Мобилизация профсоюзов: Союз как торг

Конец прошлого текста: ...мысленно применить к каждому союзу фреймворк «анализа торга» (иначе «анализа переговоров» — negotiation analysis framework). Приведём примеры самого поверхностного использования этой оптики.

Стимулы

Леви и Мёрфи, 2006[1], следуя традиции, утверждают: «преимущества, полученные от объединения [pooling] ресурсов — движущая сила билдинга коалиций». Организации порой нуждаются в чужих ресурсах. И готовы «купить» эти ресурсы определенной ценой.

Цена союза

Союз накладывает материальные и нематериальные затраты: стоимость логистики; запрошенные другой стороной уступки; отличающийся фрейминг других организаций, который будет отталкивать ваши основные аудитории либо мешать политической игре вашей организации.

Предположение о рациональности

Каждая сторона пытается максимизировать свой выигрыш, будь то материальные или нематериальные ресурсы.

Предложение-контрпредложение

И переговоры на собраниях и цепочки взаимных поступков протестующих можно рассматривать как последовательности предложение—реакция—предложение (offer-counteroffer sequence). Каждая сторона называет свои требования, и если оппонент не согласен, несёт определённые затраты от того, что соглашение откладывается. Это распространённая модель торга[2]. Можно даже упростить происходящее и представить, что вся коммуникация происходит через повторяющиеся ходы без прямых переговоров.

Это позволит увидеть в предшествующих протестам событиях структуру — и может быть, объяснить с её помощью логику выстраивания союзов[3].

Торговая сила

Согласно перспективе «анализа переговоров», участники торга обладают определенной «переговорной силой» (bargaining power / strength) — способностью продавливать желаемые опции. Исход торга зависит от баланса переговорных сил сторон.

Таким образом, разную степень сотрудничества организации с разными сообществами можно отчасти объяснить разницей в переговорной силе сторон (в противоположность исключительно «культурным» объяснениям).

Ценность сделки неравна для игроков. Одна сторона видит выгоду, другая неспособна заметить; одна готова рисковать больше, другая консервативнее. Для одной, количество уступок от союзника должно быть больше, чтобы союз был оправдан, чем для другой. Сильнее заинтересованная организация будет уязвимее к давлению оппонента. И напротив. У кого больше ресурсов (организационных, медийных, фрейминга, легитимности, объём выхода людей), тот будет представлять большую ценность для оппонента.

Все эти различия задают первичную разницу в переговорной силе: кто понесёт большие убытки из-за недостигнутого согласия и больше заинтересован делать уступки, чтобы другой партнёр согласился. Однако, стороны могут активно менять свою переговорную силу через стратегические приёмы — меняя «избирательные награды» для соучастников по коалиции или меняя коллективное видение игры.

Как пишут Леви и Мёрфи, «Не все организации могут принести равное число ресурсов в коалиции, к которым присоединяются. AFL-CIO, к примеру, привнесли огромные ресурсы и количество членов в общий пул, по сравнению с большинством групп сообществ [community-based groups]. И всё же, бывают обстоятельства, в которых альянсы между великим и малым имеют символическую ценность или представляют скрытую угрозу для властей. Таким образом, члены коалиций обладают влиянием друг на друга, давая или удерживая ресурсы, которые они контролируют».

Недостаточная торговая сила

Протестующие не раз жаловались, что чёрное сообщество получило от национальных организаций (PFT, AFL) не так много внимания и ресурсов, как другие сообщества. Активистка Синди Доминго из LELO описывает типичную ситуацию «мы вам перезвоним»: «И типа, мы работали в чёрном сообществе десятилетиями, и преподобный Орандж на самом деле пришел на наше первое собрание коалиции Голоса Рабочих. Особо ничего не говорил, но потом сказал: 'Ну, будем на связи, ребята', и больше никогда не показывался».

Активист Хуан Боканьера: «Они действительно послали людей из Труда на наши [Workers’ Voices Coalition’s] собрания. 'Jobs with Justice' участвовали до некоторой степени ... В основном, они пришли посмотреть, что мы делаем. Включая людей из 'Citizen Action' ... и потом они не вернулись».

Синди Доминго: «Мы смекнули, что они просто пришли посмотреть, что мы собираемся делать, и как только они выяснили... Потому что мы выложили все планы, и они больше не вернулись. Они сказали: 'Что ж, это всё очень интересно. Мы бы хотели помочь. Ля-ля-ля'. И не вернулись».

Такие случаи могут быть связаны со слабыми переговорными позициями потенциального союзника. Другими словами, он не сможет снизить выигрыш другой стороны, если не получит желаемого, или повысить, если получит. Вероятно, батюшка Орандж прикинул на глаз возможности и затраты, и решил, что результат не стоит усердия.

Чёрные активисты пытались выбить из национальных организаций больше ресурсов через переговоры и стратегические ходы (как эскалация и разрыв связей), но не достигли цели в коротком отрезке времени до дня протестов.

Сотрудник PFT Бил Аал: «Эти разговоры начинались снова и снова. Майк Долан [лидер PFT] отвечал в духе 'Мы ведем кампанию. Мы не занимаемся организацией сообществ'» (что было правдой лишь отчасти — в формировании рабочих групп сообществ PFT в большой степени полагалась на самоорганизацию).

Позднее ситуация будет меняться — в том числе благодаря рефреймингу ситуации со стороны чёрных активистов и сочувствующих, как несправедливой ("injustice frames" в теории социальных движений) — причём в широком контексте мощного нарратива о «расизме».

Положительная сумма

Если «прибыль» одной стороны стратегического взаимодействия возможна только за счёт убытка другой стороны (так, чтобы в формальной модели, в сумме они дали ноль), это называют ещё «игрой с нулевой суммой». Если «прибыль» возможна не только за счёт убытка другой стороны (сумма выигрышей в формальной модели больше нуля) — то «игрой с положительной суммой».

Игры с положительной суммой разрешают исходы win-win, «все выиграли». Так и здесь: каждая группа, которая соглашается на союз, что-то из этого получает.

Нужно добавить, что существует даже стратегия переговоров, которая называется «повышение стоимости» или «повышение суммы» торга. Это когда ситуация конфликта интересов по какой-то позиции переопределяется так, что обе стороны видят способ выиграть больше вместе.

Однако даже положительный для всех «выигрыш» можно распределить между участниками по-разному. Чёрное сообщество получило меньше ресурсов в торге с PFT, чем, например, студенческое сообщество. Это показывает, что в союзе с одной и той же организацией можно добиться большего выигрыша, а можно добиться меньшего.

Важно, что «поражением» это будет лишь в относительном смысле, не в абсолютном. Чёрное сообщество «проиграло» по сравнению с другими — и значит, по сравнению с тем, сколького могло бы добиться в другой ситуации — но всё ещё получило больше ресурсов, чем если бы взаимодействия не было вообще.

Синди: «Но SUN и Jobs for Justice [структура AFL], они были инструментальны, чтобы помочь нам вывести спикеров на сцену [30 ноября]. Однако опять же, это только потому что они не хотели быть пойманными на горячем [то есть, с недостаточным представительством]».

Люди из профсоюзов всё-таки поддерживают союзные связи с LELO, просто дают очень мало.

Можно сказать, что между партнерами одновременно существует и кооперация и конкуренция (кооперенция). Союз — это конфликт по поводу действий с обоюдной выгодой.

Точка BATNA

В добровольном торге по поводу союза, обыкновенно никто не получает отрицательный выигрыш, потому что «лучшая альтернатива соглашению в торге» (BATNA — Best Alternative To a Negotiated Agreement) для каждой стороны не меньше нуля: можно просто не участвовать и не получить ни дополнительной прибыли, ни убытков. Конечно, в реальности ситуации союза могут быть сложнее, но общий принцип чаще верен, чем нет.

Глубина сотрудничества для каждой стороны будет меняться от предложения полного слияния до отказа сотрудничать, по мере того как итоговый «выигрыш» от союза для неё будет стремиться к нулю: затраты на союз равны или больше прибыли от союза. В этой точке лучшая альтернатива соглашению становится равноценна соглашению, при движении дальше по шкале союз не имеет смысла.

В примере с патером Оранджем, отказ от сотрудничества можно описать как выбор "BATNA" — в связи с тем, что «нулевой выигрыш» при отказе показался ему равным или большим, чем выигрыш от союза.

Распад союзов и невозможность наладить новые союзы могут быть связаны с тем, что соглашение обладает субъективно меньшей воспринимаемой ценностью, чем главная BATNA сторон. Это верно и для российского поля протеста.

Например, BATNA крупных оппозиционных организаций РФ как минимум в некоторых случаях отказа от сотрудничества можно описать, как консервативную стратегию «сократить активность, но получать всё внимание, славу или финансирование лишь для себя». Эта BATNA обладает высокой субъективной ценностью, что не способствует складыванию союзов.

Окно сотрудничества

Получается, что если множество выборов каждой организации до BATNA пересекается, кооперация возможна. Иногда стартовые позиции оппонентов неприемлемы для сторон, но игроки рассчитывают, что затраты на сам торг окупятся, и в достаточной степени изменят позицию другого игрока.

И конечно, торг идёт по поводу того, где будет точка баланса внутри множества допустимых соглашений — как будет распределена положительная прибыль.

Расстояния между позициями

Ресурс союзника воспринимается двойственно. Это и возможность, и упущенная прибыль. К примеру, начальные цели участников коалиции PFT были достаточно близки, чтобы те могли увидеть потенциал сотрудничества, но недостаточно близки, чтобы избежать торга. Расстояния между разными способами фрейминга или разными ожидаемыми уступками влияют на количество работы, которое потребуется, чтобы достигнуть соглашения.

Что именно торгуется?

Если мы приняли утверждение, что ресурсы становятся предметом стратегического торга, дальше нужно описать торгуемые ресурсы в соответствии с современным — крайне широким — пониманием в теории движений. Ресурсами могут быть очень разные вещи.

Место на сцене AFL 30 ноября или финансирование от Долана (PFT) можно воспринимать, как торгуемый ресурс. Но также предметом торга могли быть легитимность группы (как легитимность AFL-CIO), или общее название коалиции (People for Fair Trade / No to WTO), или способы говорить о проблеме (Fair Trade / Free and Fair Trade).

На столе переговоров — расходящиеся цели организаций; разный фрейминг; идентичности; медиа; объём выхода; тактический диапазон; деньги; организационные способности; уже существующие союзы и связи — и многое другое.

Ниже некоторые наименее очевидные предметы торга.

Торг по поводу идентичностей

Крайне любопытная формулировка встречается у Бэнди и Каллен[4], когда те описывают международные союзы протестующих в Сиэтле. «...[О]ни помогают культивировать идентичности организации, движения и солидарности — с глобальным акцентом (cf. Gamson 1991). Такой торг идентичностей [negotiation of identities] является ключевым для поддержания любой долгосрочной мобилизации движения».

Торг идентичностей! Мы попробовали найти другие тексты с этим словосочетанием, и убедились, что оно используется относительно широко. Это связано с конструктивистским подходом к идентичности (De Fina[5]), согласно которому, идентичности не даны как постоянные категории, а конструируются и меняются активными усилиями носителей.

И хотя это понятие (насколько мы знаем) не применяется в контексте анализа торга, мы сами можем сделать этот следующий шаг.

Способы протестующих говорить о себе — на самых разных уровнях, от стратегического фрейминга до повседневных разговоров — это в некотором роде политический торг. Здесь есть последовательность предложение-контрпредложение. Участники диалогов оказывают друг на друга давление одобрением, неодобрением или другими реакциями. Общий опыт, способствующий формированию общей идентичности (совместный протест, совместный арест), можно рассматривать как «повышение стоимости» торга.

Известно, что идентичность играет роль и в складывании и в «перекипании» (spillover) движений (Мейер и Уиттьер, 1994[6]). Следовательно, это одно из глубинных оснований прочных союзов — и «торг» по поводу переопределения идентичности может иметь стратегическое значение.

А ответ на вопрос «кто мы» отчасти определяется фреймингом тех проблем, с которыми борются протестующие.

Торг вокруг фрейминга

Спор участников по поводу общего названия коалиции занял несколько месяцев, начиная с февраля. Одна фракция предлагала назвать коалицию "People for Fair Trade", другая — "No to WTO".

Выбор названия — это куда больше, чем простая формальность. Разница позиций отражала разные цели участников — и разный фрейминг проблемы ВТО. Название "People for Fair Trade" поддерживали сторонники реформы ВТО; название "No to WTO" — сторонники расформирования ВТО. Для каждой фракции важно было передать общественности именно своё сообщение. Этот конфликт — просто самое яркое проявление торга по поводу фрейминга.

Чтобы заложить основу для устойчивого сотрудничества, участники коалиции должны были сократить расстояния между крайними позициями фрейминга и найти общую почву, позволяющую терпимое отношение друг к другу. Стягивание позиций ближе по шкале требовало времени.

Но к лету участники всё равно пришли к патовой ситуации и остановились на компромиссе, который навязал, кажется, Долан: назвать коалицию "People for Fair Trade—No to WTO" (PFT—N2WTO). Однако даже этот компромисс стал предметом следующих подвижек: к примеру, «умеренные» стали использовать в своих материалах название PFT, просто отбрасывая вторую часть; более радикальная фракция в ответ стала использовать исключительно название N2WTO. Линия разлома не была полностью «залечена» рефреймингом и перевязыванием социальных связей, пока агрессивное поведение полиции не сплотило коалицию, и не сменился ведущий способ фрейминга ситуации, в рамках которого организации оказались куда ближе.

На контрасте, двусторонний рефрейминг повестки «зелёными» и профсоюзами поверх организационной коалиции ASJE, позволил превратить по видимости конфликтные интересы участников в общий кооперативный интерес — что значительно укрепило союз (история Teamsters and Turtles).

Торг по диапазону тактик

Участие в союзах часто накладывает на организации ограничения касательно используемых тактик. Допустимый диапазон тактик становится предметом внешнего и внутреннего торга.

Иллюстрацией может служить конфликт внутри коалиции DAN: длительный торг двух фракцией по поводу тактики разрушения собственности. В результате умеренная фракция сумела навязать своим участникам принцип ненасилия, и за счёт этого сохранила массовость и крупных союзников, но оттолкнула другую фракцию.

Когда внутри DAN была достигнута единая позиция по поводу ненасилия, их разрушительная для функционирования города тактика всё ещё казалась многим слишком радикальной. Начался внешний торг, в частности, через посредничество Долана.

Торг и ресурс репутации

Дело в том, что фрейминг или тактики организации «снаружи» определённого диапазона могут иметь репутационные и политические последствия для союзников, подрывая их отношения с группами другой стороны спектра.

Долан приводит по этому поводу крайне иллюстративную историю, как он вёл торг с администрацией города по поводу стадиона, и одним из требований администрации было убрать ссылку на «радикалов» DAN с сайта PFT.

Что касается крайнего крыла анархистов с тактикой разрушения собственности, оно полностью выпало из любых союзов благодаря высоким репутационным рискам, которые видели большие организации.

Координация — базовое благо союзов

Обмен информацией — крайне распространенный вид помощи союзникам. В категории потенциальных затрат здесь только репутация и труд связующих лиц; зато выгода может быть значительной. Это позволит если не усилить эффект общих действий, то сократить риски непредвиденного столкновения планов.

Поэтому поддерживать минимальный контакт имеет смысл даже с не самыми дружественными группами. AFL и DAN практически не контактировали напрямую, но всё ещё обменивались предварительной информацией о своих планах при посредничестве Долана — ему доверяли обе стороны.

С другой стороны, некоторые группы могут быть заинтересованы в информационных асимметриях. DAN пытались поддерживать контакт с крайними из Чёрного Блока, но не особенно преуспели — крайние сознательно пытались «угнать» чужое мероприятие.

Ресурсное портфолио организаций

Набор ресурсов, которыми распоряжается организация, называется «ресурсным портфолио» организации. Это карты, с которым организация идёт за стол переговоров.

Не все портфолио похожи устройством; не все портфолио можно сравнивать по обобщенной мощности. Из-за специализации они могут быть асимметричны друг относительно друга. Например, какая-то организация может обладать большой медийной мощностью, но слабой способностью выводить людей на протесты; или большой легитимностью, но малым количеством денег.

Уникальное положение или уникальная ситуация могут предоставить даже небольшой группе доступ к важным для крупных организаций ресурсам — и таким образом, дать малой группе асимметричный же рычаг торговой силы.

И наоборот. Профиль основных торгуемых оппонентом позиций определяется его стратегией, а значит, может оказаться очень различным.

В теории, организации с малым обобщённым числом ресурсов, могут строить свои союзнические стратегии на конструировании необычных конфигураций ресурсного портфолио — как активисты из коалиции Баскин, которые сочетали, во-первых, членство в KCLC (центральный трудовой совет округа Кинг, аффилированный с AFL), и во-вторых, радикальный вариант фрейминга. Практически не обладая средствами в абсолютном смысле, они сумели сделать этот набор рычагом значительного давления.

Портфолио PFT и AFL

У PFT есть деньги и способность к посредничеству. Долан обладает навыками переговоров; он быстро выкупает у города добрую часть доступных мест для мероприятий; раздаёт деньги организациям протестующих. Сама PFT зависит от людей, которых может вывести на улицы AFL и чуть в меньшей степени — DAN.

AFL имеет деньги и возможность мобилизовать членов на массовую демонстрацию, но нуждается в посредничестве PFT, чтобы создать базу поддержки в регионе. Это даст брокераж связей сразу со многими кластерами протеста и сообществами.

Таким образом, каждая сторона имеет сильные стимулы для сотрудничества, а расстояния между позициями не слишком велики.

Набор для неудачи

А вот ни PFT, ни AFL-CIO не зависят от ресурсов чёрного сообщества. Напротив, они склонны недооценивать потенциал меньшинств в плане бриджинга аудиторий или подключения дополнительной легитимности.

Тем сложнее было согласиться с относительно радикальным фреймингом чёрных активистов — похожим на фрейминг DAN, но без чисел выхода DAN. «В результате, они [AFL] не желали изменить фрейминг, который использовали, чтобы обращаться к основной массе своих членов, по запросу других организаций [LELO и подобных]».

Расходятся и цели союза: AFL и PFT планировали ситуативную коалицию, а чёрные активисты — долгосрочную.

У чёрных активистов не хватает ресурсов, чтобы создать яркие избирательные стимулы для потенциального союзника; они не сумели так конфигурировать ресурсное портфолио, чтобы использовать немногие силы асимметрично; а расстояния между позициями достаточно велики, чтобы создать союзникам сильные отталкивающие стимулы.

Позднее чёрные активисты используют этот опыт, чтобы усилить позиции — но это будет уже после Сиэтла.

Стратегические действия

На исход торга можно активно влиять. И делать это как минимум двумя способами: меняя «реальную» расстановку сил, или меняя её восприятие — собственное и оппонента. Торг — это в большой степени про реорганизацию коллективного видения.

Иногда это называют "change the game" — изменить игру. Изменить представление о цене альтернативных решений для оппонента или изменить воспринимаемую «общую» стоимость союза ("to create value"; сделать конфликтные ситуации кооперативными). Создать новые опции, которые могут представить участники. Планировать заявленные требования, и тем самым — представление оппонента о цене ваших альтернативных решений. Раздать избирательные стимулы для конкретных союзников. Перестроить в долгосрочной стратегии своё ресурсное портфолио. Можно поучиться у чёрных активистов в плане рефрейминга BATNA (как видно, культурное понимание союзов тоже встраивается в перспективу «анализа торга»).

Если мы будем воспринимать союзы как торг, это даст нам основу для стратегического планирования коалиционной работы.

Конечно, здесь вряд ли понадобятся термины или формулы из «анализа торга», но общее представление о механизмах союза может оказаться полезным.

История Сиэтла-99 показывает, что мишенью давления («приложения переговорной силы») может быть не только государство, но и большие оппозиционные организации, которые предпочитают играть в одиночку — и потому в одиночку проигрывают.

Внутренние и внешние переговоры

Больше того, мишенью давления — и переговоров — может быть собственная организация.

Переговорная позиция или стратегия действий организаций обычно складывается в результате внутреннего торга — внутреннего «кооперативного конфликта» — между разными мнениями и разными фракциями.

Группа, организация или движение не могут принять решение мыслительным усилием, как один человек — решение должно победить в столкновении интересов участников. Прежде, чем придётся применить перспективу торга к отношениям между организациями, её придётся применить к отношениям внутри организации. Внешний союз начинается с внутреннего согласования.

К примеру, стратегическая цель AFL-CIO в кампании против ВТО, как и отношение AFL к союзникам, складывались в процессе многоуровневого торга между разными фракциями AFL — как столичными группами «внутри Кольца» (Beltway), так и на месте событий. Можно выделить как минимум две складки конфликта — между KCLC (центральный трудовой совет округа Кинг) и национальной штаб-квартирой; между местной группой решительно настроенных профсоюзных активистов и KCLC. Каждая фракция оказывала на другую давление, чтобы сместить общую позицию ближе к собственной — но продолжали действовать внутри одного проекта, по крайней мере, до поры до времени.

По этому поводу мы позднее обсудим диапазон организационных практик перед Сиэтлом: от самых анархических до самых авторитарных — и способы, которыми они достигали внутреннего согласия. В некотором смысле, это лишь разные способы организации коллективного торга многие-ко-многим.

А Леви и Мёрфи, 2006, описывают разные виды внутренней организации как разные способы создавать сети доверия и сбрасывать напряженности личных конфликтов — организационные факторы, которую могут быть значимы для исходов стратегического торга организаций.

Доверие и разрешение конфликтов как расчистка стола переговоров

Связи доверия и механизмы разрешения конфликтов — это не предмет торга, но это дополнительный штраф (или бонус) к ценам торга. Низкий уровень доверия повышает субъективно воспринимаемый риск, что союзник не выполнит своей стороны сделки — и следовательно, снижает общий ожидаемый «выигрыш» от союза. Личные конфликты подталкивают участников торга недооценивать стоимость союза и переоценивать стоимость BATNA.

Леви и Мёрфи предполагают, что одна из причин изоляции LELO при относительной близости позиций по целям и тактикам — слабый предварительно существующий перехлёст организационных сетей с другими кластерами, и следовательно, относительно низкий уровень доверия. А также нехватка механизмов разрешения напряженностей, из-за чего личные конфликты организаторов (в частности, Майка Долана и Тайри Скотта) помешали становлению союза.

Кроме того, сети доверия можно рассматривать как пространство для торга. Ведь прежде, чем передавать сообщения, нужно наладить каналы коммуникации. «Что не удалось сделать DAN, так это привлечь группы меньшинств, которые отвергли PFT и разделяли близкие к DAN позиции. Не хватало перехлёста сетей, который позволил бы резко запустить такие отношения».

Торг, который начинается с уступки

Леви и Мёрфи упоминает два механизма налаживания доверия — брокерство и бриджинг связей доверия «предпринимателями протеста». Торг начинается с посредников или с предварительных уступок ресурсов.

«Предприниматели могут быть ключом для билдинга коалиций, особенно когда акторы не имеют весомых оснований испытывать друг к другу доверие (Frohlich et al., 1971; Rose,2000). Предприниматели могут быть либо брокерами — акторами, кто предлагает стимулы присоединиться для двух или большего числа отчётливых, вероятно не связанных и потенциально недоверчивых сторон — либо мостами [bridge builders; кто занимается бриджингом; напоминает медиацию в торге] — акторами, кто имеет предварительные связи и отношения доверия со сторонами, которые они объединяют (McAdam et al., 2001; Tarrow, 2005). В брокераже особенно важным может быть чтобы предприниматели предлагали избирательные награды вперёд, как форму предварительной приверженности [pre-commitment]. Они должны сделать свою приверженность убедительной. Например, профсоюзы могут переводить деньги в начале кампании, чтобы показать связывающие их обязательства; это особенно важно, когда другая сторона имеет основания для недоверия или скептицизма касательно долгосрочной преданности организации (Levi, 2001)». Политические предприниматели могут «направлять внимание на сходства в целях и выгоды».

Действия AFL из предыдущего текста укладываются в эти две категории:

«Где не было или были незначительны предварительные отношения доверия, организаторы коалиции должны были полагаться на брокерство предпринимателей. То, что делал Долан [из PFT]. Учитывая относительное изобилие доступных ему ресурсов, он был способен вложить ресурсы вперёд [to pre-commit] в группы, которые он хотел видеть в коалиции, в то время как сохранял свою автономность. Лидеры AFL-CIO имели схожие возможности, но некоторые из них также полагались на создание мостов [бриджинг], учитывая долгосрочные связи с [аффилированными] профсоюзами и желание установить более общую солидарность внутри профсоюзного движения».

Наконец, коалиция DAN предоставляла участникам медиа-мощности, опыт и организационные способности, в ответ ожидая только участие.

Некоторые предварительные вклады могут быть потрачены впустую; но в целом, эта стратегия окупается.

Дальнейшее

Этот текст не заменяет введение в область. Мы лишь показали несколько иллюстраций, как концепты из «анализа переговоров» можно применить к союзам между протестующими. Вы можете расширить аналогии или попытаться применить подход на практике.

_______

[1] Levi and Murphy, 2006. Coalitions of Contention: The Case of the WTO Protests in Seattle. Леви и Мёрфи повторяют мысль Олсона, что схожие интересы и цели — это необходимое, но не достаточное условие союза. Определение Гамсона добавляет к формуле «обмен ресурсами», но этого всё ещё не хватает, чтобы объяснить, как складываются союзы. Чтобы подчеркнуть это, Леви и Мёрфи рисуют диаграмму, где протестные кластеры Сиэтла сгруппированы по близости целей и близости тактик. Даже те кластеры, которые близки на графике и могли бы получить преимущества от обмена ресурсами, не всегда создавали союз. Поэтому авторы и предлагают добавить к формуле отношения доверия и механизмы разрешения конфликтов. Но с нашей точки зрения, недостающий элемент объяснения (один из) — «стратегический торг» сторон. И цели и ресурсы организаций становятся предметом взаимного давления или стратегических уступок с целью получить ответные уступки.

Леви и Мёрфи называют это «избирательными стимулами», в противоположность «общим стимулам» (вроде общей выгоды от победы коалиции) — но не используют фреймворк «анализа торга» специально.

Замечательно, что сами активисты порой рассматривают отношения между группами на протестах — и не только с противником — в качестве торга (negotiations).

[2] Некоторые термины и одна из иллюстраций взяты из "Negotiation Analysis" by Peyton Young, 1991. Кажется, исследование механизмов союза — не слишком частая тема в литературе. Мы нашли только один текст, который специально нацелен на глубинные механизмы коалиционной работы перед Сиэтлом. Поэтому наше собственное объяснение опирается преимущественно на интервью активистов, специальную литературу по торгу, не имеющую отношение к Сиэтлу, и единственную тематическую статью о Сиэтле.

[3] Пример: череда эпизодов сотрудничества между профсоюзами и верующими, которая вышла на пик в двух последовательных событиях — совместное мероприятие 29 ноября, где акцент был на повестке сообщества верующих, и на следующий день, 30 ноября — совместное мероприятие, где акцент был на повестке профсоюзов. В этом конкретном случае, каждая сторона своими ходами «увеличивала стоимость» игры, а предметом торга была «глубина сотрудничества». Обе силы готовы были отдать больше, если больше получат — и поочередные жесты доброй воли создали для этого базу доверия.

[4] Bandy and Cullen, 2001. Globalizing resistance: The battle of Seattle and the future of social movements. Также: «Международные организации социальных движений [SMOs] показывают географически широкую репрезентацию, чтобы стать эффективными в многосторонней политике, а культивация такого членства требует от этих организаций создавать пространства для диалога и торга касательно общих целей и стратегий (Smith, Pagnucco and Chatfield 1997). При создании коалиций и торге насчёт совместных стратегий, активисты научаются позициям друг друга и, где условия это позволяют, строят отношения и доверие, которые критичны для продолжающейся кооперации (Rose 2000). Например, хотя западные профсоюзные и экологические активисты могли бы принять политику продвижения защиты труда и окружающей среды через существующие механизмы ВТО, диалог с коллегами из развивающихся стран привёл их к позиции, противодействующей расширению влияния ВТО в эти зоны» — запечатленной в общем заявлении почти 1500 гражданских организаций из 89 стран.

[5] Anna De Fina, The negotiation of identities. Цитата: "identities are seen as highly negotiable in interaction, emergent and largely co-constructed".

[6] Meyer and Whittier, 1994. Social Movement Spillover.