нежные сероволчата

— Волч, ты чего один сидишь?.. — Сергей едва успел раскрыть слипшиеся от сна веки, как в светлой от лучей восходящего солнца комнаты заметил силуэт, сидящий на подоконнике. Олег, отвернувшись, задумчиво смотрел на рассвет в открытое окно, загадочно поднося к губам сигарету, пепел которой вот-вот грозился обжечь пальцы.

Сережа приподнялся на локте, робко вытянул руку и осторожно забрал тлеющую сигарету из расслабленных пальцев Олега, чтобы потушить её и выбросить в окно. 

— Я разбудил? Прости, — наконец, очнувшись от своих мыслей, Олег обернулся к проснувшемуся. Взгляд его был мутным, отрешенным, сложно было назвать его состояние трезвым. Разумовский же, точно лис, пристально наблюдал за Волковым, будто пытался прочесть в его чертах скрытые тревоги.

— Нет, совсем нет, просто почувствовал запах табака, — Сережа пожал плечами и непроизвольно понюхал пальцы, которыми всего минуту назад сжимал сигарету, с лёгкой гримасой отвращения. Запах табака ему никогда не нравился. Олег тихо усмехнулся, прикрыл глаза и коснулся затылком прохладную стену.

— Мне опять бабка снилась, — предвосхищая неизбежные расспросы, сухо выпалил Олег. Разумовский не проронил ни слова, лишь поджал губы, смотря на Волкова с тихой, щемящей жалостью. Он знал, что Олег не выносит к себе жалости. Знал, но не жалеть его не мог. Любил ведь.

Вместо слов он просто дотронулся до его ладони, нежно сжал её и потянул парня к себе. Олег покорно последовал за его движением и уже через мгновение оказался на Сереже, крепко обняв его и прижавшись лицом к его груди.

Сергей молча накрыл его спину одной рукой, другая же легла на голову, осторожно и ритмично поглаживая волосы, стараясь успокоить. Ловким движением он подцепил скомканное одеяло, накрыл обоих и нежно, почти неощутимо чмокнул Олега в макушку. Тот едва заметно улыбнулся - с Сережей он чувствовал себя в безопасности. Даже та самая жалость, которая от других вызывала лишь раздражение, здесь отзывалась тихим теплом где-то глубоко внутри.

И сейчас он просто тонул в этих объятиях, позволяя себе наконец расслабиться. Его ладонь сама нашла знакомые огненные пряди Сережи и медленно, почти медитативно начала их перебирать. Словно это был необходимый ритуал, который один мог вернуть покой.

И Олег расслабился. Тихое, ровное сопение послышалось уже через несколько минут. Сережа усмехнулся себе под нос, чуть ослабил объятия и позволил себе погрузиться в неглубокий, чуткий сон, уже не такой крепкий и долгий, как прежде, но такой желанный и полный нежности.