о судьбе моего персонажа
деепричастие | Ринпересекаются
пересепересекаются
пересекажутся как-то parecen кажутся
las paredes пентакоридорной casa
перечищаются
испеваются перевращиваются
пока вращаются
пока начать понять забрать уйти пере
передумать перерешить перекликнуть
переодеться
перепост пересон пересол
перекос вкравливается в кровлю
переприйти переувидеть
победить
подумка не позволяет хорошего
прошу не писать писем состричь
и пустить по поволжью косы
пусть простит меня и перекрасит пожалуйста
в перегриновый перезеленый паломнический
свои нерисующиеся нерифмующиеся волосы моя любовь
это ни при чем ни о чем не имеет предназначения я продолжу
полставки петр александрович
гринёв и перерассмотренное предательство
прелестные письма
испуг
повеситься
по-прежнему плохо
ядро и простреленный неглагольный берет
продолговатый ствол пролесок кардио кабриолет не правда ли прекрасно
в конце концов ты просто покойник которому в пятом часу
не посчастливилось оказаться на чае у королевы и вместо этого
ты лежишь в обнимку с подушкой и дышишь
панически без перемен
вливается голос
‘вставай уже семь часов а мы до сих пор не встретились
мне конечно глубоко пофиг
но ради приличия можешь хотя бы представить что хочешь за мной гоняться
и укреплять мою несуществующую модальность
спасибо просыпайся’
ты язык и устраняешь кластер согласных
вот сюда надо вставить какой-то редуцированный который потом
как он сам уже не надеется начнут отражать на письме
тебе правда неважно но вкинуть для разрешения этой дилеммы все-таки
приходится без разбору не разбираясь
еще в этом слове дифтонг что за
проблематичная вещь да ну его в архаизмы
обойдемся
и так редуцированный вместе с кластером повторениями дифтонгом неассимилированными неудобопроизносимыми рядом стоящими и своей догматичной неизменяемостью
канует исчезнует
в ту реку куда нельзя войти дважды
ты природа и пытаешься создать жизнь но кто-то
вежливо хлопает тебя по плечу и напоминает что ты ничего вообще ничего не знаешь в биологии
ты вздыхаешь снимаешь руку с плеча
целуешь ее и на твоем рабочем столе еле созданный мир
стремительно умирает
ты перерасчитываешь финмодель
та же рука затягивает на тебе шарф
‘опомнись ты же умеешь работать только в условиях присутствия меня и
айс латте который всего на двадцать рублей подорожал а ты уже не вывозишь
ахах’
перепристань еще раз эфемерное облако к моим сосновым берегам и я
ну то есть ты
напишу о тебе мемуары
вот! и туда тебе и дорога так тебе и надо
рука пальцами показывает театр теней спрашивает тебя быть или не быть кормит и исчезает
а потом ты сидишь и кричишь на белые стены потому что
это же не стены
это (в переносном значении) целый экран
на который собирающей линзой проецируется жест соловья жест утки жест утопленника жест экзистенциальных вопросов
и ты рассеиваешь свет телефонного фонарика и он цельным желтом кругом на это все падает
разворачиваешь к себе
поздравляю теперь у тебя ядовато-розовые точки перед глазами
как избавляться неясно потому что тобой было узнано только то как кого-то избавить
избытые избитые verities of your heart
картонная стена ломается
тебе не хватает зарядки и пары мотивационных аффирмаций
руки такое даже жестовым языком зачитывать напрочь отказались тысячи лет назад когда
любовь в литературе стала процессом познания процессом страдания и
опа
на тот момент небанальной
тебя беспокоит что внутри какое-то как будто переразложение перестройка
как там ее лозунг догнать и уничтожить или что-то другое
тем не менее
ты существуешь вне времени и ночью можешь хоть разбить окно и лететь в петербург гулять
хоть признаться в любви хоть убить хоть сбрить волосы хоть задушиться
пухом-пером в твоем одеяле
а можешь это самое перо
взять
и
перенаписать сделав себя интертекстом
это что же получается ты
человек? реальный?
переначнем прогаснем продвижение моих идей не распространяется на души созданных мной персонажей
потому что я не гений но это злодейство
итак
пересекаются
пересепересекаются
пересекажутся как-то parecen кажутся
строчки, слова, сени этой твоей сентябрьской эры
ты знаешь три языка
испанский, музыку, математику
какой из них должен быть любви
непонятно неясно узнаваться не собирается
и ты
лежишь среди строк fingers interlocked без побочных конечностей философически шепчущих max 18-минутный ted talk
и сейчас
мирная и совсем не болдинская а твоя осень
и тебе
хорошо