ОПЕР Слил

ОПЕР Слил

RT на русском

Идея [создать канал] давняя, но реализовали летом 2017 года. Работать с каналом начали в июле 2017-го. С названием не парились. Ядро канала — это сотрудники и ветераны разных служб, все начинали с оперативной работы. Цель канала — довести до обывателя мир Silovikov. Силовики — это не карьеристы и кабинетные полководцы, а работающие на земле, в разных службах опера.

Нас много. Загрузка контента идёт через несколько устройств. Просто пересылаем друг другу новости и мнение, выгружаем.

Из открытых и закрытых источников [получают контент]. За информацию не платим. Отдельно хотим сказать, что не публикуем оперативную информацию, от которой могут дополнительно пострадать потерпевшие или которая может предупредить преступников о ведущихся в отношении них оперативных мероприятиях.

Аудитория [канала «ОПЕР Слил»] очень разная. Мы, с одной стороны, рады росту канала, с другой стороны — не очень.

Целевая аудитория — высокопоставленные силовики. Иногда за их маразм нам шкуру дырявят. Стараемся довести до них взгляд снизу на их действия и бездействие.

Метриками не пользуемся. Лучшая реакция — если публикация помогла решению проблемы. Таких примеров много. С некоторых пор канал стали воспринимать как некое место, куда можно пожаловаться на произвол негодяев в погонах и без, на беззаконие и т.д. Стараемся реагировать на каждое обращение.

Мы не играем в конкуренцию. Делаем своё дело — и всё. Вызывает раздражение мимикрия многих каналов под нас, так как их цель — бизнес.

Отсутствие флуда, живой язык, самостоятельность генераторов контента, адресное попадание в девайс пользователя [секрет успеха популярности в Telegram].

Бизнес-модель — это не про нас. Инвестиции? Пара смартфонов, симки. Инвестор — ведомственная зарплата оперов и пенсия бээсников [бывших сотрудников] на первом этапе, материальное поощрение за достигаемые результаты — на втором. Реклама стоит дорого, поэтому её нет. Это не самоцель.

Первые полгода в ноль. Потом накупили ништяков для оперативной работы.

Цифра выросла. Зарплаты от деятельности канала нет.

Да у нас сложно что-то украсть. Не отслеживаем [про воровство контента].

Раздражает «бабловость» мышления многих админов каналов. Вот горела квартира в Красногорском районе — «телега» хайпила на страшных кадрах. Мы поставили пост про систему «Самоспас» [производитель систем спасения с высотных зданий при пожарах].

Не за деньги, а как способ спастись. Много народу [из админов каналов] призадумались о покупке себе, но репостить не стали. Были б у нас деньги, мы б скупили у них рекламные посты. Может быть, спасли бы жизни людям — в будущем. Но жадность и «моя хата с краю» всегда побеждают. Жаль. Та же история с нашим постом про ножевые атаки. Репостов мало.

Наш канал — это не СМИ. Скорее, блог о СМИ. Качество наших законодателей... Лучше пока так оставить.


Вбросы позволяют снимать фактуру. Нам это нравится. Если кто-то проплачивает вброс — это материал для аналитической разведки. Так интересней жить. Если вброс приводит к гибели людей, у нас появляется шлейф к виновному.


Не убьёт. [Telegram не убьёт ТВ].


Достоверно знаем о попытках купить данные о нас, в результате узнали о людях, которые нам просто помогали, сами того не зная, ну и записали их в авторы канала во время очередной деанонимизации. Посмеялись тогда вместе. Все поиски нас упираются в одно ведомство. Кому надо, тот знает про нас всё. Если принудят к деанонимизации... Ну грохнем канал — и все. Будем жить как жили. В конце концов, наш канал в наших головах и в наших девайсах. Вот мы гоняем в командировки, вот подстрелят пару наших сотрудников — и закончится «ОПЕР слил». Нам безразлично.