mother!

mother!

Maksim Doroshenko

Краткое описание фильма, его официальный синопсис, переписывать сюда абсолютно бессмысленно, он только собьёт вас с толку. Вообще, вся пиар-кампания нового фильма Аранофоски потерпела полное фиаско, она была откровенно странной: трейлер «мамы!» крутили перед всеми свежими хоррорами, а все профильные сайты употребляли теги «триллер» и «ужасы» рядом с новостями о сабже. При этом фильм хоррором не является. Результатом, как известно, стал очень плохой зрительский рейтинг: с сеансов уходили задолго до окончания фильма (при мне, кстати, тоже уходили), а по возвращении домой среднестатистический зритель ставил фильму жирную двойку, попутно делясь своим негодованием с другими пользователями соц сетей. Но это некоторое отступление.


«мама!» это одна большая, длящаяся два часа, метафора. Более того, здесь даже нет, если так можно выразиться, людей — все персонажи абстрактные. В процессе просмотра зритель так или иначе должен прийти к такому выводу. Потому что помимо нарастающего абсурда происходящего, мы замечаем, например, что ни у одного у участников этого действа даже нет имён. «мама!» это огромный пазл, который тебе предстоит разгадать, собирая отсылки и сопоставляя их друг с другом. Именно это в «маме!» мне понравилось больше всего — я в принципе люблю такие фильмы, о которых ты думаешь ещё долго после просмотра, ты ужасно хочешь их разгадать, самостоятельно. Да, Аранофски (очень зря) рассказал сам, в чём суть его фильма, буквально спустя несколько дней после премьеры, но у меня успела сложиться собственная интерпретация происходящего, которой я и хочу поделиться.


Если кратко обозначать идею Аранофски, то он пояснил, что фильм активно использует отсылки как к Новому, так и Ветхому Завету. То есть все персонажи перед нами взяты прямиком из Библии; основные это Бог (Бардем), Гея (Лоуренс), Адам и Ева (Харрис и Пфайффер), братья Глисон (Каин и Авель). Рождённый сын это, соответственно, Иисус — он практически сразу после рождения (и это очень жёстко отражено в фильме) становится жертвой разъёренной толпы. Всё складно и очень мощно перенесено на историю одной пары. Но есть ещё один момент, за который я уцепился, когда рассуждал, и из которого родилась потом моя теория. Я сразу оговорюсь — это действительно теория, которая пришла мне в голову после просмотра, уже потом я прочитал, что некоторые люди тоже начинали мыслить в том же направлении. Мы всё равно соединяли все нити совсем по-разному.


Итак, по сюжету персонаж Бардема — писатель (я так и буду его называть дальше, чтобы удобнее было), который никак не может вернуться к ремеслу, он за последнее время не написал ни строчки. Этот персонаж представляется мне неким условным творцом; это может быть писатель, музыкант или художник — главное, что он творит, он что-то создаёт. Героиня Лоуренс, от лица которой мы и следим за всеми событиями, это олицетворение «вдохновения», которая, восстанавливая сгоревший дом, наводит порядок в голове писателя. Далее появляется умирающий поклонник (Эд Харрис) и его семья, которые запускают цепочку событий, заканчивающуюся одной смертью. Такая встряска приводит к тому, что писатель условно возвращает себе вдохновение — после продолжительного времени в состоянии комфорта, он наконец оказывается вне этого состояния и у него рождается произведение. Произведение это новорожденный сын. Но писатель жаждет внимания, жаждет славы, именно поэтому он вновь связывается с продюсером и выпускает книгу. После этого в его дом начинают приходить толпы фанатов, даже фанатиков. Заканчивается всё тем, что эти фанатики начинают в буквальном смысле разбирать дом по кусочкам, а его сына (произведение) они сначала забирают себе (он посвятил свои труды всем и каждому), а потом и вовсе съедают, разорвав на части. Вдохновение покидает писателя, сжигая его дом в очередной раз. Так фильм начинается и так же он заканчивается. Получается бесконечный цикл, выход из которого возможен лишь в том случае, если писатель прекратит приносить свои труды в жертву ради славы.


Такая теория конечно же сталкивается с некоторыми противоречиями в процессе просмотра, но в целом, мне кажется, такое прочтение тоже возможно, даже если общий мотив был библейским. «мама!» хороша тем, что многослойна, она даёт простор рассуждать и строить теории, даже если ты знаешь, что конкретно автор имел в виду. К примеру, когда Аранофски спросили, говорил ли он в том числе о частной и публичной жизни знаменитостей, он ответил, что нет, но в то же время подметил ему нравится, что люди читают фильм по-разному. Разве это не интересное явление?