нейроквир: введение

прим. пер.: адаптация этой статьи под русский язык вызвала у меня небольшие затруднения, и я до сих пор не знаю, насколько хорошо всё это дело звучит и передаёт истинную суть оригинального эссе. если вы заметите ошибки, опечатки или у вас просто имеются предложения по улучшению этого перевода, вы можете связаться со мной в телеграме по @юзернейму выше.

первоначально я написала и опубликовала эту статью весной 2015 года. это обновленная версия, слегка переработанная и дополненная летом 2021 года.

окончательную версию этого эссе, пригодную для цитирования, вместе с дополнительными комментариями можно найти в моей книге «neuroqueer heresies».

когда ссылаетесь на мою работу, пожалуйста, помните, что мои местоимения — она/её.

я ввела термин «нейроквир» в статье, которую писала для аспирантуры весной 2008 года. в течение следующих нескольких лет я «играла» с ним в дальнейших дипломных работах, в частных беседах и в постоянном развитии своих собственных мыслей и практик. концепция «нейроквир» или «нейроквиринга» (я всегда рассматривала это слово как глагол в первую очередь, и как прилагательное — во вторую), все больше и больше формировало моё мышление, мой образ и мой подход к жизни.

когда я впервые начала публиковать фрагменты своих работ о нейроразнообразии в 2012 году, я ещё не была готова представить миру термин «нейроквир». мне нужно было больше времени, чтобы дать ему настояться, обдумать, прочувствовать его нюансы и последствия. однако в начале 2014 года я упомянула об этом в небольшой частной группе блоггеров-аутистов в фэйсбуке и обнаружила, что моя подруга и коллега афина линн майклс-диллон также независимо придумала этот термин и тоже играла с ним, давая ему остыть, и думала о том, чтобы в конце концов опубликовать его. другой мой дорогой друг и по совместительству коллега реми йорго, который также участвовал в этой дискуссии, рассказал, что хотя термин «нейроквир» был для них новым, они мыслили в довольно схожих и совместимых направлениях, играя с понятием «неврологическая квирность».

мы трое — афина, реми и я — вышли из этого разговора по-новому окрылённые вдохновением, и начали внедрять этот термин, включая набор концепций и практик (деятельностей), которые он описывает, в нашу общественную работу, сообщества и культуру в целом. афина и я, вместе с нашим другом б. мартином алленом и другими, основали независимое издательство «autonomous press», принадлежащее собственности работников, и его издательство «neuroqueer books», чтобы публиковать книги на нейроквир тему (включая ежегодную мультижанровую антологию «neuroqueer lit»).

тем временем парочка других участников этой маленькой группы из фэйсбука, участвовавших в обсуждении, где афина, реми и я впервые обнаружили, что каждый из нас играет с одной и той же концепцией, были так взволнованы этим новым термином, что немедленно выбежали и начали распространять его на различных платформах социальных сетей. слово разгорелось подобно лесному пожару, гораздо быстрее, чем предполагали мы, его создатели, и гораздо быстрее, чем мы могли угнаться за ним. вскоре это стало появляться не только в квир и нейроотличных онлайн-сообществах, но и в научных статьях и презентациях на конференциях людей, о которых мы даже никогда не слышали.

(за день до того, как я написала эту статью, я была в калифорнийском институте интегральных исследований и читала новый курс по теме нейроразнообразия. я знакомила своих студентов с базовой информацией, связанной с нейроразнообразием, вроде терминологии «нейротипичный» и «нейроотличный», и в один момент молодой студент взволнованно спросил меня: «вы когда-нибудь слышали о термине «нейроквир»?»)

было приятно видеть, что это так прижилось. есть особая радость в том, чтобы привносить что-то новое в мир и видеть, как это становится значимым для множества других людей, которых ты даже не встречал. с другой стороны, это слово было почти мгновенно усвоено людьми, чьё понимание его было гораздо более узким и упрощённым, чем предполагали его создатели. я видела множество интерпретаций термина «нейроквир» и попыток дать определение от людей, которые приняли его, и иногда эти интерпретации упускали всю суть слова и были действительно достойны фейспалма. другие интерпретации были немного более точны, но чрезмерно узки, и я ловила себя на том, что отвечаю себе: «да, ну, я полагаю, это часть того, к чему мы шли…».

итак, к чему мы клонили? что такое «нейроквир» (или нейроквирность, или нейроквиринг)?

прежде всего, я должна признать, что любая попытка установить «авторитетное» мнение в определении этого термина в некотором смысле изначально обречена и нелепа, просто потому что люди, которые идентифицируют себя как нейроквир и занимаются нейроквирингом, как правило, относятся к тому типу людей, которым в принципе нравится подрывать определения, концепции и авторитеты.

тем не менее, определение из восьми пунктов, которое последует немного ниже, является наиболее близким к «официальному» (или, по крайней мере, описанными именно создателями), которое, вероятно, когда-либо существовало. я написала это при участии и одобрении других авторов концепции — так что это единственное определение, с которым согласились все авторы. оно не только точное, но и включает в себя различные деятельности и способы существования, которые все из нас троих намеревались охватить этим словом.

первоначально я воспринимала нейроквир как глагол: нейроквиринг как практика квиринга (т.е. подрыва, вызова, разрушения, освобождения от) нейронормативности и гетеронормативности одновременно. это было продолжением того, как «квир» используется в качестве глагола в квир-теории; я расширила концептуализацию квир-теории, чтобы охватить квиринг нейрокогнитивных норм, а также гендерных норм, и в процессе я исследовала, как общественно навязанные нейронормативность и гетеронормативность переплетаются друг с другом, и как квиринг (разрушение) одной из этих двух форм нормативности переплетается с квирингом (разрушением) другой и смешивается с ней.

итак, «нейроквир» сначала был глаголом, а затем, как и его корневое слово «квир», оно также стало прилагательным. даже в той первой статье, в которой я использовала этот термин в 2008 году, я использовала его и как глагол, и как прилагательное. как глагол, оно относится к широкому спектру взаимосвязанных практик. как прилагательное, оно описывает вещи, которые связаны с этими практиками или которые являются результатом этих практик: нейроквир-теория, а также нейроквир перспективы, воплощения, нарративы, литература, искусство, культура и пространства.

как и «квир», прилагательная форма «нейроквир» также может служить ярлыком социальной идентичности. человек может быть нейроквиром, и он может заниматься нейроквирингом. индивид, занимающийся нейрокогнитивными исследованиями, — это любой индивид, чья идентичность, самосознание, гендерные характеристики и/или нейрокогнитивный стиль каким-то образом были сформированы их участием в практиках нейрокогнитивных исследований, независимо от того, с каким полом/гендером, сексуальной ориентацией или стилем нейрокогнитивного функционирования (т.е. нейротипом) они, возможно, родились.

или, выражаясь более кратко (но, возможно, более сбивающе с толку): вы нейроквир, если вы нейроквир.

итак, что же означает «нейроквир» как глагол? каковы различные практики (деятельности), которые подпадают под определение «нейроквир»?

1. будучи одновременно нейроотличными и квир, с некоторой степенью осознания и/или активного исследования того, как эти два аспекта человеческого существа переплетаются и взаимодействуют (или, возможно, являются взаимообразующими и неразделимыми).
2. воплощение и выражение своего нейроотличия способами, которые также искажают представление о гендере, сексуальности, этнической принадлежности и/или других аспектах своей идентичности.
3. участие в деятельностях, направленных на то, чтобы отменить и ниспровергнуть собственную культурную обусловленность и укоренившиеся привычки к нейронормативному и гетеронормативному поведению, с целью восстановления своей способности более полно выражать свой уникальный, «странный» потенциал и склонности.
4. вовлечение в «квирность» собственных нейрокогнитивных процессов (и своего внешнего воплощения и выражения этих процессов) путём намеренного изменения их таким образом, чтобы создать значительное и длительное увеличение расхождения с преобладающими культурными стандартами нейронормативности и гетеронормативности.
5. подходить, воплощать и/или переживать своё нейроотличие как форму квирности (например, способами, которые вдохновлены или похожи на способы понимания квирности и подхода к ней в квир-теории, гендерных исследованиях и/или квир-активизме).
6. создание литературы, искусства, учений и/или других культурных продуктов, которые выдвигают на первый план опыт, будущие перспективы и голоса нейроквир людей.
7. выработка критических откликов на литературу и/или другие культурные продукты с акцентом на вложенную в них (преднамеренно или непреднамеренно) репрезентацию и на то, как эти характеристики освещают и/или проливают свет на реальные жизни и переживания нейроквир людей.
8. работа по преобразованию социальной и культурной среды с целью создания пространств, сообществ и в конечном счёте — общества, в котором допускается, принимается, поддерживается и поощряется участие в любой или всех вышеперечисленных деятельностях.

итак, вот оно — от людей, которые ввели вам этот термин. данное нами определение, опять же, не является «последним словом» по этому вопросу, потому что пытаться сделать такое было бы просто глупо. я скорее надеюсь, что это будет воспринято как «первое слово» — широкое рабочее определение, из которого будут исходить дальнейшие теория, практика и продолжение «игры».

счастливого нейроквиринга!

original essay: https://neuroqueer.com/neuroqueer-an-introduction/