never fade away ; 5.2

Мир встал на паузу. Хонджун мог поклясться, что видел, как, словно в замедленной съемке, на него с нечеловеческой скоростью несся зверь. И он ничего не мог с этим сделать. Ему показалось, что он находился в Сети, где его мысли действовали в сотни раз быстрее всего происходящего в реальности, тогда как тело беспомощно лежало в ванной. Он замечал каждую маленькую деталь и пути отступления, но был не в силах пошевелиться. Может, он был слишком напуган. Может, чувствовал, что оказался на грани гибели. У обычного хакера не было и шанса против бойца с Сандевистаном, и он это хорошо понимал. Он замер на месте, мысленно пытаясь предугадать, насколько ему сделают больно.

Раздался оглушительный металлический грохот. Хонджун пришел в себя, когда чья-то спина возникла прямо перед ним. Сонхва неожиданно появился рядом, будто проигнорировав правила пространства и времени. Черная сталь, прикованная к его позвоночнику, задрожала. Его собственный Сандевистан активировался следом.

Хонджун даже не успел моргнуть, как железный кулак Сонхва врезался в лицо байкера. Как оба их силуэта исчезли и в следующий миг снова столкнулись друг с другом. Было сложно сказать, сколькими ударами они обменивались за долю секунды, кто побеждал, а кто проигрывал. Мерцающие искры, за светом которых никак не уследить.

Краем глаза он заметил, как остальные два байкера бросились в их сторону. Подумал, что было бы логично бежать со всех ног и куда подальше. Так бы он и сделал в любой другой ситуации. Это казалось наиболее разумным решением. Но когда дело касалось Сонхва, Хонджун просто не мог поступать рационально. Его эмоции и чувства обнажались. Он слышал только стук своего сердца. И в тот момент оно кричало ему ринуться в бой. Он выдохнул, и по команде моноструна вырвалась из его рук.

Ему было страшно и беспокойно, и, признаться, он совсем не верил в свой успех. Приближаясь к врагам, Хонджун прокручивал в голове движения, которые ранее ему показывал Сонхва. Он и не рассчитывал, что они пригодятся ему так скоро. И не рассчитывал, что у него получится применить их по назначению. Он пошатывался, путался в ногах, атаковал не так сильно, как стоило бы, но не отступал. Если он мог хотя бы немного помочь Сонхва, он был готов приложить все усилия.

Он рассекал моноструной металл, посылая электрический разряд по киберимплантам. Они искрились и на время выходили из строя. Хонджун чувствовал, что мог бы разрубить их на части, если бы он только умел сражаться. Если бы не дрожали руки, если бы он не так часто промахивался. Ему с трудом удавалось уклоняться, он то и дело принимал на себя чужие удары. К счастью, подкожная броня хорошо его выручала – он почти не чувствовал боли и без устали продолжал атаковать.

«У меня не так уж плохо получается», – думал Хонджун, раз за разом высекая током врагов. Он видел только свое оружие и свою цель. Адреналин захлестнул рассудок. Кривая улыбка расплылась на его лице. Впервые он ощутил, что может постоять за себя, находясь в собственном теле. Это ощущение опьяняло. Поэтому он не заметил, когда один из байкеров исчез из его поля зрения, и совсем не ожидал, когда тот кинулся на него со спины. Резкая колкая боль пронзила шею. Острые бионические клыки грубо вонзились в плоть, разрывая кибернетическую броню в клочья. Хонджун широко раскрыл глаза и закричал. На миг ему показалось, что он умер: все потемнело, пропали звуки, он не мог пошевелиться. Вдруг стало очень страшно, и натянутая уверенность в себе тут же испарилась. Он все еще был маленьким человеком, который был ни на что не способен в реальности.

Он сам не заметил, как оказался прижат к земле. Как над ним возвысился второй оппонент и выставил перед ним свою руку. Из механического разъема выглянул взрывной снаряд. Хонджун прикусил губу и отвернулся. Рой горьких мыслей пронесся в его голове. И на что он только надеялся? Кем себя возомнил? Насколько наивным и безрассудным его сделали эти чувства? Похоже, здесь он и проиграет. Еще раз его уже никто не успеет спасти.

Прогремел громкий шум, но Хонджун не почувствовал боли. Он медленно повернулся и удивился представшей перед ним картине. Внезапно голова парня со снарядом отсоединилась от тела. Металлические пластины с его лица разлетелись по асфальту. Чей-то огромный кулак из крепкой стали повис в воздухе. Кто-то одним ударом разбил чужой череп. И Хонджун не узнал в нем Сонхва. Это был обычный на первый взгляд человек в джинсовой куртке и мешковатых брюках. Его лицо показалось Хонджуну смутно знакомым, но от неожиданности он не мог вспомнить, где же он его видел. Он ухмыльнулся, удивляясь своей удаче, которая почему-то никак не позволяла ему умереть.

Незнакомец поправил темно-русые волосы и искоса взглянул на байкера с клыкастой пастью. Тот вздрогнул и оттолкнул Хонджуна от себя, поспешив к своему напарнику, который все еще бился с Сонхва.

– Пора уходить, – предупредил его он, но тот, поглощенный боем, совсем его не слышал. Его железо накалилось, аварийные огни мерцали в глазах. На коже проступили толстые черные вены. В выражении лица не было ни намека на вменяемость и человечность. Казалось, все его механического естество могло вспыхнуть в любой момент.

Байкер обеспокоенно дотронулся до его плеча, и в тот же момент его впечатали в стену. Он отлетел к бетонному зданию неподалеку, оставив на нем после себя глубокую вмятину. Его напарник вдруг оказался перед ним, снова и снова вбивая его в цемент. Видимо, он уже и забыл, что сражался с кем-то другим.

В этот миг Хонджун наконец смог разглядеть Сонхва, который до этого находился будто совершенно в ином времени. Он тяжело дышал, кровь и пот густыми струйками стекали со лба. От его бионической руки остались только обломки, повисшие с локтя. Сонхва был на пределе. Он пошатнулся и упал на одно колено, схватившись за грудь. Замер на месте, глядя на то, как его соперник избивал своего же союзника. Как его Сандевистан и не собирался отключаться, вместо этого разрушая тело и рассудок ради преимущества в силе. Что-то во взгляде Сонхва было не так, подумал Хонджун. Будто от этого зрелища он чувствовал больше боли, чем стоило.

Хонджун поднялся на ноги, придерживая рукой рану на шее. Он осторожно направился к Сонхва, но остановился на полпути. Тело байкера странно затряслось, из металлических прорезей вытянулся дым. Потрескалась кожа, выглянули провода из-под пластин. Запах крови и гари встал в воздухе.

– Если вы вдвоем не хотите подорваться вместе с ним, нужно скорее уходить.

Хонджун обернулся, услышав незнакомый голос. Позади он увидел парня, который защитил его от снаряда ранее. Тот протянул ему руку, выжидающе глядя в глаза.

Хонджун тяжело вздохнул. Ему очень не хотелось полагаться на незнакомого человека и доверять ему свою жизнь, даже несмотря на то, что тот помог ему совсем недавно. Однако у него не было времени выбирать. Они оба с Сонхва были ранены, и потерявший рассудок байкер догнал бы их в три счета. К тому же, он слышал, как все больше приближался вой полицейской сирены. Хонджун цокнул языком и нехотя взял за руку незнакомца. Тот подхватил за ним следом Сонхва и скрылся вместе с ними в лабиринтах домов. За их спинами раздался оглушительный взрыв. Пламя окутало улицу, дым окрасил темное небо. Уносясь прочь, Хонджун с горечью задумался о том, насколько все же хрупки человеческие тела даже с техникой и металлом, вживленными в плоть.

***

Убежав достаточно далеко, незнакомец остановился в пустом переулке, чтобы перевести дух. Тогда же Хонджун решил рассмотреть его получше. Высокий, крепкий, на вид слишком спокойный. Лицо явно казалось ему знакомым. И когда он наконец вспомнил, где его видел, тишину между ними прервал Сонхва.

– Чхве Чонхо, – обратился он к незнакомцу, впиваясь в него недовольным взглядом, – ты следил за нами?

Чхве Чонхо – тот самый парень, которого Хонджун видел в бойцовском клубе ранее тем днем. Это он молча наблюдал за ними двумя – так пристально, будто что-то задумал. И, видимо, так оно и было.

– Вы бы не выбрались оттуда вдвоем. Что, даже не поблагодарите за помощь? – сказал он, скрестив руки на груди. – Хотя вы можете расплатиться со мной кое-чем другим. Услуга за услугу.

– То есть ты стоял в стороне, наблюдая, как нас кромсают, и решил помочь в самый последний момент, только чтобы потом выставлять свои условия? – процедил сквозь зубы Сонхва. Он закипал от злости. С тех пор, как они сбежали с места сражения, он пребывал в заметно паршивом настроении. Нахмуренные брови, плотно сжатые губы, стекающий по лицу холодный пот. Хонджун не мог его винить после всего, что произошло. Но и вступать в очередной заведомо проигрышный бой ему совсем не хотелось.

Он осторожно дотронулся до плеча Сонхва, надеясь его успокоить. Не было ничего удивительного в том, что их спаситель вытащил их из передряги не из благородных побуждений, а ради собственной выгоды. Так жили в Найт-Сити все. С таким раскладом дел нужно было просто смириться, даже если это не сходилось с убеждениями Сонхва. Хонджун слегка ему улыбнулся – так, чтобы увидел только он. Хва сощурился и устало вздохнул. Он выдавил из себя слабую улыбку в ответ и опустил глаза в пол.

– Чего ты хочешь? – спросил у Чонхо Хонджун.

– Чтобы твой приятель познакомил меня с его фиксером.

– У меня нет фиксера, – едва сдерживая гнев, рявкнул Хва.

– Тогда по чьим поручениям ты все это время ходишь? Еще и приводишь к нему рабочую силу. – Чонхо быстро окинул взглядом Хонджуна. – Вижу, твои коллеги по банде были не очень рады узнать, что ты играешь на две стороны.

– Это ты им рассказал?

– Вовсе нет. Слухи на улицах говорят гораздо громче, чем ты думаешь.

Сонхва со всей силы прикусил губу. На лбу вздулась вена, лицо окрасилось красным. Хонджун знал, что в Мальстреме не любят, когда их люди работают с кем-то еще. Однако Хва вечно убеждал его в том, что все в порядке и ничего страшного не случится. И Хонджун старался ему верить. Но, кажется, все было гораздо хуже, чем он себе представлял. Он сжал плечо Сонхва крепче, не зная, как еще мог бы поддержать его в этот момент.

– Разве ты не можешь встретиться с фиксером сам? – спросил он.

– Без хорошей репутации Чон Юнхо в лучшем случае просто выпроводит меня за дверь. Тебя он бы тоже не стал слушать, если бы ты пришел без своего нового друга. Поэтому мне нужны рекомендации.

– Я тебя плохо знаю, но... – вдруг заговорил Сонхва ледяным тоном, – ты же совсем один. Ты не состоишь ни в одной банде, у тебя и друзей нет. Ты ведь живешь на чердаке в нашем клубе, потому что тебе позволяет тренер. Что ты сделаешь в одиночку, если я не выполню твою просьбу?

У Чонхо напряженно сжалась челюсть. На миг в его невозмутимых черных глазах промелькнуло что-то похожее на тоску и сомнение, но он тут же сморгнул это чувство, дотронувшись до своих тяжелых стальных кулаков.

– Я думал, что уже все показал, – блеснул он металлическим сиянием.

Хонджун встревоженно взглянул на Сонхва. На его лице смешались злость, беспокойство и отчаяние. Он продолжал неотрывно смотреть в пол, будто взвешивал в голове все за и против этой странной сделки, будто высчитывал, насколько дорого ему может обойтись отказ. Сколько рисков он возьмет на себя, даже если согласится. Вероятно, слова Чонхо его все же убедили, и спустя долгую паузу Сонхва нехотя кивнул.

– Ладно. Я устрою вам встречу.

– Славно. – Чонхо победоносно улыбнулся. – Я зайду за тобой завтра. А пока тебе стоит немного привести себя в порядок. – Он провел взглядом по его разбитой механической руке и развернулся прочь.

Когда он скрылся за углом, Хонджун и Сонхва остались наедине. Внезапно стало тяжелее дышать. Хон совсем не знал, что ему сказать, что сделать, что думать. Он смотрел на сгорбленную фигуру Сонхва, на раны на его коже, на измученное выражение лица и ощущал, как чувство вины въедается в череп. Этого всего не должно было произойти. Если бы только Сонхва не решил ему помочь. Если бы только не брал его за руку и не вел за собой. Зачем он зашел так далеко ради незнакомого парня и загнал себя в этот кошмар? Хонджун задавался этим вопросом с самой первой их встречи и никак не мог подобрать наиболее подходящий ответ, а объяснения Хва не звучали для него достаточно убедительно. Но он пытался верить в его искренность. Потому что они пообещали друг другу. Но что на самом деле творилось за холодным металлом в его душе? Хонджун вдруг осознал, что все еще плохо его знал и понимал, несмотря на проведенное время вместе, несмотря на пережитые откровения и ночные разговоры. И ему стало ужасно больно от этой мысли.

– Можем пойти ко мне. – Голос Сонхва вырвал его из размышлений. – Тебя ведь тоже ранили? Я помогу.

– Но твоя рука...

– Не переживай, не в первый раз мне приходится ее менять. Только тратить материалы жалко, – горько усмехнулся он.

Хонджун слабо кивнул и последовал за ним. Он не помнил, как они добрались до его дома. В голове неустанно крутились мысли, что-то неприятно сжималось в груди. Будто в трансе, он зашел в маленькую квартиру Хва и уселся на стул, наблюдая за тем, как тот ремонтирует свою руку.

Вдруг он задумался о том, что ему, наверное, не стоило бы продолжать с ним водиться. Ради его безопасности. Сонхва столько сделал для него, несмотря на все риски. А что сделал для него он сам? Почему-то Хон не мог назвать ни одной важной вещи. Получается, он просто использовал его? Как он мог так поступить с человеком, который заботился о нем? Хонджун почувствовал, как боль сдавила виски, как в горле встал ком. Защипало в глазах. Он сжал тяжелые веки пальцами, надеясь, что ни одно из его сожалений не вырвется наружу.

– Ты в порядке?

Хонджун не знал, сколько времени он провел в ядовитых размышлениях. По ощущениям целую вечность. На миг он даже забыл, где находится. Он моргнул и увидел перед собой Сонхва. Его металлическая рука теперь была как новая. Только пятна крови все еще обрамляли его уставшее лицо. Хонджун осторожно дотронулся до его щеки и стер одно из них пальцем. Сонхва отвел взгляд и потянулся к своим инструментам.

Они молча сидели рядом, пока Хва зашивал рану Хонджуна. Тревожные мысли продолжали затягивать узел на шее Хона. Напряженная тишина не делала лучше. Постепенно в его груди растекалась паника, и хотя ему было очень страшно первым начать разговор, он больше не мог терпеть пронизывающие до костей эмоции.

– Ты правда собираешься помочь Чонхо? – спросил он, не найдя варианта лучше, чтобы поднять волнующую его тему.

– Ну, мне не нужны лишние враги.

– И что ты собираешься делать с нынешними врагами?

Сонхва замолк. Закончив обрабатывать рану, он убрал приборы в ящик и задумчиво уставился в стену. Тишина снова окутала комнату. Хонджун внимательно изучал его взглядом. Он не шевелился и, казалось, даже не дышал.

– Поговорю.

– Они снова нападут на тебя. У них ведь железо вместо мозгов. А если они расскажут вашему боссу? Это же будет полный пиздец.

– Я все улажу, не беспокойся обо мне.

Хонджун резко поднялся с места. Его переполняли сильные чувства, что кровь закипала от раздражения, печали и тревоги. Это было совершенно на него не похоже, и он не знал, что делать с распирающими его переживаниями. Он сжал руки в кулаки, впиваясь ногтями в кожу. Собственный голос прозвучал так незнакомо – вспыльчиво и нетерпеливо.

– Зачем ты решил помочь мне, если тебе из-за этого могла угрожать опасность? Ты ведь и сам знал, как все получится. Тогда зачем?

– Я не знаю.

Хонджун вздохнул и сжал переносицу пальцами. Он и не догадывался, что от пары слов может стать так больно. На его плечи тяжелым грузом навалилась слабость и, повесив голову вниз, он направился к выходу.

– Постой.

В одно мгновение Сонхва оказался рядом и остановил его у двери. Он схватил его за запястье человеческой рукой и крепко сжал.

– Я все понимаю и знаю, что иду. Но обещаю, я со всем разберусь. И я нисколько не жалею, что оказался сейчас здесь с тобой.

– Почему ты заходишь так далеко ради меня?

Хонджун чувствовал, как дрожат его пальцы. Он не видел, но ощущал затылком его взгляд. Собственное сердце застыло в предвкушении. Он ненавидел это признавать, но надеялся услышать те самые слова, которые не осмеливался сказать сам.

– Я не знаю... Но, пожалуйста, не уходи. Без тебя я не справлюсь.

Хонджун мог бы легко вырваться из его хватки и захлопнуть за собой дверь. Мог бы попытаться забыть глупые чувства и занять все свое внимание чем-то другим. В конце концов, у него была цель, и он медленно шел в ее направлении. Мог бы зарыть себя в чувстве вины и больше никому не доверять, вернувшись к своему привычному образу жизни. Но он в очередной раз убедился в том, что его старые установки никогда не работали, когда рядом был Сонхва. Он все переворачивал с ног на голову. И хотя Хонджун прекрасно понимал, что ему лучше уйти и оставить его, он никак не мог заставить себя это сделать. Особенно после услышанного. Он повернулся к нему лицом и виновато сжал губы. Их пальцы незаметно переплелись друг с другом. Нежное прикосновение растворяло все мысли.

Сонхва предложил ему переночевать у него, потому что снаружи было уже поздно и небезопасно после произошедшего ранее. Хонджун сперва отказался, когда услышал, что если спать здесь, то вместе. Ему снова стало страшно и неловко. Он был настолько смущен, что предпочел бы отхватить от еще одного байкера по голове, чем нервно делить одну постель с Хва. Он запаниковал и снова попытался сбежать, но Сонхва убедил его лечь хотя бы на полу. Он отдал ему свое одеяло и подушки, и Хонджун улегся рядом с его кроватью. Было совершенно неудобно, а присутствие Хва путало мысли. Хонджун так и не смог сомкнуть глаз до самого утра. Не мог перестать думать о том, насколько глубоко они вдвоем тонули.