must be love
#бонус #артАУ #морковканаструне— Кажется, ещё рано.
Тэхён убирает вибрирующий телефон в сторону, только собираясь прикоснуться к горячей кружке кофе, который едва успел приготовить. Но прежде чем его пальцы обхватывают керамическую поверхность, он чувствует лёгкую тяжесть на своём плече. Это прикосновение так привычно. Следом за этой тяжестью он ощущает короткие, ленивые поцелуи, которые касаются его кожи вдоль шеи, оставляя едва заметные остывающие следы. Последний поцелуй тонет в рыжих кудрявых волосах, и от этого Тэхён едва заметно вздрагивает, но не от неожиданности — от удовольствия.
— Проснулся уже? — тихо шепчет он, не отрывая взгляда от ещё дымящегося кофе.
Чонгук в ответ только глухо мычит, прикрыв глаза.
Парень поворачивается, и их взгляды встречаются. Сонные глаза Чонгука (один смешно прикрыт), мило подрагивающие ямочки на щеках и волосы разметавшиеся после сна.
Чон тянется, обхватывает руками талию морковки, притягивая ближе.
— Твой кофе готов, — шепчет Тэхён, с улыбкой поднося кружку к губам.
— Спасибо, — отвечает Чонгук. Но вместо того, чтобы взять кофе, он чуть хрипло добавляет, — Хочу сперва тебя.
Их губы встречаются, мягко касаясь друг друга, а в поцелуе пробегает лёгкая улыбка. Ким едва успевает поставить кружку на стол, как руки уже тянутся к лицу Чонгука, обхватывая тёплыми ладонями. Чонгук целует, всё глубже, сильнее, вплетая свои чувства в каждое касание. Его руки уже соскальзывают вниз, изучая знакомые линии тела, обводя ладонями бёдра и сжимая ягодицы.
Тэхён выдыхает, когда чувствует, как руки Чонгука пробираются под его рубашку, медленно поднимаясь по спине, словно желая запомнить каждый изгиб. Пальцы нежно касаются кожи, а подушечки оставляют за собой едва заметные следы, которые заканчиваются лёгкими царапинами — ласковыми и вызывающими одновременно.
Чон осторожно подхватывает его и поднимает на кухонный стол, устраиваясь между ног, которые уже обвили его бёдра. Тэхён чувствует, как тело плавится под этим давлением, спина постепенно прогибается, как будто его укладывают на холст, на котором сейчас будет создана новая картина. Губы Чонгука соскальзывают вниз, к шее, оставляя влажные следы поцелуев, а пальцы начинают неспешно расстёгивать пуговицы рубашки, обнажая бледную кожу.
Когда рубашка распахнута, Чонгук прижимается губами к острым ключицам, спускаясь ниже, не забывая нежно зацепить чужой сосок, от чего Тэхён вздрагивает и издаёт тихий, едва слышный стон. Дыхание становится глубже, когда пижамные шорты Кима аккуратно скользят вниз, открывая его бёдра.
Чонгук снимает собственную майку, оголяя подтянутый пресс, мышцы напрягаются, когда он снова наклоняется, чтобы поцеловать внутреннюю сторону бедра парня. Дыхание горячее, и Тэхён почти теряется в ощущениях, но в последний момент кладёт руку на плечо Чонгука.
— Мы снова увлечёмся и опоздаем, — голос тихий, но решительный.
Чонгук закатывает глаза, его улыбка становится шире, когда он кусает за бедро, явно не желая сразу отпускать.
— Ладно.
Тэхён выгибается и прикрывает глаза от нахлынувшего тепла, когда Чон плотно смыкает пальцы на его члене, делая несколько движений. Их губы снова встречаются в мокром поцелуе, а руки Кима скользят по спине Чонгука, оставляя после себя белые царапины. С каждым движением дыхание всё прерывистее, ощущение близости становится невыносимым.
Гитарист чуть ослабляет хватку, спуская свои пижамные брюки вместе с бельем немного ниже, оголяя худые тазовые косточки. Он проводит несколько раз по собственному возбуждению и обхватывает их вместе. Парень туго сжимает пальцы, плавно скользя, то вверх, то грубо возвращаясь вниз. Снова повторяя эту махинацию: меняет скорость, накрывает головку ладонью и спускается кулаком к основанию.
Чонгук двигает так, будто вырисовывает грани на полотне: его руки словно кисти, легко касающиеся кожи Тэхёна. Каждое касание как тонкий, золотистый штрих. Каждый новый поцелуй — ещё глубже, ещё более отчаянный.
Их момент слияния. «Поцелуй», Климта.
Тэхён выгибается сильнее, чувствуя, как накатывает волна, его немой стон растворяется в тихих вздохах Чонгука, который продолжает целовать шею, чуть сжимая тело в своих руках.
Чон тяжело дышит, прижимаясь к плечу Тэхёна, оставляя напоследок мягкие поцелуи в волосы. Через минуту он поднимает свою футболку, чтобы вытереть их белесые следы страсти с кожи парня.
— Твой кофе остынет, — шепчет хрипло Ким.
Их внимание привлекает лёгкий звук — рыжий кот, Чуя, запрыгивает на стол, едва задев лапой кружку, отчего жидкость слегка расплёскивается по столешнице. Чуя не пугается, напротив, принюхивается к аромату и затем плавно спрыгивает обратно на пол, где его уже ждёт второй кот, чёрный, с ленивой улыбкой во взгляде. Дазай развалился в миске и терпеливо ждёт, когда его наконец-то покормят.
Чонгук смеётся, тянется рукой, чтобы погладить котов, а Тэхён всё ещё ощущает приятное тепло от их близости, невольно улыбаясь.
Эти два пушистых хвоста, которых они подобрали после переезда, теперь стали частью их маленького мира.
But if it feels like love.
If it feels like love.
Под «Black Sheep» они разгружали коробки после переезда в их общую квартиру. Под «Must Be Loved» они каждое утро целуются на кухонном столе, а под «My Love Mine All Mine» Тэхён согласился на предложение Чонгука о чём-то вечном и будущем.
Они давно живут вместе.
Они давно вместе.
Они давно живут друг другом.
Они обожают целоваться — везде и всегда. На репетициях Чонгук всегда находит способ ускользнуть от бас-гитары, чтобы прижать Тэхёна к себе, и не важно, сколько людей вокруг. В мастерской Тэхён создаёт свои картины, но даже среди красок и холстов их близость столь же яркая и живая, как его произведения. После каждого концерта за кулисами они тоже находят мгновение уединения — для Чонгука не существует ничего важнее, чем снова и снова ощущать Тэхёна рядом, его тепло, его губы. Особенно сильно любит затягивать морковку в медленный и долгий поцелуй после минета. :)
Когда они возвращаются домой, в их квартиру, становится особенно тихо и интимно. Дома у двери их всегда ждёт чёрно-рыжий беспорядок. Эти двое как будто олицетворение их самих. По утрам Чуя, тот, который рыжий, вгрызается в хвост Дазая, а тот ответно бьёт его по лбу, громко скидывая с кровати. Но вечером они всегда смиренно укладываются рядом (порой Чуя позволяет себе уложить свои конечности поверх морды второго), выдерживая все облизывания чёрного.
И в этих мгновениях они понимают, что их мир — это не только карьера, музыка или выставки, но и бесконечная любовь, которая проникает во все аспекты их жизни: от бесконечных поцелуев до тихих вечеров на диване с мурчащими двумя «хвостами» у ног.
«блин, как хорошо, что я тебя не убил при первой нашей встрече. а сейчас люблю!»