нечто

2 глава

Руслан мрачно кивнул, его пальцы сжимали нож с такой силой, что костяшки побелели.  

— Режь, — прошептал он, его голос был как ураган, поднимающий пыль из забытых кошмаров. — Начерти круг.  

Нил дрожащей рукой провёл лезвием по ладони. Кровь хлынула тёплой струйкой, и он начал рисовать на полу больницы. Каждая капля казалась живой, шевелилась, как червь, выписывая странные узоры.  

— Теперь зеркало, — Руслан шагнул вперёд, его тень слилась с тьмой. — Смотри в него.  

Нил поднял глаза. Зеркало отражало не его лицо, а пустоту, звёздное небо, где не было ни звёзд, ни луны. Только тьма, которая смотрела на него.  

— Произнеси её имя, — прошептал Руслан.  

— Я не знаю его, — выдавил Нил.  

— Оно в тебе.  

Нил зажмурился. Его губы сами открылись, и он услышал своё имя, но произнесённое на языке, который он никогда не знал. Тьма в зеркале зашевелилась, вытягиваясь, как дым.  

Свет свечей погас.  

Вокруг них закружился ветер, холодный, как дыхание могилы. Нил почувствовал, как что-то скользнуло по его ноге, обвивая её. Он хотел закричать, но голос застрял в горле.  

— Она здесь, — прошептал Руслан, его глаза горели, как угли.  

В зеркале появилась фигура. Она вышла из тьмы, её движения были плавными, как у змеи.  

— Нил, — прошептала она, и её голос был как тысяча шепчущих листьев.  

Он хотел отступить, но ноги словно приросли к полу.  

— Кровь… — её пальцы коснулись его лица, оставляя за собой влажный след.  

В этот момент дверь в палату с грохотом распахнулась.  

— Руки вверх! — крикнул кто-то.  

Нил обернулся. В дверях стояли полицейские с фонариками, их лица были напряжены.  

— Что за чертовщина тут происходит? — спросил один из них, направляя ствол на Руслана.  

— Ничего, — ухмыльнулся Руслан, его губы растянулись в улыбке, которая не обещала ничего хорошего.  

— Закройте рот и на пол!  

Нил посмотрел в зеркало. Оно было пусто.  

— Скоро, — прошептал голос в его голове.  

Полицейский участок встретил их ярким светом флуоресцентных ламп, режущим глаза после больничного мрака. Руслан развалился на стуле, будто сидел в баре, а не в кабинете следователя. Его пальцы барабанили по столу, выводя ритм, похожий на погребальную песню.  

— Ну-ка, пацаны, — следователь, лысый мужчина с жёлтыми от никотина пальцами, швырнул папку на стол. — Охрана заведения, которое, на минуточку, официально закрыто десять лет назад, сообщает о двух несовершеннолетних, копошащихся в тёмных коридорах.  

Нил стиснул зубы. Его ладонь, замотанная в грязный бинт, пульсировала.  

— Мы просто… исследовали, — пробормотал он.  

— Исследовали? — следователь усмехнулся. — В три часа ночи? С ножами и свечами?  

Руслан засмеялся, резко, как треск костей.  

— А что, нельзя? — он наклонился вперёд, его глаза блестели, как лезвия. — Может, мы археологи?  

Следователь нахмурился.  

— Вас видели возле морга.  

Тишина повисла, густая, как смог.  

— Там интересно, — Руслан щёлкнул языком. — Особенно когда что-то… шевелится.  

Нил вздрогнул. В его голове снова зазвучал шёпот.  

— Вам не кажется, что вы зашли слишком далеко? — следователь прищурился.  

Руслан ухмыльнулся.  

— Это только начало.  

За окном грянул гром. Свет на мгновение погас.  

Когда он вернулся, на столе лежал мокрый отпечаток — будто кто-то наступил в лужу крови.  

Следователь побледнел.  

— Что за…  

— Она идёт, — прошептал Нил.  

Дверь кабинета медленно скрипнула.  

Дверь кабинета распахнулась, впуская разъярённых родителей.  

— Опять?! — мать Руслана, женщина с тёмными кругами под глазами, вцепилась в кошелку, будто хотела швырнуть её в сына. — Мы тебе сколько раз говорили?!  

Отец Руслана, мужчина с седыми висками и потрёпанным лицом, молча схватил сына за плечо. Его пальцы впились в кожу, оставляя белые отметины.  

— Ты опять за своё? — прошипел он. — Опять эту чёртову дрянь в голову лезешь?!  

Руслан лишь усмехнулся, его глаза блестели, как у кота, поймавшего мышь.  

— Пап, ты бы видел, что я нашёл…  

— Заткнись! — отец дёрнул его так, что стул заскрипел.  

Тем временем мать Нила, хрупкая женщина с дрожащими руками, обхватила сына, будто боялась, что его унесёт ветром.  

— Что они с тобой сделали? — её голос дрожал. — Ты же не… не участвовал в этом?  

Нил хотел ответить, но язык будто прилип к нёбу. В ушах снова зашептали.  

— Он ничего не понимал! — мать резко повернулась к следователю. — Этот… этот (она кивнула на Руслана) всегда влипает в такое, а мой просто… просто попал под влияние!  

Следователь вздохнул, потирая переносицу.  

— Вы понимаете, что они были в закрытой зоне? Что у них были ножи, свечи…  

— Ах, да ладно! — Руслан фыркнул. — Мы просто…  

— ЗАТКНИСЬ! — отец встряхнул его так, что зубы щёлкнули.  

В этот момент лампа над столом замигала.  

Все замолчали.  

На полу, между ног Руслана, растеклась лужица — тёмная, густая.  

Мать Нила вскрикнула.  

— Что это?!  

Руслан медленно улыбнулся.  

— Она пришла.  

Дверь кабинета захлопнулась сама собой.  

В углу, где раньше была пустота, зашевелилась тень.

Лампа мигнула в последний раз, и тьма на мгновение поглотила всё. Руслан резко схватил Нила за руку, его пальцы впились в запястье, как когти.  

— Беги, — прошептал он, и его голос звучал так, будто его выдавили из груди.  

Нил не успел подумать — его ноги уже несли его вперёд, через полупустой коридор, мимо испуганных лиц полицейских. Дверь участка распахнулась сама собой, и они вырвались на улицу. Ночь встретила их холодным ветром, который бил в лицо, как оплеуха.  

— Ты псих! — рявкнул Нил, вырвавшись из хватки Руслана. Он остановился, его грудь тяжело вздымалась, а сердце колотилось так, будто хотело вырваться наружу. — Зачем я вообще связался с тобой? Жил бы себе спокойно, а теперь… теперь меня по стопам какая-то хуйня преследует!  

Руслан стоял, опустив голову, его пальцы непроизвольно сжимались в кулаки.  

— Ты ебаный сатанист! — продолжал Нил, его голос дрожал от злости и страха. — Ты обещал избавиться от этого! А в итоге всё только хуже!  

— Я не хотел этого, — тихо сказал Руслан, его голос был едва слышен.  

— Не хотел?! — Нил бросился к нему, схватив за грудки балахона. — Ты сам меня втянул в это! Сам сказал, что я могу помочь, что мы всё исправим! А теперь…  

Руслан поднял глаза, и в них читалось что-то, что заставило Нила отпустить его.  

— Ты сам последовал за мной, — прошептал Руслан. — Ты сам хотел знать.  

Нил отступил, его руки дрожали.  

— Да, хотел! — крикнул он. — Хотел понять, что с тобой не так! Потому что ты всегда был… не таким, как все! Но я не хотел этого!  

Руслан посмотрел вниз, его губы дрожали.  

— Прости, — он произнёс это так тихо, что Нил едва расслышал.  

За их спинами раздался глухой стук, как будто что-то упало на землю. Нил обернулся. В тени, под фонарём, стояла фигура — высокая, тонкая, с лицом, покрытым тьмой.  

— Она здесь, — прошептал Руслан.  

— Я больше не могу, — сказал Нил, его голос срывался. — Я ухожу.  

— Нил…  

Но Нил уже повернулся и зашагал прочь, его шаги были быстрыми, неровными. Руслан остался стоять, его тень слилась с ночью, а фигура в тени фонаря медленно двинулась в его сторону.  

Нил шагал вперёд, его шаги эхом отдавались в пустынной улице. Угол дома уже маячил впереди, обещая безопасность, хотя бы на время. Он не оборачивался, не хотел видеть Руслана, не хотел видеть её. Но спиной он чувствовал, как тень движется за ним, как будто сама ночь решила преследовать его.  

— Нил… — голос Руслана был едва слышен, но он звучал как предупреждение.  

Нил не останавливался.  

И тут это случилось.  

То, что раньше было лишь фигурой в тени, рванулось вперед с пугающей скоростью. Оно не было похоже на человека теперь — скорее на тёмную, вязкую массу, которая двигалась как жидкий дым. Нил не успел и крикнуть. Оно набросилось на него, обвиваясь вокруг его тела, как змея. Он упал на землю, его голова ударилась о мостовую, и сознание начало уплывать.  

Руслан бросился вперёд, его сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди. Он видел, как тёмная субстанция, словно жидкий металл, заползала в рот Нила, проникала в него, как будто искала что-то внутри.  

— Нет! — прохрипел Руслан, падая на колени рядом с телом друга.  

Нил лежал неподвижно, его глаза были закрыты, а губы слегка приоткрыты. Руслан схватил его за плечи, тряс, но тот не реагировал.  

— Нил, блять, просыпайся! — его голос был хриплым, почти рычанием.  

Но Нил не отвечал.  

Тёмная жидкость исчезла, полностью растворившись внутри него. Руслан сжал кулаки, его ногти впились в ладони, но он чувствовал только пустоту.  

— Что ты с ним сделала? — прошептал он, обращаясь к ночи, к тому, что скрывалось в её тени.  

Ответа не последовало. Только ветер шептал что-то на языке, который Руслан не мог понять.  

Нил пришёл в себя на холодном полу гостиной, голова раскалывалась, как после удара молотком. В горле стоял привкус железа, а тело казалось чужим, будто его кто-то собрал из разрозненных частей. Руслан сидел рядом, его лицо в полумраке казалось бледным, почти прозрачным.  

— Ты в порядке? — спросил он, голос его был спокоен, но в глазах читалась тревога.  

— Где я? — Нил с трудом поднялся, опираясь на локоть.  

— У меня дома. Ты… упал.  

Нил посмотрел на свои руки. Они дрожали, но на них не было ни ран, ни следов тёмной субстанции, которая, казалось, заползла в него.  

— Что… что это было? — он поднял глаза на Руслана.  

Тот молчал, его губы сжались в тонкую линию.  

— Ты должен был слушаться меня, — наконец проговорил он. — Но ты ушёл.  

Нил хотел ответить, но в этот момент в дверь постучали.  

— Кто это? — спросил он, почувствовав, как сердце снова начало бешено колотиться.  

Руслан встал, его движения были медленными, словно он мешал себе идти.  

— Родители, — прошептал он, открывая дверь.  

В проёме стояли отец и мать Нила — отец с мрачным лицом, мать с глазами, полными страха.  

— Нил, ты в порядке? — мать бросилась к нему, обнимая так крепко, что у него перехватило дыхание.  

— Да, я… — он замолчал, не зная, что сказать.  

Отец взглянул на Руслана, его глаза были холодными, как лёд.  

— Ты, — он указал на Руслана пальцем, который дрожал от злости, — забрался к нам в дом, заманил этого… мальчишку в свою чёртову игру, а теперь он еле живой!  

Руслан молчал, его руки сжались в кулаки.  

— Мы заберём его домой, — отец Нила повернулся к сыну. — И ты больше не подойдёшь к этому… этому ублюдку.  

Нил хотел возразить, но слова застряли в горле.  

— Он не ублюдок, — прошептал он.  

Отец схватил его за плечо, таща к двери.  

— Не защищай его.  

Руслан стоял в дверях, его глаза горели, как угли.  

— Нил, — он произнёс его имя так, будто это было заклинание.  

Но Нила уже тащили к машине.  

В доме Руслана повисла тишина, нарушаемая только шёпотом ветра за окном.  

— Ты совершил ошибку, — раздался голос из тени.  

Руслан не обернулся.  

— Я знаю, — прошептал он.  

Тьма зашевелилась, и фигура вышла на свет.  

— Он твой, — прошептала она.  

Руслан кивнул.  

— Он мой.  

Но в его голосе не было уверенности.  

Нил сидел на заднем сиденье машины, смотря в окно. Ветер за окном шептал что-то на языке, который он не мог понять.