Небо

Небо

YoRenaissance

Алый закат окрасил кольцо на крепких и родных руках любимого.

- Угадай кто!

Аромат одеколона заставил Милу ещё мечтательней улыбнуться.

- Лучше бы подошёл и поцеловал меня, дурак...

Он опустил руки и, вернув обзор на летнюю лужайку, приобнял. Щетиной коснулся нежной шеи. Прошлись мурашки.

- Чего так долго?

- Звонили из части.

- Что-то серьёзное?

- Да нет. Просто начальник части заварил какую-то кашу. Теперь пресмыкается и нас подминает.

- Давно не служил, а на номер звонят. Деловая колбаса. - Мила, дразня, нахмурила лоб.

- Ой да хватит тебе уже. - они улыбнулись и со сладко трепещущим сгустком у подножия горла поцеловались.

Уставившись влюблёнными глазами друг на друга, она спросила:

- Вино принёс?

- Bien sur, mon amour!

***

Луна оттеняла синим шторы, подушка была как никогда мягкой, а потому Мила провалилась в сон, вспьянённая гормонами и виноградным эликсиром.

Дверь лениво скрипнула.

- Женька, ты что ли?

Подлый пол выдал скрытного брата и тот, повинуясь злодейке-судьбе, с нахмурившимся лицом зашёл в комнату.

- Что случилось?

Евгений, с обиженным лицом, дипломатично и без ноток возмущения начал:

- Мама не хочет, чтобы я поехал к бабушке...

- Потому что ты едешь увидеться, в первую очередь, с друзьями.

Он слегка опустил голову и также серьёзно продолжил:

- Да. Поможешь мне?

Мила вздохнула, прошлась пальцами по расчёске и повернулась обратно к зеркалу расчёсываться.

- Только с одним условием. - брат бросил воодушевлённый взгляд. - Ты поможешь бабушке с уборкой: подметёшь, выкинешь мусор и так далее, понял?

Женька помялся, помялся, но понял, что диктовать свои условия ему действительно пока ещё рановато.

- Хорошо.

- Договорились?

- Договорились.

- Маааам...

В последующий час, сохранившийся в мутных и рассыпчатых воспоминаниях сна, они покушали, отец был уже в пути с братцем, а Мила домывала посуду.

- Елена Степанна, какой сериал на этот раз мы с Вами будем смотреть?

- Мила Жоржовна, скорее домывайте посуду и будет Вам сюрприз.

Посуда как-то сама собой быстро домылась. Дочь надела очки и поспешила бы в комнату, если б не гудящий шум за окном. Вот и сюрприз!

Штукатурка слегка завибрировала, а звук вызвал тревожное биение сердца. Жители дома №-надцать, живущие выше пятого этажа с солнечной стороны, бросили все свои дела и побежали к окнам. Мила не была исключением так как звуки встревожили её эмоциональную натуру до глубины души. Открыв окно, на девятом этаже, она посмотрела на пейзаж своего маленького городка. Увиденное заставило ноги подкоситься, а челюсть дрожать.

Небо разрывали три чёрных как уголь самолёта. Они летели клином, пока не достигли центра города. Тут боковые резко разошлись в противоположные стороны, а главный начал делать затяжную, как затишье перед бурей, мёртвую петлю.

Тысячи лиц с тревогой наблюдали за манёвром, который всё тянулся и тянулся, будто тетива натягиваемая до предела, чтобы насквозь поразить своей стрелой. И вот стальная птица коснулась своего пика.

Свистом вспарывая ветер из самолёта начали выпадать белые нити. Они переплетающейся лентой падали на дороги и здания. Мила, железной хваткой уцепившаяся в подоконник, присмотрелась. Это не были нити.

Огромные белые змеи выпали быстро как весенний дождь и начинали свой пир. Сотнями растекавшиеся реки смерти, они забирали жизнь оставляя в последние мгновения жизней картинки клыков или ощущения выцеживающего удушения. Крики наполнили улицы отзванивая последние моменты жизни в витринах и хрустале. Заядлые враги, вспыльчивые любовники, должник и кредитор - все слились воедино в метаболизме бледных, с пустыми глазами, чудовищ.

- Брат! Папа!

Мила отпрянула от окна и рванулась в соседнюю комнату.

- Звони им! Звони, немедленно!!! - срывая голос закричала она.

Мать присела и, не моргая и слегка приоткрыв рот, позвонила. Выдержав приличную паузу, после гудков последовал ответ:

"К сожалению, абонент не может принять ваш вызов."

***

- Нет! Нет! Нет!

Простынь прилипла к спине, глаза устремились в потолок, а дыхание ни на секунду не прерывало учащённого темпа.

- Тихо, тихо, тихо... Тчшшш... - как колыбельная зазвучали слова любимого голоса. - Кошмар приснился?

Мурашки от холода потихоньку начали пропадать из-за согревающих объятий. Слёзы прекратили утопать в подушке.

- Всё хорошо?

- Да. - они крепче обнялись и ей стало легче.

В соревновании с рассветом комнату спешил осветить телефон. Наигрывая раздражающую мелодию на экране высветился номер начальника штаба.

- Не поднимай трубку!

- Ты чего?!

- Не отвечай! Это опасно!

- Алё!

Ей так и не удалось вырвать телефон. Мила вскочила с кровати, приоделась и заслонила шкаф в оборонной позиции. По"угу"кав он ответил:

- Бегу!

Встав с кровати и замотавшись простынёю он встретил укорительный взгляд.

- Дорогая, - говоря это дорогой наблюдал, как она сдерживается, чтобы не разрыдаться, но медленно вымолвил. - началась война.

Её силы с минуты на минуту готовились её покинуть. Слёзы высвободились и голова начала покачиваться из стороны в сторону.

- Нет. - Мила сомкнула веки. - Нет. Нет-нет-нет, ты никуда не пойдёшь.

Он начал одевать то, что было у кровати.

- Ты же понимаешь, что когда-то мне бы пришлось...

- А ты не понимаешь, что тебя ждёт. Мне только что приснился сон. Никто не останется в живых. Давай, пока не поздно, уедем отсюда. С семьями, с родными, ну же!

Пока она пыталась переубедить его, по утреннему небу плыли три чёрные точки. Без всяких пируэтов открылись люки и мирно спящие люди через несколько секунд превратились в частички на бетонных руинах.

Кто был тем слепым ищейкой нашедшим романтику в войне? Вся прелесть жизни вместе с ней погибает, тёмно алыми каплями просачиваясь в землю, как на горизонте закат.


предыдущий рассказ