𝕻𝖔𝖎𝖓𝖙 𝖉𝖊 𝖓𝖔𝖓-𝖗𝖊𝖙𝖔𝖚𝖗
— Ты тут?
Доносился тихий звук из двери вперемешку со стуками, пока не заметила, что дверь на самом деле была открыта. Её взгляд изучал на всё происходящее в комнате - мусор на полу, играющий телевизор, её возлюбленный, который лежал на диване спиной к телевизору и...шприцы.
Она отложила пакет с продуктами и мигом приблизилась к человеку, пытаясь его разбудить. Её сердце внутри билось быстрым ритмом от очередного чувства, так называемого, переживания.
— С тобой всё хорошо? Может воды?
Та хотела перевернуть его, дабы проверить его пульс и сердцебиение, но в этот момент мужчина перед ней очнулся. На вид он выглядел совсем неважно: растрёпанные длинные волосы, что лезли ему на красные усталые глаза. Поначалу он издавал какие-то невнятные звуки, но очнувшись полностью он всё-таки взглянул на светлый силуэт пред своими глазами среди совсем тусклой комнаты.
— Ты в порядке! Как же я рада..
— Зачем вообще пришла? - перебил хриплый голос мужчины.
— Как зачем? - задрожала та. — Я тебя не видела сколько времени, ты не отвечал на сообщения, звонки. И...
Блондинка замялась, смотря на пол, на раскинутые вокруг ковра шрицы, пока краем глаза не заметила, как силуэт его тени поднимался перед ней. Она знала, что это означает, но не могла поверить в это. Но в её глазах уже читался привычный ей страх. Он сам знал, что он делает и какие это эмоции у неё вызывает.
— ...Ты же сказал, что бросаешь, правда ведь? Почему тогда снова лежат эти...
— Скажи лучше, с кем ты была? - Приблизился тот. Ей уже не отвернуться.
— Что? Ты же знаешь, я всегда на учёбе. Ты же знаешь, я бы точно никогда...
— Знаю? Роуз, не говори чепухи. Я же знаю, как твои "одногруппники" смотрят на тебя, и как ты сама общаешься с ними. Понимаю, я сам не золотой, но и ты сама не дурочка, так что перестань притворяться, и скажи.
Холодные, под видом тёплого доверия ладони прижались украдкою к её тогда фарфоровой щеке, совсем невинной. Он явно не спешил вытирать её от страха выступившие слёзы.
— Я же правда...ни на кого... - Она попыталась отступить, пока не упёрлась в край стола. И в этот момент он стал медленно подниматься.
Дерево под пальцами девушки было единственным, что держало её быть здесь. Ноги её не слушались, словно стол стал вязким и тянул на себя только вниз. Он медленно поднимался, и с каждым его движением внутри неё что-то сжималось, будто невидимая петля затягивалась всё хуже. Тревога не била - она ползла и липко засиживалась внутрь.
Он не сводил с неё глаз, будто боялся упустить момент, в котором она может себя выдасть. Для него же она читалась совсем чужой, не той, кем она была раньше. Каждое её движение казалось ему слишком выверенным, слишком спокойным.
Его раздражали детали.
То, как она держалась за край стола.
То, как она пытается снова строить из себя белую и пушистую.
То, что она не смотрела ему прямо в глаза.
То, как ровно она дышала - слишком ровно.
Так не дышат, когда говорят правду.
Он явно не сомневался в себе, и это делало всё происходящее, в его глазах, абсолютно оправданным.
Шприц.
Стол.
Она.
Он уже не выбирал момента. Он следовал тому, как ему казалось, давно решено за него.
Всё происходило медленно. Слишком медленно. Он видел как её пальцы сжались сильнее, как дрогнулись и поднялись со страху плечи - и был уверен, что делает всё правильно "для них двоих".
Тишину разрезал хриплый, неестественный вдох - его собственный, как будто его лёгкие были наждачной бумагой. Или её? Звук смешался, стал общим. Его пальцы, холодные и цепкие, как стальные прутья, уже сомкнулись вокруг её шеи, прижимая к краю стола. Дерево впивалось в её спину, удерживая на месте, будто соучастник.
— Мне стр...б-больно...пожалуйста...п-прекрати!.. - хрипло вскрикнул её голос.
Сначала в Роуз не было страха. Был шок, ледяная волна неверия, от которой всё внутри оборвалось и замерло. "Он же не сделает. Он же не способен на это! Правда ведь?..", - думала она. Паника, которую до этого ползла, как парализующий яд, теперь взорвалась адреналиновым пожаром во всем теле.
Она пыталась дёрнуться, выскользнуть, но тело, скованное ужасом, не слушалось. Ноги били по пустоте, по ножке стола, не находя опоры. В груди зародилось дикое, животное движение. Это уже не было дыханием. Это были конвульсии утопающего на суше.
Его губы что-то шептали - обрывки оправданий, слова любви, смешанные с бредом. Но она их уже не слышала. Её мир сузился до двух точек: жгучей, разрывающей боли в груди и холодного острия в пальцах.
Выбора не оставалось.
Только вдохнуть.
...Любой ценой.
Пока не стало всё тихо. Как-то подозрительно тихо.
Быть может она уже в свете ином? Всё стало так легко...но всё-таки она обратила свой взор. Первым, что она увидела - это до боли знакомый ей потолок с трещинами. Словно очнувшись, она заметила кое-что непримитивное - как некоторые предметы стали словно витать в воздухе. Роуз была удивлена такому, она хотела узнать, почему это случилось, но были вещи куда важнее.
Ища глазами своего возлюбленного, та повернула голову в сторону, пока не нашла его, лежащего у стены недалеко от неё.
Или можно сказать...только его тело. Его голова неестественно запрокинута. Стеклянный, ничего не видящий взгляд устремлён в потолок, а его грудь и вовсе не поднималась.
И в этот момент внутри снова нахлынула паника, куда более устрашающая. Немедля подойдя к его телу, она старалась ухом ухватиться хоть за какую-то маленькую живую частичку в этом холодном бездыханном теле.
— Эй...пожалуйста...встань.
Она ждала секунду. Другую. Она думала, что просто снова её испытывает. Но он молчал. Она смотрела на него и ждала последнего шанса. Любой мелочи, за которую можно уцепиться. Она ждала, когда он очнётся и вновь всё станет хорошо, как и прежде, и что всё плохое будет позади.
Но тело не ошибалось.
Это уже случилось.
Роуз словно застыла. В ушах все абсолютно загудело. Она смотрела на свои руки, к которым безостановочно текут горькие от страха и сожаления слёзы. Они были чисты. На них не было крови. Но в ладонях будто бы гудела энергия, тяжёлая и тёплая, как разряд после удара током. Она смотрела на мёртвого мужчину, а затем обратно на парящие предметы. И тут она поняла...
