morena, morena часть 3

Арин проснулась утром от того, что кто-то тряс её за плечо с такой энергией, будто пытался реанимировать.

— Арин! Вставай! — голос Ихен звенел как колокольчик, полный утреннего энтузиазма. — Мы пропустим завтрак, а потом экскурсию! У нас сегодня квест! Это будет весело!

Она открыла глаза. Потолок с трещиной, солнечные лучи, лицо подруги. Всё как вчера. Но ничего не было как вчера.

— Сколько времени? — прохрипела она, чувствуя, что язык будто прилип к нёбу.

— Половина восьмого! Нам нужно быть внизу через сорок минут. Я уже всё собрала, смотри! — Ихен указала на свой рюкзак, доверху набитый водой, солнцезащитным кремом, полотенцем и какой-то едой. — Я как шпион, приготовилась ко всему.

Арин села на кровати и провела рукой по лицу. Голова гудела, и не от недосыпа. Она помнила всё. Каждое слово вчерашнего разговора на пляже. Его лицо, когда он сказал: «Я не сдамся». Ту боль в его глазах, которая почему-то отозвалась болью в ней.

«Это ничего не значит, — твердила она себе, пока вставала и плескала водой в лицо. — Я не обязана ничего чувствовать. Мы просто случайно услышали одну и ту же мелодию. Это может быть ошибкой. Вселенная иногда ошибается. Все ошибаются».

Она так отчаянно хотела в это верить, что почти убедила себя.

— Ты какая-то бледная, — Ихен подошла и заглянула ей в лицо, прищурившись. — У тебя всё нормально? Может, ты заболела?

— Всё хорошо, — ответила Арин, натягивая на себя улыбку, такую фальшивую, что Ихен нахмурилась. — Просто устала. Вчера был долгий день.

Ихен не поверила. Арин видела это по тому, как подруга скрестила руки на груди и прикусила губу — привычный жест, когда она что-то обдумывала и решала, стоит ли давить.

— Ладно, — наконец сказала Ихен, решив не лезть. — Но если что — я здесь.

Арин кивнула и пошла переодеваться. Она выбрала простые джинсовые шорты и свободную футболку — ничего, что привлекало бы внимание. Она не хотела привлекать внимание. Она хотела стать невидимой.

Но внутри неё, где-то в груди, тихо звучала та мелодия. Как напоминание о том, от чего она не могла убежать.

***

Завтрак прошёл в напряжённой атмосфере. По крайней мере, для Арин. Она сидела между Ихен и Джухуном, напротив — Сонхен, который, как обычно, молчал и поглощал еду с видом философа, созерцающего вечность.

Она старалась не смотреть на соседний стол. Но это было невозможно. Конхо сидел там, спиной к ней, и даже не поворачивался. Он разговаривал с Мартином, и его голос был спокойным, без привычной громкой ноты. Арин поймала себя на том, что прислушивается к его словам, но они были неразборчивы.

«Зачем тебе это? — спросила она себя. — Ты же ненавидишь его. Ты должна радоваться, что он сидит подальше и не лезет к тебе».

Но она не радовалась. Она чувствовала пустоту. Как будто часть её мира исчезла, и на её месте образовалась зияющая дыра.

— Арин, — Джухун прервал её размышления. — Ты слышала про квест? Говорят, разбили на группы по шесть человек. Будем искать сокровища по карте. Что-то про историю Чеджу.

— Звучит интересно, — ответила она, хотя на самом деле её это мало волновало.

— Да, — подключилась Ихен. — Мартин сказал, что он капитан нашей команды. Мы, он, Джухун, Сонхен… — она замолчала, заглядывая в телефон, где был список, — и ещё Пак Минджу и Конхо. Потому что их команда недобрала людей.

Арин замерла. Ложка с рисом застыла на полпути ко рту.

— Конхо? — переспросила она, и голос предательски дрогнул.

Ихен подняла брови.

— Да. А что? Ты против?

— Нет, — быстро ответила Арин. — Просто… неожиданно.

Она опустила ложку и уставилась в тарелку. Весь день. Весь день быть с ним в одной команде. Выполнять задания, ходить по маршруту, взаимодействовать. Это было испытанием, которое она не просила.

«Ты справишься, — сказала она себе. — Ты сильная. Просто игнорируй его. Делай вид, что его не существует. У тебя получится».

Но где-то глубоко внутри она знала, что не получится. Потому что она чувствовала его присутствие даже сейчас, за двумя столами. Как тепло, которое не видишь, но ощущаешь кожей.

***

После завтрака все собрались в холле. Учителя раздали карты, объяснили правила. Квест был простым: найти семь точек, каждая — достопримечательность острова, и ответить на вопрос о его культуре или истории. Побеждала команда, которая справилась быстрее всех.

— Команды уже сформированы, — объявил учитель. — Мы старались смешать людей, чтобы вы лучше узнали друг друга. Список на доске.

Все кинулись к доске, но Арин осталась стоять на месте. Она уже знала, что увидит там его имя рядом со своим. И это знание тяжелым камнем лежало на сердце.

— Команда номер три! — радостно объявила Ихен, возвращаясь. — Я, ты, Конхо, Мартин, Минджу и Джухун. Ну всё, как и говорили, — добавила она, пожимая плечами. — Нас шестеро, потому что кто-то заболел. Ладно, чем больше народу, тем веселее.

Арин молчала. Она стояла, глядя в одну точку, и чувствовала, как где-то в груди начинает нарастать паника. Она не могла дышать. Воздух стал слишком плотным.

— Я выйду на минуту, — пробормотала она и, не дожидаясь ответа, вышла из холла.

Снаружи было солнечно и ветрено. Она прислонилась к стене гостиницы, закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов. Солёный морской воздух заполнил лёгкие, немного успокаивая.

— Эй, — услышала она голос сбоку.

Она открыла глаза. Сонхен стоял в трёх шагах от неё, опершись плечом на стену. Он смотрел на море, даже не повернув головы.

— Ты в порядке? — спросил он бесстрастно.

— Да, — ответила она, хотя это была ложь.

Сонхен кивнул, как будто ожидал именно такого ответа. Он всегда был странным — молчаливым, наблюдательным, словно видел то, чего не видели другие.

— Знаешь, — сказал он, всё ещё глядя на горизонт, — иногда нам кажется, что мы контролируем свою жизнь. Что мы решаем, кого любить, кого ненавидеть, с кем дружить. Но Вселенная часто смеётся над нашими планами.

Арин насторожилась.

— К чему ты это говоришь?

— Просто размышляю, — он пожал плечами. — Вчера я видел, как ты смотрела на Конхо на пляже. И как он смотрел на тебя. Между вами что-то есть. Ты можешь отрицать это, но это не изменит фактов.

— Мы с ним не… — начала было она.

— Я знаю, — перебил её Сонхен. — Я не говорю, что вы должны быть вместе. Я говорю, что нельзя убегать от того, что уже случилось. Можно только принять это или сопротивляться. Но сопротивление изматывает. Запомни это.

Он развернулся и ушёл, оставив её одну с её мыслями.

Арин смотрела ему вслед и чувствовала, как по спине пробежал холод. Сонхен знал. Он видел то, что она так отчаянно пыталась скрыть. И это было страшно.

***

Квест начался с водопада Чхонджэйон. Они доехали на микроавтобусе, и Арин села у окна, чтобы не сидеть рядом с Конхо. Она удачно разместилась между Ихен и Джухуном, а Конхо оказался на заднем сиденье, рядом с Мартином.

Всю дорогу она смотрела в окно, но не видела пейзажей. Она видела только своё отражение в стекле — бледное, с тёмными кругами под глазами. Она выглядела так, будто не спала неделю.

— Арин, — тихо позвала Ихен. — Ты точно в порядке? Может, у тебя температура?

— Всё хорошо, — ответила она, не отрывая взгляда от окна.

Она чувствовала спиной его взгляд. Он не смотрел на неё постоянно, но когда она поворачивалась к окну, она видела его отражение — он сидел с серьёзным лицом и смотрел вперёд. Но она знала, что он смотрит на неё. Это чувство было почти физическим.

Когда они вышли у водопада, Арин облегчённо выдохнула. Пространство было открытым, и она могла держаться подальше от него. Она сразу отошла в сторону, сделав вид, что изучает карту.

— Итак, — Мартин хлопнул в ладоши, собирая команду. — Первая точка — здесь. Нужно найти камень с высеченной датой основания водопада и ответить на вопрос. Время пошло!

Все разбежались. Ихен побежала в одну сторону, Джухун и Минджу — в другую. Мартин остался с картой, изучая её. Арин медленно пошла вдоль ручья, делая вид, что ищет камень, но на самом деле она просто хотела побыть одна.

***

Она шла по тропинке, когда услышала шаги сзади. Она не обернулась, но уже знала, кто это. Она чувствовала его — этот тревожный пульс в груди, который появлялся каждый раз, когда он оказывался рядом.

— Ты можешь не делать вид, что не видишь меня, — сказал он, и его голос был тихим, без насмешки. — Я просто хочу найти этот камень. Мы в одной команде, помнишь?

Она остановилась и повернулась к нему. Конхо стоял в нескольких метрах, с картой в руках. На нём была серая футболка и кепка, он выглядел спокойно, но в глазах была напряжённость.

— Я не делаю вид, — холодно ответила она. — Я просто выполняю задание.

— Тогда, может, будем искать вместе? — предложил он, и в его голосе не было привычной игривости. Только усталость. — Это быстрее.

Арин хотела отказаться. Хотела сказать что-то резкое, чтобы он отстал. Но она посмотрела на него и увидела, что он не хочет спорить. Он просто хочет закончить с этим заданием.

— Хорошо, — сказала она неохотно. — Идём.

Они пошли вдоль ручья, и между ними повисло тягостное молчание. Арин старалась смотреть под ноги, но краем глаза видела его руки, его профиль. Он шёл рядом, соблюдая дистанцию, и не пытался заговорить.

— Здесь, — вдруг сказал он, указывая на камень у основания водопада. — Я вижу надпись.

Она подошла ближе. Камень был старым, покрытым мхом, но цифры были видны. Она присела, чтобы рассмотреть их, и почувствовала, как он приблизился.

— Надо записать, — сказал он, протягивая ей ручку.

Она взяла ручку, и их пальцы на мгновение соприкоснулись. Она почувствовала электрический разряд, который пробежал по руке, и поспешно отдернула руку. Он тоже отшатнулся.

— Прости, — сказал он тихо.

— Ничего, — ответила она, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.

Она записала дату в блокнот и встала. Он стоял рядом, глядя на неё, и в его глазах было что-то, от чего ей хотелось убежать.

— Нам нужно догнать остальных, — сказала она.

— Да, — ответил он, но не двинулся с места. — Арин…

— Что? — она повернулась к нему, чувствуя, как внутри всё сжимается.

— Я хочу сказать тебе кое-что, — начал он, и его голос дрогнул. — Не для того, чтобы давить. Просто чтобы ты знала.

Она молчала, ожидая.

— Я не хочу, чтобы между нами была война, — сказал он. — Я понимаю, что для тебя это странно и страшно. Для меня тоже. Но я не могу притворяться, что ничего не произошло. И я не хочу, чтобы ты притворялась. Если тебе нужно время — возьми его. Но не отталкивай меня.

Арин смотрела на него, и слова застревали в горле. Она хотела сказать что-то колкое, чтобы защититься, но вместо этого сказала:

— Я не отталкиваю тебя. Я просто… не знаю, что делать.

— Ты ничего не должна делать, — ответил он. — Просто знай, что я рядом.

Она кивнула, и они пошли назад, к группе. Молчание между ними было другим — не холодным, а усталым. Как перемирие.

***

Следующие точки были не менее напряжёнными. Они прошли через кратер вулкана Сангум, где было ветрено и холодно, через ботанический сад с экзотическими цветами, через старый маяк, где Арин пришлось стоять на самом краю смотровой площадки и смотреть вдаль.

Конхо был рядом, но не лез. Он просто был там, и это одновременно успокаивало и раздражало.

К пятой точке они добрались к середине дня. Это была узкая тропа, ведущая на смотровую площадку у обрыва. Там была старинная статуя, и нужно было сосчитать количество вырезанных на ней узоров.

Тропа была каменистой и скользкой после недавнего дождя. Арин шла осторожно, стараясь не смотреть вниз, где за обрывом бурлило море. Ветер дул сильный, и её волосы развевались, закрывая обзор.

— Осторожнее, здесь скользко, — услышала она голос Мартина, который шёл первым.

— Спасибо, — ответила она, делая шаг вперёд.

Она почти подошла к смотровой площадке, как вдруг её нога соскользнула на мокром гравии. Она пошатнулась, взмахнула руками, пытаясь удержаться, и на мгновение почувствовала, как мир переворачивается вверх дном.

В этот же миг чья-то рука схватила её за локоть, а другая обхватила талию, удерживая от падения. Она почувствовала резкий рывок, и её прижали к чьей-то груди.

Она подняла глаза и встретилась взглядом с Конхо.

Его лицо было бледным, глаза широко раскрыты от испуга. Он тяжело дышал, как будто только что пробежал марафон.

— Ты в порядке? — его голос был хриплым, дрожащим. — Ты чуть не упала с обрыва. Ты что, не смотришь под ноги?!

В его голосе была не злость, а страх. Настоящий, неподдельный страх.

— Я в порядке, — выдохнула она, пытаясь отстраниться. — Отпусти меня.

Он не сразу отпустил. Он держал её, будто боялся, что она исчезнет, если он разомкнёт руки. Его пальцы впивались в её плечо, и она чувствовала, как они дрожат.

— Ты в порядке, — повторил он, скорее для себя. — Хорошо. Ты в порядке.

Он медленно разжал пальцы, и Арин почувствовала облегчение и в то же время странную пустоту. Она отступила на шаг, разрывая зрительный контакт.

— Я сказала, я в порядке, — повторила она, стараясь, чтобы голос звучал твёрже. — Спасибо, что поймал. Но это ничего не меняет.

Она не знала, зачем сказала это. Может быть, чтобы защитить себя. Чтобы он не думал, что этот жест что-то значит.

Конхо смотрел на неё, и его лицо медленно менялось. Страх уходил, а на его место приходила усталость и горечь.

— Ничего не меняет, — тихо повторил он. — Конечно. Прости, что вмешался.

Он развернулся и пошёл к остальным, оставив её стоять на тропе. Арин смотрела ему вслед и чувствовала, как внутри неё разрывается что-то важное. Она хотела окликнуть его, но голос не слушался.

— Что это было? — Ихен подбежала к ней, запыхавшаяся от бега. — Ты упала? Я видела, как Конхо тебя схватил. Ты в порядке?

— Всё хорошо, — ответила Арин, но её голос сорвался. — Пойдём, нам нужно догнать остальных.

Она пошла вперёд, стараясь не думать о том, что видела в его глазах. Боль. Разочарование. И что-то ещё, что она не хотела признавать.

***

К концу квеста её команда заняла второе место. Все устали, но были довольны. Учителя объявили, что вечером будет костёр на пляже, с песнями и маршмеллоу.

Арин сидела на камне у кромки воды, глядя на закат. Небо горело огнём, море было спокойным, и только ветер играл с её волосами. Она чувствовала себя опустошённой.

Рядом с ней села Ихен.

— Ну, — сказала она, глядя на закат. — Рассказывай.

— О чём? — Арин попыталась сделать вид, что не понимает.

— О том, что происходит между тобой и Конхо. Я видела, как он смотрит на тебя. Как он поймал тебя на тропе. Я видела, как он держал тебя. Это не был жест простой вежливости. Это было что-то другое.

Арин закрыла глаза. Она знала, что не сможет больше молчать. Ихен была её лучшей подругой. Если она не расскажет ей, то сойдёт с ума.

— Когда я упала у автобуса, — начала она тихо, — когда он поймал меня… я услышала песню.

Ихен замерла.

— Песню? Ты имеешь в виду…?

— Да, — Арин открыла глаза и посмотрела на закат. — Ту самую. Песню соулмейта. И он тоже слышал её.

Наступила тишина. Ихен смотрела на неё с широко открытыми глазами, и в них была смесь шока и сочувствия.

— О боже, — прошептала Ихен. — Арин… это же… это потрясающе. Или нет? Я не знаю, что сказать. Ты рада?

— Я не знаю, — честно ответила Арин. — Я ненавижу его. Ну, я думала, что ненавижу. А теперь я не знаю, что чувствую. Это всё неправильно. Вселенная ошиблась. Не может он быть моим соулмейтом. Не может.

— Почему не может? — мягко спросила Ихен.

— Потому что он раздражает меня, потому что он ведёт себя как ребёнок, потому что он постоянно лезет не в своё дело, — перечислила Арин. — Мы не подходим друг другу. Мы совершенно разные.

— А может, ты просто не давала себе шанса узнать его настоящего? — Ихен взяла её за руку. — Арин, я знаю тебя всю жизнь. Ты всегда судишь по первому впечатлению. Ты решила, что он твой враг, и не замечала ничего другого. Но посмотри на него сегодня. Он был тихим, заботливым. Он беспокоился о тебе. Он даже не шутил ни разу.

Арин промолчала. Ихен была права. За весь день Конхо ни разу не пошутил над ней. Он был серьёзным, почти грустным. И это было так непохоже на него, что это пугало.

— Я не знаю, что делать, — сказала Арин. — Я не хочу причинять ему боль. Но я не хочу и давать ему надежду, если я не уверена.

— Тогда не давай, — Ихен пожала плечами. — Ты не обязана принимать решение сейчас. Просто позволь себе чувствовать. Если ты злишься — злись. Если тебе грустно — грусти. Если ты хочешь побыть одна — побудь одна. Но не убегай от него. И не убегай от себя. Потому что это только сделает всё хуже.

Арин посмотрела на подругу и почувствовала благодарность. Ихен не давила на неё, не пыталась убедить. Она просто была рядом.

— Спасибо, — сказала Арин. — Я… я не знаю, что бы я делала без тебя.

— Умерла бы от скуки, — усмехнулась Ихен. — Пойдём, костёр уже зажигают. И кстати, — она встала и подала Арин руку, — Конхо сейчас сидит один на камне у воды. И он выглядит так, будто у него умерла собака. Может, тебе стоит…

— Нет, — перебила Арин. — Не сейчас. Я не готова.

***

Костёр зажгли, когда начало темнеть. Пламя взметнулось вверх, освещая лица людей, сидящих в кругу. Кто-то принёс гитару, и начались песни. Арин сидела в стороне, но не слишком далеко. Она смотрела на огонь и пыталась не думать о том, что он тоже здесь.

Он сидел в нескольких метрах от неё, в кругу друзей. Но он не пел, не смеялся, не разговаривал. Он просто смотрел на огонь, и в его глазах отражались языки пламени.

Арин наблюдала за ним, и внутри неё боролись два чувства. Одно говорило ей: «Подойди, поговори с ним, объясни, что ты не хотела быть грубой». А другое кричало: «Оставь его в покое. Ты сделаешь только хуже. Ты не готова».

Она выбрала второе.

Но когда она поднялась, чтобы пойти в гостиницу, она почувствовала чей-то взгляд на себе. Она обернулась. Конхо смотрел на неё. Не с надеждой, не с болью. Просто смотрел, как будто хотел запомнить её лицо.

Она отвернулась и пошла по тропинке к гостинице.

***

Ноги сами принесли её на пляж. Она шла по мокрому песку, чувствуя, как прохладная вода омывает ступни. Тьма вокруг была почти полной, только звёзды горели в небе. И никого вокруг.

Она села на песок, обхватив колени руками, и уставилась на море. Чёрное, бесконечное, загадочное. Как её жизнь теперь.

Она думала о том, что сказал Сонхен. «Нельзя убегать от того, что уже случилось. Можно только принять или сопротивляться». Она сопротивлялась. Она так отчаянно сопротивлялась, что это выматывало её до предела.

Но что, если Сонхен был прав? Что, если Вселенная дала ей этот шанс не для того, чтобы она страдала, а для того, чтобы она научилась видеть?

Она закрыла глаза, и в этот момент в голове снова заиграла музыка. Та самая мелодия, тихая и навязчивая. Она звучала, как обещание чего-то, чего она боялась даже представить.

— Ты должен был сказать мне, — прошептала она в темноту. — Я не знаю, что делать с этим.

Но ответа не было. Только шум моря и звук её собственного сердца.

***

Она не знала, сколько просидела так. Минуты или часы. Но когда она поднялась, чтобы идти в гостиницу, она увидела фигуру на берегу. Человек стоял в воде, по колено, глядя на горизонт. Она узнала его по силуэту.

Конхо.

Он стоял неподвижно, как статуя, и смотрел вдаль. Ветер трепал его волосы, и он не замечал холода.

Арин замерла. Она могла уйти. Могла развернуться и уйти, и он никогда бы не узнал, что она была здесь. Но она осталась.

Она стояла на песке, в нескольких десятках метров от него, и смотрела на него. Он не оборачивался, не видел её. И это было хорошо.

Она наблюдала за ним, и вдруг поняла, что видит его впервые. Не врага. Не того, кто раздражал её каждый день. А человека. С его страхами, сомнениями, болью. Человека, который ждал её три года. Который всегда был рядом, даже когда она отталкивала его.

Внутри неё что-то дрогнуло. Что-то, что она пыталась задушить, игнорировать, отрицать. Чувство, которое она не хотела признавать.

Но она не была готова. Не сейчас.

Она развернулась и пошла в гостиницу, оставляя его одного на берегу.

***

Она зашла в номер, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. В темноте она слышала только своё дыхание и биение сердца.

«Не сейчас, — сказала она себе. — Позже. Когда я пойму, что чувствую. Когда перестану бояться».

Но она знала: бояться она будет всегда. Вопрос лишь в том, сможет ли она шагнуть в пропасть, несмотря на страх.