между стен лицея.

– стой! не трогай её, она ещё не окрепла, ей нужно восстановится. – раздался голос позади, и послышался звук приближающихся шагов.

– ой, я не знал, извини. – тихо проговорил юноша, обернувшись в сторону источника звука.

утро в лицее начиналось, как обычно, но не для Пушкина. он никогда особенно не отличался прилежным поведением, новая выходка, которую он опробовал недавно – это пропуски занятий. он беззаботно прогуливался по коридорам, нарочно попадая в поле зрения всех – от педагогов до лицеистов. он блуждал без определённой цели, не зная, куда деть себя от скуки, ведь друзей у него не было, и подходящих просто не находилось. мальчишка не отличался сильной любовью к людям и его колкие шутки отталкивали окружающих, никто не хотел подходить к нему даже на несколько метров, а уж тем более заводить дружбу.

перебирая ногами лениво и неохотно, он в итоге оказался в той комнате, куда не заходил даже при строгих наставлениях старших – живой уголок лицея. он долго не понимал смысла и пользы этого места, считая его скучным и ненужным, однако ради любопытства решил заглянуть внутрь, его взгляд быстро пробежался по комнате, которую уютно обустроили для редких обитателей этого «уголка». он прошёл внутрь, оставив дверь приоткрытой. взгляд его опустился вниз, откуда доносился тихий шелест листьев, принесённых с улицы – ёжик! который, видимо, так же заинтересовался незваным гостем, выйдя поглядеть на него.

Саша подошёл поближе, присел и протянул руки, но зверёк, похоже, опасался и не желал знакомиться, свернувшись в клубок.

– и люди, и звери – всё одно, – расстроенно произнёс Саша, поднимаясь на ноги и медленно уходя дальше, внимательно оглядывая животных мельком. его взгляд зацепился за одну птицу, лежащую отдельно от всех, и так ему обидно за неё стало, он разглядел в ней себя, такого же одинокого, беспомощного. он подошёл и протянул руку, пытаясь поднять её на ладонь, но в этот момент его остановили.

к нему подошёл юноша с рыжей капной волос, как и помнил, это был Иван Пущин, кажется. он, как и Саша, не отличался образцовым поведением, да и в общении был замкнутым, немного неловким. Иван объяснил, что птицу поцарапал уличный кот, но он спас её, принес и оставил здесь.

они провели вместе много времени, обсуждая животных и между этим дела лицейские, несмотря на то, что их никто особо и не искал и не беспокоился о том, чтобы вернуть на занятия, оба понимали, что позже пожалеют, но это ведь не проблема лицея. Ваня рассказывал Саше о других обитателях уголка – о черепахах, канарейках, хомячках и даже бабочках в террариуме. Саша слушал с интересом, хотя сама тема животных была для него не особенно привлекательна. просто было приятно пообщаться с кем-то, поговорить не об учебе и не о своих неудачах, ведь все остальные разговоры неизменно сводились к упрёкам и осуждениям его поведения.

с того дня их жизни вышли на другую линию – хорошую, светлую, которая постепенно наполняла каждый их день новым смыслом и теплом. они больше не были одиноки, ощущая поддержку и понимание друг в друге. им было хорошо и вдвоём, никто больше не был нужен, в этом единстве проявлялась внутренняя гармония, которой прежде так не хватало. их увлечения в большинстве своём совпадали, словно судьба, подбирала момент, выжидала и наконец свела их пути. желания тоже стали общими, выстраивая прочный фундамен. они стали неразлучны, понимая, что вместе можно справиться со всем, что раньше казалось страшным и непосильным.

всюду ходили друг за другом, словно единое целое. некоторые удивлялись их дружбе, не понимая, как двое таких разных по характеру и таких далёких все это время человека, могут найти в друг в друге такую близость. другие говорили, что ничего удвительного в этом нет, что такие, своего рода изгои, должны держаться вместе, что общество справедливо отделяет их от общего круга, но им было всё равно на то, что говорит окружение.

время шло, они росли, менялись, но дружба только крепчала, переходя в нечто большее, чем просто союз двух подростков. люди не переставали восхищаться их общением – таким искренним, глубоким. пронесённая с достоинством и уважением к друг другу, эта дружба становилась примером для окружающих. они больше не были вдвоем против огромного, непостижимого мира, что казался им недосягаемым, но каждый раз возвращались в тепло и уют – друг к другу.