Опарыши и квартирный вопрос

Чем больше я наблюдаю за трансформацией нашей псевдобашкирской интеллигенции, тем больше задаюсь вопросом: а как технически это вообще работает?

Т.е. как всевозможные общественники и деятели культуры, которые всегда на виду и кого все знают, как они, иногда быстро, иногда медленно, но всегда продаются власти с потрохами.

Я раскажу об одном способе такой кооптации или поглощения души.

Прошли те времена, когда мы сами выбирали себе мэра Уфы, сейчас его назначает Хабиров. В Уфимском Городском Совете мэрии по традиции сидят сплошь одни девелоперы, т.е. крупные застройщики города. И, как правило, только с одной целью – получить лакомый земельный участок в городской черте под высокоэтажную застройку человейниками. Получают они эти участки, как правило, с откатом в виде какой-то части будущих квартир для Белого дома, который на Тукаева, 46. Скажем, возвели дом в 25 этажей, а квартиры на этажах с 6 по 8 зарезервированы за Управделами Главы РБ. Кстати, для этой же схемы Хабиров притащил из Красногорска застройщика "Садовое кольцо", которое сейчас застраивает Кошкин лес в Уфе, квартал Лесотехникума/Энтузиастов и лес возле санаториев "Салют" и "Зеленая роща".

Вот почему бывают дома, сданные уже много лет, но на этих этажах в окнах по вечерам никогда не горит свет. А всё потому что эти квартиры либо ещё ждут своих хозяев, либо истинные хозяева предпочитают не появляться там до поры до времени, чтобы не "палиться". Существуют также и целые дома, заселенные сплошь деятелями культуры, достаточно постоять немного в их дворах утром или вечером – кого вы только там не встретите.

Так вот, возвращаемся к нашей схеме. Если в жилом комплексе рыночная стоимость одного квадратного метра составляет, скажем, 100 тыс. руб., то стоимость квадратного метра в "зарезервированных" квартирах "для своих" может быть, к примеру, всего 25 тыс. руб., без первоначального взноса, по минимальной процентной ставке и прочими плюшками.

Иногда получение жилплощади может быть оформлено в виде выделения субсидий на несколько миллионов рублей в целях расширения жилищных условий нуждающимся работникам госслужбы и бюджетной культурной сферы.

Надо полагать, эту схему Хабиров заимствовал у своего шефа Муртазы Губайдулловича. Все, наверное, знают в Уфе квартал по улице Фридриха Энгельса, называемый в народе "островком коммунизма", где раньше выделяли квартиры деятелям советской партноменклатуры, а потом и высшим руководителям республики эпохи суверенитета. По сей день на авито можно встретить объявления наследников ответственных работников тех времен, безуспешно пытающихся продать эти огромные 200-метровые квартиры, где только ежемесячная коммуналка переваливает за 25 тыс. руб.

Достаточно ярко башкирский квартирный вопрос описан в фильме о Рами Гарипове, как он скитался по сараям и чердакам, пока, наконец, партия не выделила ему заветную жилплощадь в Уфе. Там и сейчас висит мемориальная доска об этом. Впрочем, поэт успел прожить в этой квартире всего 5 лет до своей кончины.

Здесь, наверное, уместно привести цитату из поста Роберта Давлетшина, написанного на 90-летие поэта: "В советское время Рами Гарипов был изгнан из Союза писателей СССР за любимое всеми сегодня стихотворение «Туган тел» с ярлыком «националист». Мало кто тогда заступился за него. Боялись! Боялись замолвить слово, боялись элементарно поздороваться с ним, чтобы как чего не вышло. Местный Аркауловский сельсовет того времени выгнал его из родной деревни, он жил в шалаше на берегу реки возле деревни Кусепеево. Есть даже стихотворение в одном из его сборников – «Шалаш». Умер в изгнании. Уверен, что в сегодняшнее время Рами Гарипов был бы признан экстремистом, а тот же самый Бадранов устраивал бы на него гонения".

Однако, во времена Рахимова квартиры получали все-таки люди, действительно внесшие существенный вклад в развитие республики. Сейчас же, квартиры от Хабирова получают те, кто по факту больше всего вредит республике, убивая ее будущее.

Те, кто меняют свою лояльность на квартиры вовсе не делают ставку на то, что Хабиров здесь надолго, они попросту хотят успеть обогатиться, пока есть такая возможность. Что тебе издержки общественного осуждения, когда у тебя есть собственная квартира! Ведь порядочность и доброе имя начинает давать свои плоды только на длинной жизненной дистанции, а ждать они не хотят, они хотят всего и сразу, из грязи да в князи, в дамки. Кроме того, квартира переживет любую власть и никуда не денется, она будет всю жизнь греть пусть и проданную душу, обеспечивая безбедную старость даже внукам.

Наверное, такое можно сравнить с неожиданным крупным выигрышем в лотерею.

Я продолжаю размышлять об этих людях, какие дороги привели их к этой сделке с дьяволом.

Возможно, это какая-то защитная реакция, происходящая от каких-то жизненных травм, трансформировавшаяся в какое-то глобальное недоверие к людям или же это просто тупой эгоизм, переходящий в некий жизненный цинизм.

А может я не прав и это есть благородное желание стать успешным, выгрызть себе место под солнцем, презрев те времена, когда они мыкались по общагам, приехав простыми деревенскими парнями и девушками покорять Уфу и т.д.

Но я не могу отделаться от мысли, что, по сути, эти люди-приспособленцы напоминают мне мародеров, которые стремятся утащить из избы, оставшейся без присмотра хозяина, что-нибудь для себя. Или их можно сравнить с теми золотодобытчикми в Зауралье, которым пытался противостоять Фаиль Алсынов, которые оставляют после себя лишь развороченную землю. Не зря же гора Куштау, которую неведомые олигархи хотели срыть на сырье, стала тем водоразделом, четко поделившим башкортостанское общество на два противоборствующих лагеря.

На самом деле, люди, собравшиеся сейчас вокруг Хабирова, напоминают мне возню опарышей, постепенно поедающие тело нашей республики, пока оно окончательно не разложиться. Опарыши – это личинки, которые потом превращаются в мух. При неблагоприятных условиях они могут погружаться в анабиозное состояние, в котором способны выдержать морозы до -30 °C. При отрицательных температурах могут жить до трёх лет, не превращаясь в мух. Самое же отвратительное заключается в том, что эти опарыши разводятся за наш с вами счет.

И именно здесь кроется фундаментальное экзистенциальное противоречие, в котором мы оказались: то, что выгодно Москве, а значит, автоматически и команде Хэ – не может быть объективно на пользу республике, и наоборот. Что москвичу хорошо, то башкиру – смерть. Это эволюционный тупик.

На данном историческом этапе мы пришли к тому, что у нас остался только такой выбор: либо остаться порядочным человеком и пропасть, как Фаиль Алсынов и все, кто был до него, либо уйти во внутреннюю эмиграцию, т.е. как бы исчезнуть в личностном плане, ведя жалкий незаметный приспособленческий образ жизни, даже не думая повлиять на что-либо вокруг.