лишаю вас премии. 

- Отчёт не сходится на семьдесят две копейки, - громко сказал Дима. 

На некоторое время в кабинете воцарилась тишина. Первым заговорил Николай Викторович: 

- И это всё, что вы собирались нам сказать? Ради этого мы битый час здесь с вами сидим? 

- Но я же… 

- Возмутительное отношение к работе! - взревел Роман Карлович. – У тебя что, язык отсох? Ради такой мелочи столько крови у руководства выпил. 

- Нет, ну это кошмар какой-то – поднимаясь со стула, сказала Мария Викторовна. 

- Черт знает что, - резюмировал директор, - лишу ка я вас за такое безобразие премии. 

Понурив голову, Дима вышел из кабинета. 


Источник