Море

Море

Luna

Когда-то давно у меня была попытка секса на пляже. Мне было около двадцати, и тогда вся эта ерундистика про романтику и шум моря вызывала во мне гораздо больше дрожи, чем сам факт соития. Партнёру было едва ли больше, чем мне, мы были смущены многими вещами сразу, так что, можно сказать, попытка была обречена на провал. Так и вышло, поскольку ни он, ни я не озаботились тем, чтобы получше выбрать место, взять два покрывала, а просто так, в порыве страсти курортного романа… Песок я буду помнить очень долго, как и факт того, что даже пара песчинок могут доставить такой дискомфорт, что будешь вспоминать ещё не один день… 

Но сейчас я готова повторить и даже хочу. Несмотря на опасения и на то, что нынешний мой мужчина очень далёк от всего этого флёра романтики и прочего. Я прикрываю глаза и втягиваю носом солоноватый и такой вкусный запах морского прибоя. Смотрю в сторону побережья, улыбаясь увиденной красоте. Миллиарды сверкающих бликов на воде, почти штиль… Солнце садится, отдыхающих нет в радиусе километра, я знала это. И вернувшись в комнату с балкона, достала из холодильника бутылку вина. 

 — Прогуляемся на пляж? Там очень красивый закат. 

 — Ты хочешь? — мой мужчина оторвался от просмотра новостей в соцсети и повернулся ко мне. Увидев в руках бутылку вина, приподнял бровь, — видимо, очень. 

 — Очень, — вторила я ему, улыбаясь, — пожалуйста. 

Почему-то я захотела его прямо здесь и сейчас. На пляж можно не идти, желание поднялось волной и ударило в голову, как бывает у тех людей, кто безгранично и страстно влюблён: достаточно простого взгляда. Мне было наплевать на романтику, уже в принципе наплевать на пляж. Но любимый уже достал из шкафа два покрывала и полотенца, убирая их в раскрытый рюкзак, со вздохом забрал у меня вино и сноровисто обулся. 

— Будешь переодеваться? 

 — Нет, — шепнула я, подхватывая его под руку. Да и зачем? Его футболка на мне прекрасно сидит как ультракороткое платье, а под футболку никто мне заглядывать не будет. 

До пляжа мы дошли быстро и в молчании. Я усиленно делала вид, что тороплюсь застать закат, показывала пальцем в сторону россыпи драгоценных камней, которой стало море и, мурча, прижималась к руке возлюбленного. 

Наконец, мы расположились. Точнее, скинув футболку, я рванула в неглиже в море, уверенная, что он последует за мной. Он и последовал, правда, всё же успел расстелить покрывало. Я плыла от берега, не видя его, а когда повернулась, он был уже в воде, догнал меня и был на расстоянии вытянутой руки. 

 — Куда убежала? — якобы сердито, но расплываясь в улыбке. Он с лёгкостью подтащил меня к себе, а я обвила его под водой ногами, понимая, что он также решил купаться в чём мать родила. Обхватив его ногами, я плотно прижалась к его члену, кусая за шею, показывая ему наконец-то, что я не за закатом сюда пришла. И по его реакции я поняла, что это не особо было для него сюрпризом. Игривое настроение и желание чего-то необычного заставило меня вывернуться из его объятий и нырнуть. Наступающие сумерки не позволяли хоть что-то разглядеть в воде, так что пришлось на ощупь. Но искать долго не пришлось, так что буквально через несколько секунд я обхватила губами детородный-блять-орган и совершила несколько движений, выпуская пузыри воздуха. Мужчина схватил меня за плечи и поднял вверх 

 — Захлебнёшься, — торопливо и явно возбуждённо проговорил он, а потом подхватил меня на руки и вытащил в конце концов на берег. Солнце почти закатилось, оранжевый диск отбрасывал на воду блики, делая её жидким пламенем. Возлюбленный уложил меня на покрывало, которое было довольно большим, чтобы не позволить песку тотчас достать нас. А потом без промедлений пристроился между моих ног, даже не давая мне возможности хоть как-то повлиять на ход событий. Не то, чтобы я была против, но… 

Первый толчок всегда был болезненным, он не церемонился, никак не готовил меня, потому что знал, что мне это нравится. Особенность моей физиологии или тонуса мышц, не знаю, но его член в первые минуты казался мне немного великоватым, и было больно. Возможно, если бы он меня подготавливал ласками и я бы расслабилась, было бы не больно, но этого он не делал, так как знал, что не нужно. Мне нравилось такое начало. Он всегда брал один ритм и менял его лишь под конец. Но то, как он это делал, возводило его в ранг отличных любовников. Мало кому нравится простая долбёжка, но здесь это было нечто иное — никакого продыха, ни секунды, чтобы перевести дух — ритмично, мощно, проникновенно, заставляющее накатывать наслаждение волну за волной, вышибая какое-либо понимание происходящего. 

Вот и сейчас, стоило ему войти, резко, без предисловий, как болезненные ощущения наполнили меня, но через два-три движения возбуждение и желание смыло боль, не оставив и следа. Я чувствовала его так ярко, что мне было страшно потерять это ощущение наполненности. Я стонала на выдохе, цепляясь за него в моменты, когда он делал движение назад, обхватывала его бёдрами, вжимаясь в него и всем своим телом, всем своим естеством желая, чтобы он не выходил, чтобы он оставался внутри. Но ему не заставляло труда двигаться и с моими ногами на его бёдрах, я видела его улыбку, когда он смотрел на меня, выгибающуюся ему навстречу. Когда мы шли на пляж, я хотела его оседлать и вести сегодняшний танец, но сейчас я просто хочу, чтобы он никогда не останавливался и одновременно с тем, чтобы прекратил прямо сейчас, дал мне передохнуть. Но он не прекращал, не сбивался с ритма, не менял позы. Он просто раз за разом заставлял меня испытывать оргазм за оргазмом, лишая сил и желания хоть как-то ему сопротивляться. Вся моя жизнь, всё моё сознание и всё, что мне было нужно, сосредоточилось внизу, где мы сливались воедино. Я четко ощущала каждое его движение, словно оно не длилось секунды, а растягивалось в нечто сладкое, липкое и мучительно, невозможно прекрасное. Сладкой болью сводило мышцы, я не замечала этого. Как не замечала и того, что края покрывала уже сдались песку, потому что я вцеплялась в ткань и поднимала её. Мне было всё равно, я не чувствовала песчинок, сейчас всё моё существо было занято получением наслаждения. 

Темп увеличился, незаметно, но через несколько движений я это поняла. Сильнее, резче, в такие моменты я совершенно теряю контроль, поэтому чаще всего он меня держит. Каждое его движение заканчивалось внутри меня вспышкой наслаждения, микро-взрывом, который подготавливал и меня, и тело к финальным торжественным нотам. Мне казалось, что мои крики слышны по всему побережью, но это волновало мня в последнюю очередь. Ступень за ступенью мой возлюбленный приближал меня к совершенно невозможной вселенной. 

И она взорвалась, родилась внутри меня, ослепила и оглушила меня ощущениями, сосредоточилась в одной точке и снова взорвалась, разошлась волнами по всему телу, которое уже не принадлежало мне. И я сама себе не принадлежала. 

Какое-то время он не выходил, позволяя мне немного успокоиться. А после поднялся, доставая из рюкзака второе покрывало, слегка укутав меня и заставляя сесть. Солнце зашло, на небе показались звёзды. Южный крест смотрел на нас с укоризной или завистью. В моей руке оказалась открытая бутылка вина. И откуда она здесь? Ах да…