Мама!

Мама!


Важно понимать, что Даррен Аронофски - тот ещё хитрый жук. Что все интервью, в которых он искренне удивляется неоднозначному принятию своей картины, а затем якобы радуется созданному им коллапсу в голове зрителей и критиков - полный фарс и верить его словам ни в коем случае нельзя. Ведь все эти деланные вздохи и удивлённые возгласы Даррена, обречены разлететься в щепки, стоит лишь единожды увидеть ехидную улыбку на его лице, во время очередного интервью посвящённого “Маме!”. Улыбку человека, который прекрасно знал, что он делает. Знал, какие сцены вызовут отвращение и спровоцируют нужную реакцию. Знал, кого брать на роли и где расставить акценты. Знал, как вести себя после выхода картины и что говорить в интервью. Знал и готовился. И вот, констатируя факты, приходиться признать очевидное. Господа, нас обманули. Иначе и быть не могло.

Но, вот что самое забавное - не является ли этот обман мерилом настоящего мастерства?

Умение расставлять акценты и манипулировать зрительским вниманием, попутно раскаляя напряжение до предела, в, казалось бы, самых будничных сценах, дорогого стоит. Ровно, как и способность выжимать из актёров все соки, заставляя зрителя верить персонажам, помещённым в любые сценарные рамки и ситуации. Создать иллюзию и в конце-концов заставить зрителя поверить в неё, пусть и спорными решениями. Это ли не ультимативный показатель режиссёрского таланта? Вопрос сложный и, к сожалению “Мама!” точного ответа вам так и не даст. Однако, поднимет важную тему, что ценно уже само по себе. И, разумеется, с ней всё не так просто.

Попробую объяснить почему.

Хавьер Бардем играет хозяина дома, Дженифер Лоуренс - его супругу. Он - писатель, погрязший в творческом кризисе. Она - его муза, заново отстроившая их дом, после страшного пожара. Однажды, к их очагу приходит нежданный гость, который поддавшись на уговоры хозяина дома, решает остаться на пару дней, дабы составить ему компанию. Затем, дом принимает и супругу гостя. Спустя небольшой промежуток времени, в жилище нагрянут дети незваной парочки, устроив скандал. Именно это и будет отправной точкой, после которой станет очевидна одна вещь - катастрофы не миновать.


Каждый гость рушит их дом. Плюёт на приличия ради собственного удобства, отвечая на все причитания хозяйки ещё большим свинством. И пока она, скрипя зубами, принимает всё новых и новых гостей в жилище, возведенное её собственными руками, - он радуется подобно ребёнку и распахивает дверь навстречу новым людям, снова приносящим с собой лишь грязь и разруху. А вместе с ней и слепую любовь к нему. До последнего момента, она будет терпеть его выходки, поскольку любит до безумия. Но однажды, терпение покинет и её. Хозяйка начнёт протестовать и даже окажет сопротивление своей единственной любви. Правда, так и не одержит победы.

Ведь Бога победить невозможно.

Да, если кто-то ещё не догадался, ”Мама!” - это дословная экранизация библии, главным козырем которого выступают две вещи: общая необычность интерпретации первоисточника, а также персонаж Дженнифер Лоуренс, с перспективы которой зритель и наблюдает за всеми событиями, происходящими в особняке.

Персонаж Бардема - Бог (буквально, да). Лоуренс - Гея/Богородица/Мать сыра-земля и т.д. Первые гости - Адам и Ева. Дальше, я думаю, сами догадаетесь. Само жилище здесь выступает в роли нашей планеты, где кабинет, в котором хозяин дома пишет свои стихотворения, представляет собой рай, а странная дверь в подвале, вероятно, скрывает за собой метафоричный ад.

В таких вот интересных декорациях и разворачивается краткая история человечества, по версии Ветхого и Нового заветов, поданная в очень забавной обёртке. По-сути, мы смотрим семейную драму, превращающуюся на наших глазах сначала в психологический хоррор, а затем и натуральный цирк, способный вызвать у зрителей, как шок и отвращение, вытекающие из отдельных сцен, так и дикий хохот, от осознания того, насколько всё происходящее напоминает вышедший из-под контроля скетч из “Монти Пайтон”. Посудите сами - вот сцена, в которой персонаж Мишель Пфайфер (Ева) и Эда Харриса (Адам) проникают в кабинет Бардема, дабы полюбоваться огромным кристаллом - главным сокровищем хозяина особняка. Одно неверное движение Евы, и кристалл с треском разбивается, подняв на уши весь дом. Спустя минуту, в комнату влетают Лоуренс и Бардем, который в гневе кричит на парочку и выгоняет бедолаг из кабинета. Те, картинно понурив голову, спускаются вниз и спустя некоторое время, на глазах недоумевающей Лоуренс, хозяин дома, матерясь, забивает дверь досками, крича, что доступ в его кабинет отныне закрыт. Да, вы всё правильно поняли - это тот самый отрывок из Библии, в котором Ева срывает запретный плод, чем гневит бога, и людей изгоняют из райских гущ. Сказать, что эта сцена смешная - значит не сказать ничего. Сними этот эпизод гениальные британцы, то вышел бы скетч на уровне “философского футбола” или “самой смешной шутки в мире”.

И мне искренне хотелось бы сказать, что “Мама!” таки не испугалась подобной самоиронии. Но, увы, у Аронофски явно было другое мнение на этот счёт. Даже, если режиссёр и ввёл сюда шутку-другую, вы этого не увидите. Потому что тут всё серьёзно, с первой и до последней секунды. Здесь Лоуренс показывает лучшую игру в своей карьере, а отдельные эпизоды пугают сильнее любого добротного хоррора, вызывая нервный тик у неподготовленного зрителя.

Всё. Очень. Серьёзно. А раз всё серьёзно, то у меня есть пара претензий.

Библейская тематика в современном искусстве, на мой взгляд, является полнейшей безвкусицей и символом творческого бессилия. Сейчас ничего не стоит, напялить на хрупкую сценарную основу венок из библейского символизма, чтобы придать халтурной истории некую видимость глубины. Всё уже написано за вас, осталось лишь сделать пару отсылок разной степени размытости, и вот - глубокий сценарий готов. Конечно, я не хочу обвинять во вторичности вообще всех, однако тенденция огорчает.

Господин Аронофски же, пошел чуть ли не дальше всех, и перед подобной наглостью я снимаю шляпу. Ведь его фильм, едва ли можно назвать чем-то действительно оригинальным и авторским. Это очень китчевая экранизация всем известной истории, по-настоящему выделяющаяся лишь одним элементом - выбором главного героя. Да, как я писал выше, забавную интерпретацию “первоисточника” тоже можно считать ярким козырем, однако её цель - эффектно пустить пыль в глаза зрителю, дабы тот раньше времени не разгадал загадку. Это классная ширма, но работает она лишь один раз, пусть и метко.

Однако, эффектная обёртка едва ли останется с вами после просмотра картины. В отличии от главного сокровища фильма - Мамы.

Перспектива выбрана крайне удачно, персонаж Лоуренс - отличная точка входа в историю. Зритель легко проникнется сочувствием к хрупкой девушке, дом которой в пух и прах разносят прямоходящие свиньи, по забавному недоразумению напоминающие людей. Земля ищет поддержки у Бога, но тот лишь отмахивается и смотрит сквозь пальцы на все людские выходки. Любовь его безгранична и всепрощающа. И эта любовь губит ту, кто всегда остаётся в тени, и чьего мнения никто никогда не спрашивал.

Именно перспективу можно считать единственной, по-настоящему оригинальной идеей фильма. Показать знакомый сюжет, от лица самой земли - действительно яркий ход. И мне чертовски жаль, что эта идея не стала достоянием более оригинальной истории, не основанной на материале, затёртом до дыр в такой степени, что сам факт работы с ним воспринимается, как нечто пошлое. Именно поэтому “Мама!” не работает, как самостоятельное произведение, где каждый кадр хочется разбирать с лупой и кричать о гениальности посыла. Своего тут почти нет, и за это обидно. Основывайся картина, на чуть более оригинальном материале, и вышло бы нечто действительно уникальное. В итоге же мы имеем мастерски сбитый пересказ всем знакомого сюжета, ровно с одним ярким моментом в лице героини Лоуренс, поверить в который можно лишь приняв тот факт, что ты - идиот, не распознавший хитрый план одного улыбчивого джентльмена из Бруклина. Безусловно, многим хватит и этого, однако я вижу лишь нераскрытый потенциал, с бледными проблесками уникального опыта. И один красивейший обман.

И за этот обман обиднее всего.