miłość.
.(посвящается тому, кому я однажды выдала партбилет)
-Ты совсем дурак? Ты зачем их распечатал в формате А2? Как их теперь на коробки лепить?
-А на них ж написано - А2... Я ж боец - мне нужны чёткие указания.
Неловкое молчание в подобных ситуациях мгновенно сменялось смехом и звуком открывающейся банки топлива войны - очередного ядрёного энергетика. Познакомились в компании 404 отряда на тех февральских Лимоновских, а уже примерно через неделю скидывались на микроволновку на штаб и размышляли, чья фамилия благозвучнее.
Таким я запомнила его - Илью Бледного.
*
Изначально он мне показался ходячим анекдотом - ну а как воспринять хрупкое светловолосое существо, бегающее от твоего плеча до барной стойки? Это, естественно, меня ввело в ступор (позже мы смеялись, что это всё был хитрый план Андрея Милюка и Леши ЦСКА), но, признаюсь, заинтриговало. Постепенно рассеивающийся по помещению взгляд, выразительные бровки и кривоватый нос - весьма яркий типаж. Таких если не любишь, то уж точно вспоминаешь за беседой с каким-нибудь далёким от локальных питерских приколов регионалом.
Всё мигом пролетело - машина, вписка, люди есть - люди уехали. Паспорт гражданина РФ Краснопёрова И. В. - валяется дома у таксиста. Доехали. Холодно - жесть, а мальчику хорошо даже. Кадр на плёнке сменяется - кидаем посуду в стену под "Без меня". Зацепили как органное звучание и мотивы, так и байки о безответной любви. "Ребята, пора уже ехать!"
*
-Илья, почему ты дрожишь?
И под просидевшим ярким пледом, и в тёплой куртке. И в помещении, и на улице - пос-то-ян-но. Перелом - когда он знатно прихуел с сочетания полуденного выстрела Петропавловки и звука пролетающего над нами вертолёта. Стоит смело, но коленки и глаза его явно выдавали. Меня это задевает и огорчает - я это исправляю. Где-то на стыке зимы и весны я поняла, что уже целый день он крепко держится без этой маленькой милой слабости. Зато взамен этому он сам для себя сделал открытие - ему, чёрт возьми, нравятся все эти мягкие виды кофе. Малой променял светлое нефильтрованное на банановое молоко!
*
Кто-то хочет, чтобы ему на сиськах любимый исполнитель расписался, а Илья выбил кое-что получше - надпись "А попали по укурке в..." на страничке военника ДНР (на тот момент он уже был не сильно актуален, если так можно выразиться).
Ну а Ваську мы в тот день покорили! А может, мне так привиделось в розовых очках "в стиле Дженис Джоплин". До сих пор удивляюсь, как Бледный меня тогда на плечи поднял - я всё-таки побольше автомата вешу. Хотя не знаю я, к сожалению, что вы на войне, добры молодцы, на себе таскаете...
*
Тот День Рождения был самым лучшим - не знаю, как нужно было хорошо меня знать, чтобы догадаться вместо всякой стандартной лабуды подарить нож. Парные ножи - вот это действительно греющий душу талисман на века! Да ещё и какие - чёрненькие, средние по размеру, с возможностью закрепить их на брюках... Вот таким ножом можно и лоскут от сердца своего отрезать и человеку в руки вложить. Ну, либо какого-нибудь особо мерзотного врага народа зарезать, но об этом мы не говорим...
Потом ему ещё было и грустно, и смешно от того факта, что я умудрилась практически сразу же нехило так порезаться лезвием этого самого ножа. Думаю сейчас, что он тогда, должно быть, задумался о том, к каким людям ж его жизнь-то завела...
А 7 марта мы все дружно пришли смотреть моноспектакль Магдалены Курапиной - Семён тогда элегантно достал свой презент из рукава (то был, конечно же, хлыст), пока я смахивала слезинки от музыкального сопровождения. "Ладно, Илюш, это клёво!"
*
Илью удивляла наша схожесть во многих вещах - постоянно отмечал её. Воспитание, характер, мечты и даже внешность - как-то было не принято это делить на двоих.
В пункте про наружные черты я убедилась больше летом - Бледный тогда отдал мне целый комплект военный формы (а вот ремень не мне достался, а Морозу!) - сидел и сидит идеально. Буду считать себя достаточно сильной, видимо, лишь тогда, когда она в плечах хотя бы жать начнёт. Вот и стимул ебашить отличный появился!
Но самое крутое - слегка потасканный шеврон легендарного 404-го. Это стимул не просто становиться сильнее физически, но и тупо жить так, как в своих фантазиях порой излагал сам Илья. Это уже абстрактнее и страннее - из разряда задачек со звёздочкой.
*
*
*
-Так что там по итогу?
-Илья, это они про Демидова.
Молчаливая попытка осознать - вроде бы получилось. Попытка заплакать - не идёт. Рука к руке, глаза - на серый штабной мат.
Видно, что для него это стало чем-то привычным - оттого больнее и тише.
-А ведь знаешь - вот мы сейчас сидим здесь (оглядываюсь - окошко, книжечки, режущая глаза лампа и лавки), а он уже пьёт пивас с Одином после боя с вальгалловцами. Анекдоты травит...
Посмотрели друг на друга и довольно бодро начали собираться в Русский Музей - "кто грустит, тот трансвестит!"
*
Странное стечение обстоятельств, но день, когда стало известно о смерти Андрея Келлера, мы тоже провели вместе. Мы на шашлыки собирались - в чат пишет Кирилл и сухо передаёт информацию. Не все всё поняли сначала - через пару минут в ахуе сидели уже.
Тем не менее - ничего отменять не стали. Слегка ослабшие от физических недугов, мы доехали до живописного уютного места - до Чёртова озера(а название-то - как из русской сказки!). Помянули, конечно же. Илья начал свою речь со следующих слов: "Он, конечно, был мудаком, но..."
Но дорог он был, наверное, каждому из нас.
*
Чем-то недобрым веяло от этих дней - я вспоминала то твой облик, то твои слова, то вместе проведённые моменты. Не придала этому особого значения - ты в целом и так иногда мелькаешь у меня в мыслях.
Тебе не было жаль своей молодости и блеска глаз - тут действительно "случайно её пропить или случайно потратить на мысли". Ты решил потратить на другое - дым костра сменил на запах гари. Твой голос навеки сплёлся с грохотом русской священной войны - ты хотел этого, но принять это - сложно, мой дорогой друг. Пусть я останусь для тебя видеозаписью с телефона, тайком снятой во время того, как я читала тебе Цветаеву, или мимолётным блеском колец в порыве мечтаний о побеге от города в Карелию - это уже не имеет значения.
Я пронесу частичку твоей души в каждый уголок этого маленького мира - я покажу тебе вкус северных ягод, дам послушать звуки резвых холодных волн, проведу тебя по заброшенным болотам и поймаю тебя, пока ты будешь летать вместе с наглыми чайками.
Мы отвоюем за тебя каждый метр, отобранный врагом. Твоей кровью будет пропитана сама Победа: мужчины будут держать равнение на твой последний вздох, а девушки будут собирать цветы в полях, где ты ступал своей сильной ногой. Ты, как я помню, не любил подобные почести, но иначе про тебя сейчас говорить практически невозможно.
Но для меня, Илья, ты навсегда останешься для меня тем самым мальчиком, с которым мы планировали на танках заехать в Варшаву. И ты, наверное, прекрасно понимаешь, что я от подобных затей отказываться не собираюсь.
Да, смерть!