Мальчик в коробке.

Мальчик в коробке.


25 февраля 1957 года в полицию Филадельфии обратился некий Фредерик Бенонис — молодой человек рассказал, что, проезжая на своём автомобиле в районе Саскуэханна-роад случайно задел крылом пробегавшего зайца, дернувшего в кусты, и последовал за ним. Найдя вначале несколько капканов на мелкую дичь, парень заметил картонную коробку с логотипом местного магазина товаров для детей J.C. Penney. Заглянув внутрь, молодой человек обнаружил там тело ребенка примерно четырёх-шести лет.

Вес мальчика составлял 12 кг — явно ниже нормы для предполагаемого возраста. Кожа ступней и кистей рук свидетельствовала о длительном пребывании тела в воде. Волосы ребенка были грубо острижены, кое-где на голове виднелись ссадины от ножниц — по всей видимости, мальчика стригли уже после смерти (об этом свидетельствовали и остриженные волосы, оставшиеся на плечах дитя). Возле ребёнка была найдена фланелевая кепка, мальчик был завернут в плед.

СМИ Филадельфии трубили о таинственной смерти, пользуясь всеми доступными средствами информирования населения о предполагаемой опасности. С марта 1957 года на улицах Филадельфии, в общественных местах, в магазинах стали появляться плакаты, призывавшие жителей города информировать органы власти обо всех известных им случаях исчезновения детей. Более 400 тысяч листовок, посвящённых «мальчику в коробке», разослали жителям города вместе со счетами за коммунальные услуги. Труп ребёнка долгое время сохраняли в морге, демонстрируя всем желающим, практически вся информация по делу сразу же попадала в открытый доступ, однако разгадка преступления оставалась бесконечно далёкой.

Полицейские выдвинули десятки версий, однако серьёзной проработке подвергались лишь две из них. Первая — о приёмной семье. Правоохранители обратили внимание на родителей, обращавшихся в детские дома с просьбой отдать им на усыновление мальчика. Одна из таких семей проживала в двух километрах от места преступления. Версию эту, в частности, лоббировал один из судмедэкспертов Ремингтон Бристоу, причём делал это 33 года, с 1960-го по 1993-й.

Бристоу вместе с полицией отправились по указанному адресу, где нашли похожую люльку. В качестве косвенных улик Бристоу называл небольшой — примерно 40 сантиметров глубиной — водоём на заднем дворе дома, в котором плавали детские игрушки, предполагая, что здесь купали мальчика. Во время приезда детективов во дворе дома висел кусок пледа, чей узор совпадал с одеялом, в которое был завёрнут мальчик.

В преступлении обвинили хозяина дома, падчерица которого якобы была беременна. Предполагалось, что мальчика прятали все это время от людей, а когда это уже стало невозможным, убили, дабы дочь владельца дома не прослыла «незамужней матерью» и не навлекла на семью социальное осуждение. Тем не менее после многочисленных допросов и попыток увязать улики эта информация не подтвердилась.

Вторая версия — так называемая версия М. Она появилась лишь в 2002 году, когда некая женщина, представившаяся М., заявила, что в 1954 году её мать приобрела мальчика по имени Джонатан у его биологических родителей, насиловала и избивала ребенка. После того как мальчика стошнило в ванную, мать М. убила его, остригла волосы, засунула труп в коробку и выбросила на обочину. Показания женщины, тем не менее, в расчёт взяты не были: выяснилось, что она психически нездорова, а соседи, имевшие доступ в дом, назвали эту информацию «нелепицей» и «бредом».

3 ноября 1998 года была проведена эксгумация тела ребёнка, однако никаких биоматериалов, пригодных для анализа ДНК, в могиле найдено не было. Вместе с ними растворилась и надежда назвать виновного в смерти ребёнка.